ИНКИ

ИНКИ - ин­дей­ская эт­ническая груп­па, соз­дав­шая на за­па­де Южной Аме­ри­ки государствово Тау­ан­тин­суйу.

Пред­по­ла­га­ют, что пер­во­на­чаль­но сло­во «Ин­ка» (Са­па Ин­ка – Един­ст­вен­ный Ин­ка) оз­на­ча­ло ти­тул вер­хов­но­го во­ж­дя од­но­го из пле­мён ке­чуа, а за­тем бы­ло пе­ре­не­се­но и на са­мо пле­мя. Ис­то­рия и куль­ту­ра инков из­вест­ны по дан­ным ар­хео­ло­гии и письменным ис­точ­ни­кам ко­ло­ни­аль­но­го вре­ме­ни (пре­ж­де все­го ис­па­но-пе­ру­ан­ским хро­ни­кам Гуа­ма­на По­мы де Ая­лы, Гар­си­ла­со де ла Веги и др.). По­сколь­ку ин­дей­цы пе­ре­да­ва­ли ис­то­рические све­де­ния уст­но, а ис­пан­цы ста­ли за­пи­сы­вать по­лу­чен­ные че­рез пе­ре­вод­чи­ков ис­то­рические све­де­ния лишь с 1550-х годов. то есть че­рез по­ко­ле­ние по­сле за­вое­ва­ния, мно­гое в ис­то­рии (в том числе ряд дат) и куль­ту­ре инков ре­кон­ст­руи­ру­ет­ся пред­по­ло­жи­тель­но. Рас­коп­ки сто­ли­цы инков Кус­ко за­труд­не­ны, по­сколь­ку на её мес­те на­хо­дит­ся современный го­род; лишь с 1980 года на­ча­лось ис­сле­до­ва­ние до­ис­пан­ских по­се­ле­ний в ра­диу­се около 80 км от Кус­ко, а так­же про­винциальных инк­ских цен­тров.

Ис­то­ки куль­ту­ры ин­ков.

До­ли­на Кус­ко, где про­ис­хо­ди­ло фор­ми­ро­ва­ние инков, на­хо­ди­лась на пе­ри­фе­рии древ­них го­су­дарств Уа­ри и Тиау­а­на­ко. Их ис­чез­но­ве­ние со­про­во­ж­да­лось де­мо­гра­фическим, хо­зяй­ст­вен­ным, куль­тур­ным упад­ком и, ве­ро­ят­но, сме­ной на­се­ле­ния. Упа­док в рай­оне до­ли­ны Кус­ко был ме­нее яв­ным. Воз­ник­шая здесь в XI веке ран­не­инк­ская куль­ту­ра Киль­ке с начала XIV века рас­про­стра­ня­ет­ся на со­сед­ние до­ли­ны. В это вре­мя в рай­оне Кус­ко скла­ды­ва­ет­ся 4-уров­не­вая ие­рар­хия по­се­ле­ний, ха­рак­тер­ная для ран­них го­су­дарств, со­з­да­ют­ся об­щественные зда­ния (двор­цы или хра­мы). На­се­ле­ние пе­ре­ме­ща­ет­ся с удоб­ных для обо­ро­ны вер­шин хол­мов в пло­до­род­ные до­ли­ны, где ос­ваи­ва­ет ра­нее пус­то­вав­шие зем­ли; соз­да­ют­ся сельскохозяйственные тер­ра­сы, оро­сительные ка­на­лы. Ха­рак­тер­ные фор­мы ке­ра­ми­ки Киль­ке («ари­бал­лы» с уз­ким гор­лом и ши­ро­ким ото­гну­тым вен­чи­ком, пло­ские ми­соч­ки с рос­пи­сью на двух по­ло­ви­нах в ви­де об­ра­щён­ных друг к дру­гу дуг) наи­бо­лее близ­ки на­ход­кам к вос­то­ку от озера Ти­ти­ка­ка в Бо­ли­вии и в северо-западной Ар­ген­ти­не.

Са­ми инки счи­та­ли се­бя вы­ход­ца­ми из Тиау­а­на­ко, вла­дев­ши­ми «тай­ным» язы­ком, от­лич­ным от языка ке­чуа ко­рен­ного на­се­ле­ния Кус­ко. Од­на­ко дан­ные, под­твер­ждаю­щие эту тра­ди­цию, от­сут­ст­ву­ют: боль­шин­ст­во имён инков эти­мо­ло­ги­зи­ру­ет­ся из языка ке­чуа, на ко­то­ром в XIII-XVI веках го­во­ри­ло на­се­ле­ние центральных и от­час­ти южных рай­онов гор­но­го Пе­ру, в том числе до­ли­ны Кус­ко. Ряд осо­бен­но­стей ар­хи­тек­ту­ры инков име­ет па­рал­ле­ли в ар­хи­тек­ту­ре Тиау­а­на­ко. Па­мять об Уа­ри в тра­ди­ции инков не со­хра­ни­лась, од­на­ко с ним свя­за­ны древ­ней­шие ки­пу, слу­жив­шие у инков для ве­де­ния учё­та и пе­ре­да­чи другой ин­фор­ма­ции. Таким образом, куль­ту­ра инков, по край­ней ме­ре кос­вен­но, свя­за­на с бо­лее древ­ни­ми куль­ту­ра­ми Центральных Анд.

Ис­то­рия го­су­дар­ст­ва ин­ков.

