Факторы роста безработицы

При анализе причин увеличения безработицы, особенно её затяжных форм, целесообразно обратиться к тенденциям, сложившимся на рынках труда промышленно развитых стран в период смены моделей государственного регулирования, тем более что социальная цена экономических преобразований в России оказалась значительно выше.

Выбор именно этих стран для сопоставления не случаен: в основу российских программ перехода к рынку были заложены монетаристские модели экономической политики, и их воздействие на социальную сферу будет ощущаться ещё долго, даже при возможных существенных корректировках курса реформ.

Анализ хода экономических преобразований в развитых странах и, в частности, последствий стратегии «гибкого рынка труда», с которой неразрывно связаны эти преобразования, показывает, что главным фактором социального риска при проведении неоконсервативной экономической политики стала массовая безработица с её особой структурой — высоким удельным весом социально уязвимых категорий, включая длительно безработных, — а также связанная с ней тенденция к маргинализации общества.

Причины роста безработицы в промышленно развитых странах, начиная с середины 1970-х годов, можно классифицировать следующим образом:

·  Факторы, влияющие на общие условия увеличения безработицы;

·  Факторы, воздействующие преимущественно на динамику безработицы в группах, где она растёт особенно быстро;

·  Факторы, специфические для этих групп, включая конкретно-исторические обстоятельства.

Применим этот подход для оценки возможных тенденций на российском рынке труда, учитывая, что особый интерес представляет динамика длительной безработицы.

К первой группе факторов следует отнести прежде всего структурные сдвиги в экономике, развитие новых хозяйственных форм, процессы приватизации. На общий уровень и динамику безработицы влияют также социальные факторы, например, утверждение принципа добровольности труда.

Во вторую группу входят факторы, замедляющие вовлечение рабочей силы в производство и сферу услуг и затрагивающие различные её категории, но в первую очередь — вступающих в трудовую жизнь: это так называемые «группы риска» — молодёжь, женщины, желающие вернуться к работе после рождения и воспитания детей или вынужденные отказаться от положения домохозяйки из-за материальных трудностей, а также иммигранты. На Западе главными из таких факторов были уровень военных расходов, замедление темпов экономического роста в последние два десятилетия, перенос производств ряда отраслей за границу, повышение конкурентоспособности товаров из новых индустриальных стран. В последнее время увеличение импорта, в том числе из развивающихся стран, где размещены предприятия транснациональных корпораций, привело к свёртыванию производства в ряде отраслей развитых стран, широко использующих труд молодёжи и женщин, — текстильной, обувной, швейной промышленности и других.

Действие перечисленных факторов, за исключением переноса предприятий за границу, в России ощущается гораздо острее. В первую очередь это относится к продолжающемуся спаду производства.

Дополнительным источником напряжённости является дифференциация спада по отраслям и регионам. Направленность структурных сдвигов противоположна ожидаемой переориентации экономики на производство товаров для населения, то есть речь идёт о сокращении рабочих мест прежде всего для «групп риска».

Спад производства затронул и наиболее прогрессивные высокоэффективные виды промышленной продукции, причём зачастую темпы падения здесь превышали среднеотраслевые показатели. Таким образом, традиционное понятие «групп риска» на российском рынке труда становится более широким.

Наиболее сложная ситуация с занятостью складывается в тяжёлой промышленности и добывающих отраслях, ориентированных на внутренний рынок. Особенно сильное влияние на занятость и безработицу отдельных категорий населения в России оказывают региональные диспропорции. Наиболее острые формы структурный кризис принял в районах концентрации предприятий тяжёлой промышленности и добывающих отраслей — на Урале, в Восточной Сибири, в ряде регионов Западной Сибири и Дальнего Востока, а также в отдельных регионах европейской части страны: Карелии, Тульской и Ростовской областях, Удмуртии, зоне Курской магнитной аномалии и других.

Экстремальные ситуации на рынке труда, связанные в первую очередь с застойной безработицей, проявились в малых и средних городах, ориентированных на одно-два крупных предприятия оборонного комплекса, подлежащих конверсии, а также на предприятия лёгкой и текстильной промышленности. Народно-хозяйственный эффект конверсии для системы занятости в ближайшее время может оказаться отрицательным, скорее увеличивающим безработицу, и лишь в отдалённой перспективе можно ожидать создания новых рабочих мест. В оборонно-промышленном комплексе уже произошло сокращение занятости более чем на 2 миллиона человек, трудоустроить которых во многих регионах просто невозможно. Весьма сильное воздействие на «группы риска», прежде всего молодёжь и женщин, может оказать и банкротство неконкурентоспособных предприятий в условиях растущей открытости экономики и отсутствия действенных мер защиты национального предпринимательства. 

На ситуацию с занятостью в России влияют и факторы, связанные со спецификой отдельных групп рынка труда. Эту третью группу составляют демографические факторы — сдвиги в половозрастной структуре рабочей силы, возможное увеличение экономической активности женщин, иммиграция, а также увеличение продолжительности образования, социально-психологические и политические факторы. Одним из главных источников напряжённости является женская сверхзанятость (82%) и тенденция к преимущественному высвобождению женщин в ходе сокращений персонала. В ближайшей перспективе на занятость в России может значительно повлиять и поток переселенцев из бывших республик СССР, а также нелегальная миграция из стран дальнего зарубежья.

Неоднозначное воздействие на масштабы использования труда одной из главных «групп риска» — молодёжи, а следовательно, и на размеры её безработицы, оказывает такой специфический, зависящий от конкретно-исторических условий фактор, как способ получения и продолжительность образования. С этим фактором тесно связаны социально-психологические причины роста молодёжной безработицы.

Указанный фактор действует по двум направлениям. С одной стороны, спрос на квалифицированные кадры диктует необходимость высокой, приближающейся к полному курсу средней школы общеобразовательной подготовки и профессионального образования, а следовательно, и удлинения сроков обучения. Это ведёт к повышению возрастной границы молодёжи, начинающей трудовую жизнь, к значительно меньшему, чем прежде, использованию в производстве молодых людей до 25 лет. За послевоенный период средний возраст оканчивающих учёбу и поступающих на работу в промышленно развитых странах увеличился на два года. В России же за последнее время начало трудовой жизни отодвинулось на год — с 18 до 19 лет.

С другой стороны, для вступающих в трудовую жизнь даже при высоком уровне общеобразовательной подготовки существуют объективные ограничения возможностей применения их труда в определённых отраслях и сферах профессиональной деятельности, в большей степени подверженных безработице. Молодёжь — наиболее эмоциональная и мобильная группа в составе рабочей силы — с особой остротой воспринимает эти ограничения. Отсутствие возможностей для творчества и инициативы, перспектив профессионального роста порождает у молодёжи стремление к перемене труда, поиску альтернативных занятий и тем самым приводит к повышению текучести, увеличивающей риск стать безработным.

Нередкое явление на рынке труда — дискриминация при найме по возрасту, полу и состоянию здоровья. Согласно исследованиям, проведённым в разных странах, предприниматели отдают предпочтение лицам в возрасте от 30 до 40 лет, а ограничения при найме работников в возрасте от 16 до 24 лет почти так же распространены, как и для лиц старше 55 лет. Наиболее широко возрастные ограничения применяются в розничной торговле и к работникам умственного труда.

Исследования показывают, что усиление влияния демографических, политических, социально-психологических и других социальных факторов проявляется не только в росте безработицы среди «групп риска». Оно сказывается также на способности принадлежащих к этим группам вернуться к трудовой деятельности и предопределяет увеличение продолжительности безработицы.