ДЕЛИЧ ФРИДРИХ

Делич (Delitzsch) Фридрих - немецкий протестант, ассириолог.

Сын немецкого исследователя ВЗ Франца Делича. Научную деятельность начал в Лейпцигском университете (в 1875 году приватдоцент, в 1878 году экстраординарный, с 1885 году ординарный профессор), в 1893 году принял приглашение на работу в университет городе Бреслау (ныне Вроцлав, Польша), в 1899 году- в университетет Берлина. Делич (наряду с Э. Шрадером) - один из основателей ассириологии в Германии. Он, автор ряда филологических исследований клинописи, видел свою главную задачу в изучении связи между ветхозаветной традицией и литературой и культурой Месопотамии, значительных успехов в изучении к-рых добилась археология того времени (смотри статью Археология библейская). В 1876 году Делич организовал семинар на тему «Книга Бытие и клинописные источники», посвященный рассмотрению филологических аспектов возможных отношений 2 групп источников. В 1883 году в Лондоне он опубликовал словарь еврейского языка с использованием данных ассир. клинописных источников (The Hebrew Language Viewed in the Light of Assyrian Research), в 1886 году приступил к изданию еврейско-арамейског словаря (в Лейпциге были напечатаны «Prolegomena eines neuen hebräisch-aramäischen Wörterbuchs»), который, однако, не был полностью опубликован. Важные примечания к тексту ВЗ содержатся в книге Делича «Die Lese- u. Schreibfehler im AT» (B.; Lpz.,1920).

Работы Делича 90-х годах XIX веке преимущественно посвящены анализу содержательных связей ВЗ с вавилонской литературой. В книге «Где находился рай?» (Wo lag das Paradies? Lpz., 1881) Делич отождествил Эдем с историческим ландшафтом Вавилонии, где, как он считал, происходило взаимопроникновение наиболее древних культур, к которым Делич относил ВЗ. 13 янв. 1902 года в докладе перед Немецким об-вом исследований Востока в Берлине на тему «Библия и Вавилон» Д. рассматривал данную гипотезу в контексте вопроса об авторитете ВЗ и вавилонской лит-ры (Babel und Bibel. Lpz., 1902) (русский перевод: Библия и Вавилон. СПб., 1904). Доклад вызвал не только горячие споры, но и публикации на эту тему. Основным предметом дискуссий стали выводы Делича о зависимости ВЗ от древних вавилонских текстов: все ценное с религиозной нравственной и культурной точки зрения в ВЗ, считал он, вавилонского происхождения. На основании данных клинописной литературы Делич считал возможным обретение «мировоззрения, удовлетворяющего как разум, так и сердце», опирающегося, по его мнению, на смешение ВЗ и литературы Древнего Востока (Babel u. Bibel. 1905. S. 6). В дискуссиях на тему доклада Делич еще упоминал о ценности ВЗ как одного из источников нового библейско-вавилонского религиозного мировоззрения, но отмечал, что археолотгические данные лишили этот текст авторитета главного документа, свидетельствовавшего о начальной истории человечества (Ibid. S. 7).

В докладе Делич подчеркивал интенсивную связь между Вавилоном и Библией, стремился показать значение источников Междуречья для понимания Библии. Культура Ханаана в эпоху его захвата коленами Израилевыми всецело находилась под влиянием культуры, ремесла, торговли, права, обычаев и науки Вавилонии. По мнению Делича, это объясняет, почему, например, «ветхозаветная система денежных единиц, мер и веса, внешняя форма законов и так далее являются совершенно вавилонскими» (Ibid. S. 31). Согласно Делича, религиозные ветхозаветные институты также следует считать вавилонскими по происхождению, даже еврейская «суббота» имеет свой аналог в Вавилонии, подтвержденный археологическими данными о наличии дня под названием   (Ibid. S. 31-32). Делич пытался показать зависимость ветхозаветных рассказов о творении, о Всемирном потопе и многих юридических предписаний от вавилонских образцов.

Возмущенные докладом Делича критики говорили и писали о значительных отличиях вавилонских мифов и юридических документов от библейской истории первоначального человечества и предписаний завета. Так, русский библеист, профессор МДА Д. И. Введенский, используя археологические данные, указал на неверность вывода Делича о существовании вавилонских имен, содержащих имя семитского бога Яхо, подчеркнув, что приводимые Деличем примеры подтверждают лишь существование вавилонских имен, в основе которыхрых лежали имена именно вавилонских богов.

Невзирая на критику, Делич впоследствии пришел к еще более радикальному отвержению ВЗ (Die grosse Täuschung. Stuttg.; B., 1920-1921. 2 Tl.) как источника христианского богословия. Он не оспаривал некоторой его исторической и поэтической ценности, но в религиозном отношении считал, что ВЗ свидетельствовал только об иудейско-партикуляристской монолатрии Яхо, отождествленного «великим самообманом Израиля» с «истинным святым Богом» (Элем). В той же самой работе провавилонские тенденции Делича переплелись с антисемитской идеологией (Ibid. S. 95-96). Впосл.едствии идеи Делича развивали так называемые панвавилонисты, главным образом его ученики А. Иеремиас и Г. Винклер. Это направление наиболее полно было раскрыто в трудах П. Йенсена, который стремился показать зависимость всей мировой литературы от вавилонских образцов (Das Gilgamesch-Epos in der Weltliteratur. B., 1906-1928. 2 Bde).

Вавилонская интерпретация ВЗ, которую разрабатывал Делич, давно преодолена как ложный путь исследования, хотя метод установления зависимости по аналогии иногда находит применение. В настоящее время некоторые филологические труды Делича сохраняют свою значимость (Assyrische Lesestücke. Lpz., 19125; Assyrisches Handwörterbuch. Lpz., 1896, 1968).

Иллюстрация:

Архив БРЭ.