Выступление В.Р. Мединского на Пленарном заседании Балтийского культурного форума

Хотел бы поделиться мыслями в связи с приближающейся датой – 80-летием Калининградской области. Используя такую замечательную и яркую площадку как Балтийский культурный форум, хочется задать некую тему для обсуждения. Это будут размышления, и не столько культурного, сколько исторического характера. Ни в коем случае не аксиома, а некие мысли на тему.

Хотел бы поговорить об исторической памяти не в части научных изысканий, а в бытовом, повседневном преломлении. Как известно, Калининград, эти земли – это меньшая часть, так называемой Пруссии, которая вошла в состав нашей страны по итогам Второй мировой войны. Старое немецкое название города Кёнигсберг было изменено сознательно, поскольку такая топонимическая практика не какой-то советский эксклюзив, так делалось всегда, веками.

По итогам Второй мировой изменились названия десятков, сотен населенных пунктов. Немецкий Данциг стал Гданьском, Бреслау – Вроцлавом, немецкий город Мемель – Клайпедой, Вильнюс, тут уж не разберешь то ли польский Вильно, то ли русский Вильно, стал Вильнюсом. И так далее.

Кстати, обращаю внимание, что 80-летие Калининградской области мы отмечаем в этом году, хотя эта земля юридически вошла в состав Советского Союза на год раньше. Целый год её судьба была несколько подвешена. Дело в том, что изначально не могли решить в какую из республик Советского Союза земли Восточной Пруссии будут включены. В том числе рассматривался вариант включения этих земель в состав Литовской Советской Социалистической Республики. Однако этого не произошло. И через год все-таки приняли решение включить в состав РСФСР. Почему? В Советском Союзе помимо идеологии, политики была весьма своеобразная, но весьма здравая экономическая модель. В том числе и модель налоговая, когда налоги предприятий, производственных объединений, а также союзных республик расщеплялись, и часть становилась союзной, а часть оставалась на территории. Напомню, что по планам послевоенных пятилеток налоги должны были распределяться следующим образом: РСФСР половину своих доходов отдавала в союзную копилку, Белоруссия и Украина, как наиболее пострадавшие от фашистских захватчиков, отдавали чуть меньше половины в союзную копилку, а республики Прибалтики, ну и ряд других, ничего не отдавали, а все оставляли себе. Плюс получали существенные дотации.

И вот посмотрев на состояние этих земель, советское руководство Литовской ССР, увидело степень разрушения. Здесь были тяжелые бои. Вы знаете, например, какая часть жилого фонда тогдашнего Кёнигсберга оставалась условно пригодной для жилья? Сильно меньше 10 процентов. Все остальное представляло собой кирпичную пыль. Кстати, не столько как последствие советского штурма, сколько как последствие британских бомбардировок до этого. Ну и в целом, по территории нынешней Калининградской области две трети промышленного потенциала было уничтожено, поэтому руководство Литовской ССР сказало, что нам такого даром не нужно, несмотря на то, что мы оставляем все деньги себе и ещё получаем союзные дотации, вы уж как-нибудь сами с этим разбирайтесь. С этим разбиралось РСФСР, бросив сюда инвестиции, переселенцев, производственные мощности. Сами жили, мягко скажем, из последних сил, но ещё и восстанавливали эту землю фактически из руин.

А когда прошла первая послевоенная пятилетка и уже как-то жизнь наладилась, и встал вопрос: а, собственно, город Мемель с окрестностями, весьма выгодный экономический порт, кому отдавать? Вот тут руководство Литовской ССР сказало: нет-нет, это мы возьмем. Клайпеда нам пригодится. Это произошло в 1950 году. Вот так. Это к вопросу, как они сейчас называют Калининград: Караляучюс.

