ЖУКОВСКАЯ ЛИДИЯ ПЕТРОВНА

ЖУКОВСКАЯ ЛИДИЯ ПЕТРОВНА - палеограф, лингвист, исследовательница церковнославянских памятников, член бюро Археографической комиссии АН СССР.

 В 1929 году переехала с родителями из пос. Костерёво (ныне город во Владимирской обл.) в Москву. В 1937 году поступила на факультет русского языка и литературы Московского городского педагогического института (МГПИ), который окончила с отличием в 1941 году. До конца 1943 года жила в эвакуации в Свердловске (ныне Екатеринбург).

После возвращения в Москву поступила в аспирантуру МГПИ, ее научным руководителем являлся Р.И. Аванесов. На формирование научных интересов и выбор темы для канд. диссертации Л.П. Жуковской оказали влияние палеографы-слависты акад. М.Н. Тихомиров и М.В. Щепкина. Диссертационная работа Л.П. Жуковской, посвященная палеографическому и фонетическому описанию Галичского Евангелия 1357 года, была защищена в 1953 году (публ.: Из истории языка Северо-Восточной Руси середины  XIV века: (Фонетика галичского говора по мат-лам Галичского евангелия 1357 год) // Тр. Института языкознания АН СССР. 1957 год. Т. 8. С. 5-106). С 1947 года Л.П. Жуковская являлась научным сотрудником, в 1959-1988 годы - старшим научным сотрудником Института русского языка (ИРЯ) АН СССР, в 1988-1994 годы - старшим, затем главным научным сотрудником Отдела рукописей ГБЛ (ныне РГБ).

В начале работы в ИРЯ Л.П. Жуковская входила в группу авторов, составлявших «Атлас русских народных говоров центральных областей к востоку от Москвы» (М., 1957. Ч. 1). В 50-х годах она опубликовала несколько работ о берестяных грамотах, введенных в научный оборот в 1951 году (Палеография // Палеогр. и лингвист. анализ новгородских берестяных грамот. М., 1955. С. 13-78; Тексты грамот и переводы с разночтениями // Там же. С. 189-204; Новгородские берестяные грамоты. М., 1959).

На протяжении многих лет в центре научных интересов Л.П. Жуковской находились вопросы текстологии слав. списков Евангелия-апракос. Изучив более 500 рукописей XI - начала XV веков из хранилищ СССР, Болгарии и Югославии, исследовательница предложила собственные классификацию славянских евангельских лекционариев, концепцию развития в церковнославянской книжности данного типа текста (Л.П. Жуковской были неизвестны результаты работ чикагской школы учеников Э.К. Колуэлла по изучению греческих служебных Евангелий, проводившихся в 30-60-х годов XX века; см. о них: Wikgren A. Chicago Studies in the Greek Lectionary of the New Testament / Biblical & Patristic Studies in memory of R. P. Casey. Freiburg, 1963. P. 96-121). Итогом изучения Л.П. Жуковской данной темы стали десятки статей, докторской диссертации «Древнерусские пергаменные рукописи как лингвистический источник: (Археографическое, текстологическое и лингвистическое исследование)», защищенная в 1970 году в Ленинградском университете, а также 2 монографии (Типология рукописей древнерусского полного апракоса XI-XIV веков в связи с лингвистическим изучением их // Памятники древнерусских письменности: Язык и текстология: [Сб. ст.]. М., 1968. С. 196-332; Текстология и язык древнейших слав. памятников. М., 1976).

Л.П. Жуковская выделила 3 типа славянских Евангелий-апракос: краткий, воскресный (праздничный) и полный. Общим для всех типов является наличие чтений на субботние и воскресные дни и на все дни Страстной седмицы. Различия заключаются в наличии или отсутствии чтений: на дни от Пасхи до Пятидесятницы (есть в кратком и полном апракосах, отсутствуют в воскресном), на дни от Пятидесятницы до новолетия (есть в полном апракосе, отсутствуют в кратком и воскресном), на дни от новолетия до Великого поста (есть в полном апракосе, отсутствуют в кратком и воскресном). Краткий апракос представлен Ассеманиевым, Архангельским, Остромировым Евангелиями, Саввиной книгой и др., всего около 50 списков. Воскресный апракос отразился в единичных относительно поздних списках, но происхождение его, как считала Л.П. Жуковская, могло быть древним.

