КНЯЖЕСКИЕ УСТАВЫ

КНЯЖЕСКИЕ УСТАВЫ X–XII веков - ус­та­нов­ле­ния русских кня­зей, оп­ре­де­ляв­шие ис­точ­ни­ки ма­те­ри­аль­но­го обес­пе­че­ния ми­тро­по­личь­ей ка­фед­ры или епи­скоп­ских ка­федр, пре­де­лы цер­ков­ной юрис­дик­ции и нор­мы пра­ва на тер­ри­то­рии Древнерусского государства и от­дель­ных зе­мель и кня­жеств.

На­име­но­ва­ние «ус­тав­ная гра­мо­та» от­но­сят к до­ку­мен­там, при­ме­няв­шим­ся на ог­ра­ни­чен­ной тер­ри­то­рии, в основном в те­че­ние крат­ко­го пе­рио­да вре­ме­ни, «ус­та­вом» на­зы­ва­ют до­ку­мент, ко­то­рый мог воз­ник­нуть на ос­но­ве не­со­хра­нив­шей­ся гра­мо­ты в ре­зуль­та­те пе­ре­ра­бо­ток при дли­тель­ном при­ме­не­нии его норм в разл. ус­ло­ви­ях.

Ус­тав кня­зя Вла­ди­ми­ра Свя­то­сла­ви­ча о цер­ков­ных су­дах и де­ся­ти­нах - в сво­ей ос­но­ве свя­зан с со­зда­ни­ем Де­ся­тин­ной церк­ви в Кие­ве. В Ус­та­ве упо­ми­на­ет­ся о со­гла­ше­нии ки­ев­ско­го князя Вла­ди­ми­ра Свя­то­сла­ви­ча с княжной Ан­ной (умерла в 1011 году), что по­зво­ля­ет да­ти­ро­вать его со­став­ле­ние не позд­нее начала XI века. Ран­няя часть Ус­та­ва фик­си­ру­ет фор­мы ма­те­ри­аль­но­го обес­пе­че­ния Де­ся­тин­ной церкви в ви­де де­ся­ти­ны от различных по­сту­п­ле­ний на кня­жеский двор (су­деб­ных и тор­го­вых по­шлин). В бо­лее позд­ней час­ти Ус­та­ва го­во­рит­ся о пе­ре­да­че ми­тро­по­ли­ту и епи­ско­пам су­дов (и, со­от­вет­ст­вен­но, су­деб­ных штра­фов) по «цер­ков­ным де­лам», ко­то­рые не под­ле­жа­ли кня­же­ско­му су­ду: по раз­во­дам, из­на­си­ло­ва­ни­ям, бра­кам ме­ж­ду близ­ки­ми род­ст­вен­ни­ка­ми и свой­ст­вен­ни­ка­ми, по кон­флик­там в се­мье, язы­че­ским фор­мам бра­ка (пу­тём умы­ка­ния не­вес­ты) и язы­че­ским об­ря­дам. Пер­во­на­чаль­но Ус­тав вклю­чал так­же уз­кий пе­ре­чень «цер­ков­ных лю­дей», не под­ле­жав­ших кня­же­ской или городской юрис­дик­ции, - чле­нов цер­ков­но­го при­чта и мо­на­хов. В про­цес­се раз­ви­тия цер­ков­ной ор­га­ни­за­ции на Ру­си, фор­ми­ро­ва­ния епар­хий в цен­трах кня­жеств Ус­тав до­пол­нял­ся и ис­прав­лял­ся, что зна­чи­тель­но из­ме­ни­ло пре­де­лы юрис­дик­ции Церк­ви и фор­мы де­ся­ти­ны. Со­хра­нил­ся бо­лее чем в 200 спи­сках XIV-XIX веков, в 7 ре­дак­ци­ях и ря­де из­во­дов, ко­то­рые яв­ля­ют­ся его пе­ре­ра­бот­ка­ми, про­из­ве­дён­ны­ми в раз­ное вре­мя: в XII веке во Вла­ди­ми­ре или Чер­ни­го­ве; в конце XIII - начале XIV веков в Га­лиц­ко-Во­лын­ском кнежестве, в кня­же­ствах Северо-Востоно. Ру­си и в Нов­го­ро­де; в XIV веке в Мо­ск­ве; в XV веке в Кие­ве и Мо­ск­ве; в конце XV - начале XVI веков в По­лоц­ке и др. Ус­тав из­вес­тен в пе­ре­во­дах  XVI века на латинский, немецкий, итальянский и поль­ский язы­ки.

