НАГАЯ Мария Фёдоровна

Русская ца­ри­ца (с 1580-1584).

(В ино­че­ст­ве Мар­фа).Из ро­да На­гих, мать ца­ре­ви­ча Дмит­рия Ива­но­ви­ча, пле­мян­ни­ца А. Ф. На­го­го. Вы­бра­на в не­вес­ты ца­рём Ива­ном IV Ва­силь­е­ви­чем Гроз­ным, ве­ро­ят­но в кон­це вес­ны – на­ча­ле ле­та 1580; ино­стран­цы (в ча­ст­но­сти, Дж. Гор­сей) от­ме­ча­ли её кра­со­ту. По уточ­нён­ным дан­ным, свадь­ба ца­ря и Н. со­стоя­лась в се­ре­ди­не окт. 1580 в Алек­сан­д­ров­ской сло­бо­де; Н. ста­ла 6-й и по­след­ней вен­чан­ной же­ной ца­ря. Иван IV до­воль­но бы­ст­ро ох­ла­дел к ней, си­туа­цию не из­ме­ни­ли ни тра­гич. смерть ца­ре­ви­ча Ива­на Ива­но­ви­ча (19.11.1581), ни ро­ж­де­ние ца­ре­ви­ча Дмит­рия [19(29).10.1582]. В 1582 – нач. 1584 Иван IV вёл пе­ре­го­во­ры с англ. по­сла­ми о сво­ей воз­мож­ной но­вой же­нить­бе на Мэ­ри Гас­тингс – род­ст­вен­ни­це ко­ро­ле­вы Ели­за­ве­ты I Тю­дор (в пе­ре­го­во­рах ак­тив­ное уча­стие при­ни­мал А. Ф. На­гой).

По­сле ско­ро­по­стиж­ной смер­ти Ива­на IV в Мо­с­ков­ском Крем­ле в ночь на 19(29).3.1584 бы­ли аре­сто­ва­ны мн. род­ст­вен­ни­ки Н., не­ко­то­рые из них вско­ре от­прав­ле­ны на вое­вод­ст­ва в от­да­лён­ные го­ро­да По­вол­жья и Си­би­ри, что по су­ти оз­на­ча­ло ссыл­ку. 24.5(3.6).1584 Н. с сы­ном и бли­жай­ши­ми род­ст­вен­ни­ка­ми (от­цом Ф. Ф. На­гим; двою­род­ным дя­дей А. А. На­гим и род­ны­ми брать­я­ми, М. Ф. и Г. Ф. На­ги­ми) бы­ла тор­же­ст­вен­но от­пу­ще­на ца­рём Фё­до­ром Ива­но­ви­чем и Бо­яр­ской ду­мой (в при­сут­ст­вии чле­нов Го­су­да­ре­ва дво­ра и моск. стрель­цов) на удел в Уг­лич. Во­пре­ки тра­ди­ции не по­лу­чи­ла собств. уде­ла, фак­ти­че­ски не име­ла рас­по­ря­дит. прав в от­но­ше­нии дво­рян­ской кор­по­ра­ции и тяг­ло­во­го на­се­ле­ния г. Уг­лич и Уг­лич­ско­го уез­да. Из Мо­ск­вы Н. и ца­ре­ви­ча со­про­во­ж­дал не­мно­го­числ. двор­цо­вый пер­сонал. День­ги на со­дер­жа­ние Н., её сы­на и род­ст­вен­ни­ков по­сту­па­ли от на­зна­чен­ных пра­ви­тель­ст­вом в Уг­лич дья­ков (О. Влась­ев вес­ной 1585, М. Би­тя­гов­ский в 1590–91); вы­пла­ты На­гим не бы­ли по­сто­ян­ны­ми.

Н. вос­пи­ты­ва­ла сы­на в не­на­вис­ти к фак­тич. пра­ви­те­лю Бо­ри­су Фё­до­ро­ви­чу Го­ду­но­ву, к боль­шин­ст­ву бо­яр в Мо­ск­ве. К кон. 1580-х гг. брак Н. с Ива­ном IV был при­знан не­ка­но­ни­че­ским, она бы­ла ис­клю­че­на из «мно­го­ле­тия» на ек­те­ни­ях чле­нам цар­ской се­мьи. По­сле ги­бе­ли сы­на 15(25).5.1591 Н. у его те­ла об­вини­ла в слу­чив­шем­ся Б. Ф. Го­ду­но­ва и ука­за­ла в ка­че­ст­ве ор­га­ни­за­то­ра убий­ст­ва ца­ре­ви­ча М. Би­тя­гов­ско­го, а не­по­сред­ст­вен­ны­ми убий­ца­ми на­зва­ла его сы­на и пле­мян­ни­ка (Д. М. Би­тя­гов­ского и Н. Ка­ча­ло­ва), а так­же сы­на «мам­ки» ца­ре­ви­ча (О. Во­ло­хо­ва). По при­зы­вам Н. и её род­ст­венни­ков со­брав­шие­ся го­ро­жа­не Уг­ли­ча рас­пра­ви­лись с ука­зан­ны­ми ли­ца­ми и с близ­ким к М. Би­тя­гов­ско­му Д. Треть­я­ко­вым. От ду­шев­ных по­тря­се­ний у Н. вы­па­да­ли во­ло­сы и сле­за­ла ко­жа с рук. На до­про­се следств. ко­мис­сии Н. при­дер­жи­ва­лась сво­ей вер­сии об убий­ст­ве сы­на. В кон­це ра­бо­ты ко­мис­сии про­си­ла митр. Кру­тиц­ко­го Ге­ла­сия хо­да­тай­ст­во­вать пе­ред ца­рём о про­ще­нии сво­их брать­ев, прив­ле­чён­ных к след­ст­вию. По­сле одоб­ре­ния Ос­вя­щен­ным со­бо­ром и Бо­яр­ской ду­мой за­клю­че­ния следств. ко­мис­сии Н. за не­бре­же­ние в ухо­де за сы­ном бы­ла по­стри­же­на в мо­на­хи­ни и от­прав­ле­на под над­зор в Ни­ко­ло-Вы­ксин­ский жен­ский мон. (в 30 км от совр. г. Че­ре­по­вец). 15(25).5.1592 Н. сде­ла­ла вклад по сы­ну в Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ский монастырь.