Для Л.П. Жуковской особый интерес представлял полный апракос. Данному типу текста, содержащемуся преимущественно в восточнослав. списках, посвящены основные работы исследовательницы. Л.П. Жуковская считала, что эта разновидность служебного Евангелия сложилась в XII веке на Руси (вопреки мнению М.Н. Сперанского, убедительно доказавшего его более раннее болгарское происхождение; см.: Сперанский М.Н. К истории славянского перевода Евангелия // РФВ. 1899. Т. 41. С. 198-219). Большое значение имеет установленный Л.П. Жуковской факт разнородности евангельских чтений в составе полного апракоса. Так, одно и то же чтение, помещенное в Мстиславовом Евангелии на разные дни, может значительно варьироваться текстологически.

В 1963 году Л.П. Жуковская описала ранее неизвестный, отсутствующий в греческой традиции НЗ тип сверхкраткого апракоса, в котором соединены чтения из Евангелий и Апостола. В отличие от краткого апракоса сверхкраткий тип текста содержит чтения в период от Пасхи до Пятидесятницы только на субботы и воскресенья (без будних дней). Наукой не была принята точка зрения Л.П. Жуковской о том, что сверхкраткий апракос является тем первоначальным литургическим текстом, который был переведен равноапостольными Кириллом (Константином) и Мефодием (Об объеме первой слав. книги, переведенной с греческого Кириллом и Мефодием // Вопросы слав. языкознания. 1963. Вып. 7. С. 73-81). Значительным недостатком работ Л.П. Жуковской, посвященных текстологии Евангелия, является игнорирование зависимости типов богослужебных книг от типов богослужебных уставов, что было обусловлено почти полным прекращением изучения проблем литургики и библеистики в советское время. Благодаря исследованиям Л.П. Жуковской были созданы предпосылки для восстановления традиции библеистики в России.

Л.П. Жуковская была одним из редких лингвистов, много занимавшихся проблемами текстологии. Большую ценность имеет составленный ею список лингвистических элементов, значимых с точки зрения текстологии (Лингвистические данные в текстологических исследованиях // Изучение рус. языка и источниковедение. М., 1969. С. 3-26). Благодаря Л.П. Жуковской была кодифицирована терминология лингво-текстологического метода исследования рукописных памятников. Исследовательница настаивала на разграничении понятий «памятник» (произведение), «список» (рукопись), «редакция» (применительно к памятнику), «извод» (применительно к языку списка), активно защищала термин «старославянский язык» применительно к древнейшему периоду существования славянского литературного языка (кирилло-мефодиевская эпоха) в противовес болгарским исследователям, употребляющим понятие «древнеболгарский (старобългарски) язык» (см.: Венедиктов Г.К. Материалы к советско-болгарской дискуссии по нек-рым вопросам совр. палеославистики // Cлавяноведение. 2007. № 2. С. 59-62, 65-76, 91-94).

В 80-90-х годах Л.П. Жуковская активно занималась вопросами текстологии Пролога, изучив ок. 400 списков. Исследовательница ставила себе задачи: дать классификацию списков и их текстологическую характеристику, выяснить лингвистическую историю сборника. В ходе работы были достигнуты предварительные результаты, отразившиеся в ряде докладов и статей, часть к-рых была опубликована посмертно (Текстологическое и лингвистическое исследование Пролога: (Избранные византийские, русские и инославные статьи) // Слав. языкознание: IX Международный съезд славистов, Киев, 1983: Докл. сов. делегации. М., 1983. С. 110-120; Списки Пролога Государственного архива Калининской обл. и их использование для истории русского языка // Среднерусские говоры: Межвузовский тематический сборник науч. тр. Калинин, 1986. С. 96-116; Двести списков XIV-XVII веков небольшой статьи как лингвистический и исторический источник (статья Пролога о построении церковь во имя Георгия Ярославом Мудрым) // Ист. традиции духовной культуры народов СССР и современность. К., 1987. С. 33-63; Древнерусский Спасо-Прилуцкий Пролог II редакции // Зап. ОР РГБ. М., 2008. Вып. 53. С. 551-555; Еще о начальной редакции и о весенне-летней половине древнерусского Пролога // Там же. С. 562-566; К текстологии проложных статей об ап. Андрее // Там же. С. 567-569 и др.). Большое значение имеет предпринятая в статьях Л.П. Жуковской классификация восточнослав. редакций и разновидностей Стишного пролога.