Вернемся к Калининграду. Тогда с политических карт мира исчез не только Кёнигсберг, но исчезло и само понятие Пруссия - ото всюду, со всех карт всех стран. Сделано это было совершенно сознательно. Пруссия исчезла как историческое ядро германского империализма. Так это и объяснялось. И вот сейчас, в год 80-летия образования Калининградской области, думаю, было бы не лишним обратить внимание на некоторые процессы, которые после распада СССР здесь происходили. То, что иногда мы называем бессознательной, но такой «ползучей топонимической германизацией». В геральдической символике муниципалитетов региона весьма обильно представлены германские элементы. Вплоть до того, что гербы Балтийска, Черняховска – полная реинкарнация германских гербов. Герб Багратионовска с тевтонскими крестами. Гербы города Мамоново, поселок Железнодорожный воспроизводят элементы «исторического», я беру это слово в кавычки, гербов соответствующих германских городов. Ну и так далее. Многие переработаны, как например Правдинска, но эхо, отсылка есть. Я не знаю, есть ли в Германии хоть одна отсылка к старинным славянским символам. Сильно в этом сомневаюсь.

То же самое касается и топонимики. «Теодор Кроне парк», «Ашманн Макс парк»… Кстати, эти парки раньше имели русские названия, а потом вновь объявились иностранные. Немецкие наименования даже используются на сайтах местных органов власти, государственных учреждений. Обильно присутствуют «кёнигсбергские мотивы» и в повседневной жизни.

Не говорю, что надо искоренять великую германскую культуру великого немецкого народа. Точно переименовывать слово «марципан» на русский лад не надо. Но почему коньяк «Старый Кёнигсберг», почему кёнигсбергский марципан? Примеров таких можно приводить десятками, я уже про названия отелей, ресторанов, меню и говорить не буду.

Мы за объективное отношение к истории. И действительно, на протяжении многих лет немецкий город Кёнигсберг входил в состав Пруссии, потом Германии.

Но дело в том, что русский город Калининград в состав Германии никогда не входил. И никогда входить не будет! Поэтому эти «исторические флешбэки», на мой взгляд, должны оставаться уделом специалистов. И в общественное сознание не внедряться.

Откуда это берется? На мой взгляд, дело в таком странном историческом стереотипе, что близость к Европе почему-то считается главной привлекательностью Калининградской области. Более того, если посмотреть на это дело шире, то это отражение реликтовой части нашего общественного сознания. С тех времен ещё, когда мы видели на Западе «свет в прорубленном окошке», ориентир, привыкали смотреть на Европу снизу вверх. Вспомните все эти понятия: евроремонт, европротокол. И почему-то по инерции продолжаем так говорить.

Думаю, что пришло время всем нам задуматься, обратить внимание на эти вопросы. Слово ведь материально. Как корабль назовешь, так он и поплывет.

Помимо исправления этих казусов в геральдике и топонимике нужно к 80-летию Калининградской области, может быть, подумать вместе, посоветоваться и обратить больше внимания на воссоздание или реновацию музейных экспозиций, посвященных взятию немецкого Кёнигсберга нашими войсками. Как мне рассказали, что закрыт музей советского штаба, командный пункт 43-ей Армии в Холмогоровке. Нужно усилить музейную экспозицию «5-й форт» в Калининграде. Много других у нас славных вещей есть, которые можно усилить.

Неплохо было бы организовать в Калининграде (думаю военные нас точно поддержат), к 80-летию региона выставку разбитой немецкой техники в зоне СВО. Потому что тевтонские кресты гораздо уместнее смотрятся на сожженных танках, а не на гербах наших русских городов. <Аплодисменты>

Приятно, что мы думаем одинаково.

Строится сейчас в Калининграде замечательная в европейской стилистике университетская библиотека. На ней планируется шпиль. А на нем, в свою очередь, должен быть двуглавый русский орел. Уверен, местные жители гораздо больше знают и много ещё чего могут подсказать. В любом случае, на этот вопрос нужно обратить внимание.

Кстати, я тут только недавно задумался, что с точки зрения банальной математики мы отмечаем 80 лет в составе нашей страны Калининградской области. Это я не засчитываю ещё Елизавету Петровну – тогда репетиция была. Но даже последний период – 80 лет, а сколько лет в составе Германии эта земля была? 75 лет с момента появления объединенной Германии. А как оказалась эта земля в составе Советского Союза и России? Мы её что захватили? Нет.

Юридически – по итогам Потсдамской конференции. Более юридически обоснованного решения представить себе невозможно, не говоря уже о том, что это юридическое решение скреплено намертво кровью наших солдат.

Калининград – русский город и будет таковым всегда.