В 1604–06 Н. ока­за­лась в эпи­цен­тре по­ли­тич. со­бы­тий. По не­ко­то­рым дан­ным, в кон. 1604 бы­ла дос­тав­ле­на в Мо­ск­ву для до­про­сов о Лже­дмит­рии I и вновь о ги­бе­ли её сына, но вско­ре воз­вра­ще­на на­зад в мо­на­стырь. По­сле всту­п­ле­ния в Мо­ск­ву Лже­дмит­рия I он от­пра­вил за Н. сво­их пред­ста­ви­те­лей. 17(27).7.1605 на по­ле двор­цо­во­го се­ла Та­нин­ско­го (по­зд­нее Тай­нин­ское; ны­не в со­ста­ве г. Мы­ти­щи) в при­сут­ст­вии зна­ти, а так­же толп го­ро­жан и кре­сть­ян Н. при­зна­ла в Лже­дмит­рии I собств. сы­на. 18(28) ию­ля её в со­про­во­ж­де­нии шед­ше­го пеш­ком ря­дом с ка­ре­той Лже­дмит­рия I тор­же­ст­вен­но встре­ча­ло на­се­ле­ние Мо­ск­вы. Ре­зи­ден­ци­ей Н. вплоть до её смер­ти ста­ли ке­льи Воз­не­сен­ско­го жен­ско­го мо­на­сты­ря в Мо­сков­ском Крем­ле. Она уча­ст­во­ва­ла во встре­чах и в не­ко­то­рых це­ре­мо­ни­ях, свя­зан­ных с при­ез­дом М. Мни­шек и со сва­деб­ны­ми тор­же­ст­ва­ми в кон­це ап­ре­ля – на­ча­ле мая 1606. Ут­ром 17(27) мая того же года, по­сле убий­ст­ва Лже­дмит­рия I, Н. над его тру­пом пуб­лич­но от­рек­лась пе­ред вос­став­ши­ми (чле­на­ми Го­су­да­ре­ва дво­ра, слу­жи­лы­ми деть­ми бо­яр­ски­ми, го­ро­жа­на­ми) от род­ст­ва с ним. Объ­яс­ня­ла своё по­ве­де­ние «ве­ли­ким злым пре­ще­ни­ем» со сто­ро­ны са­мо­зван­ца. 3(13) ию­ня уча­ст­во­ва­ла в це­ре­мо­ни­ях при встре­че гро­ба с те­лом ца­ре­ви­ча Дмит­рия Ива­но­ви­ча, при­ве­зён­но­го в Мо­ск­ву из Уг­ли­ча для за­хо­ро­не­ния в Ар­хан­гель­ском со­бо­ре Мо­с­ков­ско­го Крем­ля. При боль­шом сте­че­нии на­ро­да Н. по­кая­лась, что «тер­пе­ла и не об­ли­чи­ла зло­го ере­ти­ка и чер­но­книж­ни­ка Ро­ст­ри­гу», тем са­мым «пре­да­вая заб­ве­нию свя­тые мо­щи но­во­го му­че­ни­ка Ди­мит­рия». По­вто­ри­ла ста­рые об­ви­не­ния в ад­рес Бо­ри­са Го­ду­но­ва, до­ба­вив но­вые: её «по Бо­ри­со­ву ве­ле­нью Го­ду­но­ва дер­жа­ли в ве­ли­кой ну­же». В кон­це ле­та 1606 от име­ни Н. жи­те­лям Ель­ца (где уже на­ча­лось Бо­лот­ни­ко­ва вос­ста­ние 1606–07) бы­ла на­прав­ле­на гра­мо­та с офиц. вер­си­ей со­бы­тий 1591 и май­ских со­бы­тий 1606 в Мо­ск­ве, с по­кая­ни­ем Н. и под­твер­жде­ни­ем фак­та смер­ти Лже­дмит­рия I (за­чи­та­на не бы­ла в свя­зи с тем, что го­род на­хо­дил­ся под кон­тро­лем вос­став­ших).

Н. бы­ла по­хо­ро­не­на в соборе Воз­не­сен­ско­го мон. Мо­сков­ско­го Крем­ля (в 1929 её ос­тан­ки пе­ре­не­се­ны в под­клет Ар­хан­гель­ско­го со­бо­ра). Па­мять Н. чти­лась пред­ста­ви­те­ля­ми ди­на­стии Ро­ма­но­вых: в окт. 1616 вклад по ней в Трои­це-Сер­ги­ев мон. сде­ла­ла мать ца­ря Ми­хаи­ла Фё­до­ро­ви­ча ино­ки­ня Мар­фа.