По­ло­же­ния Ус­та­ва князя Вла­ди­ми­ра раз­ви­ты в Ус­та­ве кня­зя Яро­сла­ва о цер­ков­ных су­дах, ко­то­рый пред­став­ля­ет со­бой су­деб­ник по де­лам, вхо­див­шим в ком­пе­тен­цию ми­тро­по­личь­е­го или епи­скоп­ско­го су­да. Его ос­но­ва от­но­сит­ся к середине XI века, фор­ми­ро­ва­ние все­го Ус­та­ва - к XI - 1-й половине XII веков. Ки­ев­ский князь Яро­слав Вла­ди­ми­ро­вич Муд­рый по со­гла­ше­нию с ми­тро­по­ли­том Ки­ев­ским Ила­рио­ном, опи­ра­ясь на греческий Но­мо­ка­нон, оп­ре­де­лил, что су­дом ми­тро­по­ли­та и епи­ско­пов долж­ны рас­смат­ри­вать­ся де­ла, от­но­ся­щие­ся к трём сфе­рам, не под­ве­дом­ст­вен­ным кня­же­ско­му су­ду и не упо­мя­ну­тым в Рус­ской прав­де. Во-пер­вых, это во­про­сы язы­че­ских форм бра­ка, за­клю­че­ния и рас­тор­же­ния бра­ка с на­ру­ше­ни­ем цер­ков­ных пра­вил, блу­да ме­ж­ду чле­на­ми боль­шой се­мьи, во­про­сы об ос­корб­ле­ни­ях сло­вом и дей­ст­ви­ем, дра­ках и из­бие­ни­ях. Во-вто­рых, это суд по де­лам пред­ста­ви­те­лей бе­ло­го ду­хо­вен­ст­ва и мо­на­шест­ва, при­чём Ус­тав пред­пи­сы­вал епи­ско­пу су­дить их по всем де­лам - как по уго­лов­ным (об убий­ст­вах и др.), так и по су­гу­бо цер­ков­ным (например, о рас­стри­же­ст­ве). В-треть­их, это во­про­сы, свя­зан­ные с за­ви­си­мы­ми от Церк­ви людь­ми. В Ус­та­ве име­ют­ся уни­каль­ные нор­мы об от­вет­ст­вен­но­сти ро­ди­те­лей за не­вы­да­чу за­муж до­че­рей и за на­силь­ст­вен­ную вы­да­чу их за­муж, о штра­фах за ос­корб­ле­ние жен­щи­ны срам­ным сло­вом, об ос­корб­ле­нии муж­чи­ны по­стри­же­ни­ем его го­ло­вы или бо­ро­ды, о рас­чёте штра­фов в поль­зу епи­ско­па в за­ви­си­мо­сти от со­ци­аль­но­го по­ло­же­ния по­стра­дав­ших, об ис­чис­ле­нии боль­ших штра­фов за ос­корб­ле­ние боя­рынь или боя­ры­шень (в грив­нах зо­ло­та) и др. В XII-XVII веках Ус­тав князя Яро­сла­ва был рас­про­стра­нён по всем русуским зем­лям и в ря­де сво­их норм ос­та­вал­ся дей­ст­вую­щим ко­дек­сом ме­ст­но­го цер­ков­но­го пра­ва. Об этом сви­де­тель­ст­ву­ет боль­шое ко­ли­че­ст­во со­хра­нив­ших­ся спи­сков (св. 90), наи­бо­лее ран­ний из ко­то­рых от­но­сит­ся к 15 в. Су­ще­ст­ву­ют мно­го­числ. ре­дак­ции и из­во­ды тек­ста Ус­та­ва, что объ­яс­ня­ет­ся бы­то­ва­ни­ем его в разл. гос. об­ра­зо­ва­ни­ях. Та­ко­вы об­ра­бот­ки, про­ве­дён­ные во 2-й пол. 12 – нач. 13 вв. в Кие­ве, в сер. 14 в., нач. 15 в. и 2-й пол. 15 в. в Мо­ск­ве, в кон. 14 – нач. 15 вв. и, вто­рич­но, в 17 в. – в Ве­ли­ком кн-ве Ли­тов­ском, в 15 в. в Нов­го­ро­де, Рос­то­ве, Ипать­ев­ском мо­на­сты­ре, в кон. 15 в. в Ки­рил­ло-Бе­ло­зер­ском мо­на­сты­ре (мо­нах Еф­ро­син), в нач. 16 в. в Ус­тю­ге, Перм­ской зем­ле и др.