В ходе изучения Пролога Л.П. Жуковской, будучи убежденной в самодостаточности русской культуры, пришла к отрицанию феномена «второго южнославянского влияния» (см. Южнославянские влияния на древнерусскую культуру) (О втором южнослав. влиянии // Die slawischen Sprachen. Salzburg; W., 1982. Bd. 2. S. 131-144; Грецизация и архаизация русские письма второй половины XV - первой половины XVI веков (Об ошибочности понятия «второе южнославянское влияние») // Древнерусский литературный язык в его отношении к старославянскому: [Сб. ст.]. М., 1987. С. 144-176). Вопреки мнению исследователей конца XIX - cередины XX веков (А.И. Соболевский, В.А. Мошин, Д.С. Лихачёв и др.) Л.П. Жуковская игнорировала наиболее важный - литературный - аспект этого масштабного и сложного культурно-исторического явления, сводя его исключительно к графико-орфографическим признакам, которые стремилась объяснить (отчасти под влиянием гипотезы американского слависта Д. Ворта) как результат архаизации и грецизации орфографии русских рукописей в XV века. Несостоятельность этого тезиса Л.П. Жуковский продемонстрирована в новейших работах М.Г. Гальченко, изучившей сплошной массив восточнославянских рукописей второй половины XIV - второй половины XV веков (Гальченко М.Г. Книжная культура. Книгописание. Надписи на иконах Др. Руси: Избр. работы. М.; СПб., 2001. (Тр. ЦМиАР; Т. 1)).

При исключительной любви к русской национальной культуре, особенно в ее церковной форме, Л.П. Жуковская нередко в исследованиях руководствовалась чувством ложно понимаемого патриотизма. С этим связаны характеристика ею кириллической части Реймсского Евангелия (представляющей отрывок скромного по оформлению рядового кодекса) как рукописи, принадлежавшей дочери кн. Ярослава (Георгия) Владимировича Мудрого французской королеве Анне (Реймсское евангелие: История его изучения и текст. М., 1978), и попытка отождествления царя Симеона, упоминаемого в копийной выходной записи кирилло-белозерского списка Изборника 1073 года и в предисловии к «Златострую» пространной редакции, с великим кн. Московским Симеоном Иоанновичем Гордым (Изборник 1073 года: Судьба книги, состояние и задачи изучения // Изборник Святослава 1073 г. М., 1977. С. 5-31).

Около 20 лет, вплоть до смерти, Л.П. Жуковская являлась ответственным редактором славяно-русской серии «Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР» (работа начата в 1960 года по инициативе академика Тихомирова), входила в коллектив авторов инструкции по описанию славяно-русских рукописных книг для «Сводного каталога...», остающейся одним из самых удачных действующих археографических руководств (Рекомендации для определения языка (извода) древних славянских рукописей // Методическое пособие по описанию славяно-русских рукописей для Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР. М., 1973. Вып. 1. С. 1-42). Заслугой Л.П. Жуковская является значительное расширение описательных статей справочника. Под редакцией Л.П. Жуковской и при ее непосредственном участии вышел в свет том, посвященный славяно-русским рукописям XI-XIII веков (М., 1984 год), начата работа над каталогом рукописей XIV века. В 1971, 1973 и 1979 годы Л.П. Жуковская принимала участие в проведении в Ленинграде всесоюзных конференций, посвященных вопросам изучения и описания рукописного наследия, организаторами к-рых были Археографическая комиссия и Библиотека АН.

Много сил Л.П. Жуковская отдала разработке принципов научного издания древних рукописей. Свои идеи она воплотила при публикации Мстиславова, Реймсского, Архангельского и Остромирова Евангелий, Изборника Святослава 1073 года, за что была награждена Государственной премией РСФСР по науке и технике за 1988 год. Несомненной заслугой ученого является определение на основании языкового и палеографического анализа как фальсификата «Влесовой книги» при 1-й попытке введения ее в научный оборот. Л.П. Жуковская воспитала десятки исследователей, под ее руководством было защищено 11 кандидатских диссертаций.