Смо­лен­ские ус­тав­ные гра­мо­ты – 4 до­ку­мен­та, по сво­ему про­ис­хо­ж­де­нию свя­зан­ные с уч­ре­ж­де­ни­ем смо­лен­ским кн. Рос­ти­сла­вом Мсти­сла­ви­чем Смо­лен­ской епи­скоп­ской ка­фед­ры в хра­ме Бо­го­ро­ди­цы (1136). Пер­вая гра­мо­та со­об­ща­ет об уч­ре­ж­де­нии епар­хии, обес­пе­че­нии её сё­ла­ми и не­на­се­лён­ны­ми зем­ля­ми, де­ся­ти­ной от кня­же­ских да­ней с тер­ри­то­рии Смо­лен­ско­го княжества и не­кото­рых других мест, о пе­ре­да­че ей с су­дом и да­ня­ми со­слов­ной груп­пы «про­щен­ни­ков», со­дер­жит пе­ре­чень су­деб­ных дел, ре­шае­мых Цер­ко­вью или Цер­ко­вью вме­сте со свет­ски­ми вла­стя­ми, и за­пре­ща­ет вос­со­еди­нять Смо­лен­скую епар­хию с Пе­ре­яс­лав­ской, из ко­то­рой она бы­ла вы­де­ле­на. Вто­рой до­ку­мент (ве­ро­ят­но, 1136 год) дан от име­ни смо­лен­ско­го епископа Ма­нуи­ла, под­твер­ждав­ше­го со сво­ей сто­ро­ны гра­мо­ту князя Рос­ти­сла­ва Мсти­сла­ви­ча. Тре­тий до­ку­мент (1150 год) вновь от име­ни князя Рос­ти­сла­ва Мсти­сла­ви­ча пе­ре­да­вал епар­хии зем­лю в Смо­лен­ске, на ко­то­рой сто­ит храм Бо­го­ро­ди­цы. По­след­ний до­ку­мент «А се по­го­ро­дие» - ано­ним­ная ус­тав­ная за­пись о по­сту­п­ле­нии в поль­зу епи­ско­пии «уро­ка» и «по­че­стья» с 12 го­ро­дов Смо­лен­ско­го княжества. Эти по­шли­ны епи­ско­пия со­би­ра­ла в до­пол­не­ние к тем де­ся­ти­нам, о ко­то­рых сви­де­тель­ст­ву­ет пер­вая гра­мо­та. До­ку­мент не име­ет да­ты, но мо­жет быть да­ти­ро­ван по со­дер­жа­нию конца XII - 1-й половины XIII веков. Весь ком­плекс до­ку­мен­тов со­хра­нил­ся в един­ст­вен­ном спи­ске 1-й половины XVI века, пе­ре­пи­сан­ном для под­твер­жде­ния древ­них прав епи­скоп­ской ка­фед­ры в свя­зи с вклю­че­ни­ем в 1514 году Смо­лен­ска в со­став Русского государства.

Ус­тав­ная гра­мо­та кня­зя Свя­то­сла­ва Оль­го­ви­ча церк­ви Свя­той Со­фии (1137 год) ре­гу­ли­ро­ва­ла от­чис­ле­ния в поль­зу Нов­го­род­ской епар­хии от су­деб­ных до­хо­дов кня­зя. Яв­ля­ясь в ру­ко­пи­сях про­дол­же­ни­ем тек­ста Ус­та­ва Вла­ди­ми­ра в ре­дак­ции XIII века, гра­мо­та за­ме­ня­ла по­ла­гав­шую­ся епи­ско­пу до­лю еже­год­ной кня­же­ской да­ни на твёр­дую сум­му в «100 гри­вен но­вых кун», по­сту­п­ле­ние ко­то­рой князь га­ран­ти­ро­вал из сво­их до­хо­дов. Гра­мо­та со­дер­жа­ла пе­ре­чень по­гос­тов на зем­лях в За­во­ло­чье, в рай­онах ниж­не­го те­че­ния Северной Дви­ны и Пи­не­ги с их при­то­ка­ми, а так­же дан­ные об из­ме­не­нии де­неж­ной сис­те­мы Нов­го­ро­да X-XIII веков. В при­ло­же­ни­ях («обо­неж­ский» и «бе­жич­ский» ря­ды) середины XIII века вво­ди­лись но­вые ис­точ­ни­ки су­деб­ных по­шлин епи­ско­пу вза­мен пе­ре­чис­лен­ных пре­ж­де. Древ­ней­ший спи­сок гра­мо­ты от­но­сит­ся ко 2-й половине XIV века.

К княжеским уставам X-XII веков при­мы­ка­ют так­же ещё два па­мят­ни­ка, имею­щие нов­го­род­ское про­ис­хо­ж­де­ние. Ус­тав кня­зя Все­во­ло­да о цер­ков­ных су­дах, лю­дях и ме­ри­лах тор­го­вых фик­си­ро­вал со­от­но­ше­ние в Нов­го­род­ской рес­пуб­ли­ке вла­сти епи­ско­па, кня­зя, вы­бор­ных пред­ста­ви­те­лей гор. вер­хуш­ки. Пред­став­ля­ет со­бой ком­пи­ля­цию конца XIII века, ос­но­ван­ную на од­ной из ре­дак­ций Ус­та­ва князя Вла­ди­ми­ра с до­пол­не­ни­ем нов­го­род­ских норм со­от­но­ше­ния на­зван­ных вла­стей, в ча­ст­но­сти норм об уча­стии в управ­ле­нии нов­го­род­ски­ми церк­ва­ми пред­ста­ви­те­лей тор­го­во-ре­мес­лен­но­го на­се­ле­ния (например, сот­ских в управ­ле­нии ка­фед­раль­ным Со­фий­ским со­бо­ром, ста­рост и куп­цов - церкви Святого Ио­ан­на на Опо­ках). В кон­тро­ле над си­сте­мой тор­го­вых мер и ве­сов на­ря­ду с епи­ско­пом уча­ст­во­ва­ли так­же ку­печеская кор­по­ра­ция и сот­ские. Цер­ковь на­стаи­ва­ла на сво­ей юрис­дик­ции по от­но­ше­нию к ли­цам, ут­ра­тив­шим связь со свои­ми со­ци­аль­ны­ми груп­па­ми, - к не­гра­мот­но­му по­по­ви­чу, вы­ку­пив­ше­му­ся из за­ви­си­мо­сти хо­ло­пу, куп­цу-бан­кро­ту и да­же к ли­шив­ше­му­ся кня­же­ст­ва кня­зю. В позд­ней­ших при­ло­же­ни­ях к Ус­та­ву XIV-XV веков рас­смат­ри­ва­ют­ся слож­ные слу­чаи на­след­ст­вен­но­го пра­ва. Древ­ней­ший со­хра­нив­ший­ся спи­сок Ус­та­ва от­но­сит­ся к середине XV века.

Ус­тав нов­го­род­ской церк­ви Свя­то­го Ио­ан­на на Опо­ках, дан­ный от име­ни кня­зя Все­во­ло­да Мсти­сла­ви­ча («Ру­ко­пи­са­ние кня­зя Все­во­ло­да») - уни­каль­ный па­мят­ник, под­роб­но ос­ве­щаю­щий су­ще­ст­во­ва­ние ку­печеской кор­по­ра­ции «Иван­ское сто». Он мо­жет быть да­ти­ро­ван серединой - 2-й половиной XIII века. Су­ще­ст­ву­ет так­же мне­ние, что в сво­ей ос­но­ве он от­но­сит­ся ко 2-й четверти XII века, ко вре­ме­ни кня­же­ния в Нов­го­ро­де князя Все­во­ло­да Мсти­сла­ви­ча (1117-1132 годы, 1132-1136 годы), а окон­чательная ре­дак­ция - к XIII веку. Со­хра­нил­ся в спи­сках середины XV - XVI веков, в двух час­тич­но раз­ли­чаю­щих­ся из­во­дах - Тро­иц­ком и Ар­хео­гра­фи­че­ском.

На­ря­ду с ус­та­нов­ле­ния­ми кня­зей, дан­ны­ми РПЦ, су­ще­ст­во­ва­ли и иные княжеские уставы, в ча­ст­но­сти Ус­тав Вла­ди­ми­ра Мо­но­ма­ха 1113 года, ог­ра­ни­чив­ший воз­мож­но­сти рос­тов­щи­ков (во­шёл в со­став Рус­ской прав­ды).

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)