В концу XIV - началу XV веков в до­ли­не Кус­ко сло­жи­лось ран­не­го­су­дар­ст­вен­ное об­ра­зо­ва­ние с на­се­ле­ни­ем не ме­нее 20-30 тысяч человек, ко­то­рое кон­тро­ли­ро­ва­ли инки. Около 1438 года сю­да с за­па­да вторг­лись чан­ка, по язы­ку (ке­чуа) и куль­ту­ре близ­кие жи­те­лям Кус­ко. Со­глас­но ле­ген­де, ста­рый пра­ви­тель Кус­ко Ви­ра­ко­ча Ин­ка и его за­кон­ный на­след­ник Ин­ка Ур­ко бы­ли го­то­вы ка­пи­ту­ли­ро­вать, но по­боч­ный сын пра­ви­те­ля, при­няв­ший имя Па­ча­ку­ти, раз­гро­мил вра­га и при­нял вер­хов­ную власть.

Раз­гро­мив чан­ка, Па­ча­ку­ти (около 1438-1463 годы) по­ко­рил про­то­го­су­дар­ст­вен­ное объ­е­ди­не­ние ай­ма­ра Колья к се­ве­ро-за­па­ду от озера Ти­ти­ка­ка. Враж­деб­ное Ко­лья объ­еди­не­ние Лу­па­ка (к юго-за­па­ду от озера Ти­ти­ка­ка) при­со­еди­ни­лось мир­но. В бас­сей­не озера Ти­ти­ка­ка Па­ча­ку­ти за­вла­дел сот­ня­ми ты­сяч лам и аль­па­ка, обес­пе­чив ар­мию транс­пор­том, оде­ж­дой и про­до­воль­ст­ви­ем. Для идео­ло­гического под­тверж­де­ния сво­его гос­под­ства инки ос­но­ва­ли бо­га­тые хра­мы на ост­ро­вах озера Ти­ти­ка­ка. При­бли­зи­тель­но с 1463 года вме­сте с Па­ча­ку­ти за­вое­ва­ния­ми ру­ко­во­дил его сын - Тупак Юпан­ки (То­па Ин­ка Юпан­ки), став­ший по­сле смер­ти от­ца еди­но­вла­ст­ным пра­ви­те­лем (около 1471-1493 годы). За­вое­ва­те­ли про­дви­га­лись на се­вер, что­бы ов­ла­деть Ка­ха­мар­кой - са­мой зна­чи­тель­ной из меж­гор­ных кот­ло­вин на се­ве­ре современного Пе­ру. За­тем Ту­пак Юпан­ки на­пра­вил­ся на тер­ри­то­рию современного Эк­ва­до­ра, где его вой­ска с боль­шим тру­дом ус­та­но­ви­ли кон­троль над ме­ст­ны­ми пле­ме­на­ми. На юге этой об­лас­ти был ос­но­ван город То­ме­бам­ба (близ современного города Ку­эн­ка), став­ший вто­рым по зна­че­нию в государстве инков (в конце XV - начале XVI веков от­час­ти ус­ту­пил эту роль рас­по­ло­жен­но­му се­вер­нее города Ки­то, близ современной сто­ли­цы Эк­ва­до­ра).

В конце 1460-х - начале 1470-х годов инки спус­ти­лись на по­бе­ре­жье и за­хва­ти­ли государство Чи­мор со сто­ли­цей Чан-Чан. По­сле по­дав­ле­ния вос­ста­ния в Чи­мо­ре его со­кро­ви­ща бы­ли вы­ве­зе­ны, ква­ли­фи­цированные ре­мес­лен­ни­ки пе­ре­се­ле­ны из Чан-Ча­на в Кус­ко, го­род опус­тел, но гроб­ни­цы пра­ви­те­лей ос­та­лись не­тро­ну­ты­ми (их опус­то­ши­ли ис­пан­цы). В то же вре­мя весь­ма ве­ро­ят­но, что инки во мно­гом за­им­ст­во­ва­ли су­ще­ст­во­вав­шую в Чи­мо­ре бю­ро­кра­тическую сис­те­му управ­ле­ния.

Да­лее Ту­пак Юпан­ки на­пра­вил­ся на юг, лег­ко при­сое­ди­нив мел­кие го­су­дар­ст­ва и во­ж­де­ст­ва центрального и южного по­бе­ре­жья современного Пе­ру. Об­ще­анд­ский хра­мо­вый центр Па­ча­ка­мак под­дер­жал инков. С упор­ным со­про­тив­ле­ни­ем инков встре­ти­лись лишь в не­боль­шой до­ли­не Кань­е­те. В цар­ст­во­ва­ние Ту­па­ка Юпан­ки бы­ло за­вер­ше­но по­ко­ре­ние территории Западной Бо­ли­вии, где бы­ло по­дав­ле­но вос­ста­ние пле­мён ко­лья и под­чи­не­на пло­до­род­ная до­ли­на Ко­ча­бам­ба на восточных скло­нах бо­ли­вий­ских Анд. В со­став государства инков во­шла так­же об­шир­ная тер­ри­то­рия на юго-за­па­де современной Бо­ли­вии, се­ве­ро-за­па­де Ар­ген­ти­ны и се­ве­ре Чи­ли (при­мер­но до современного города Сан­ть­я­го), на­се­лён­ная не­боль­ши­ми груп­па­ми ско­то­во­дов, зем­ле­дель­цев и ры­ба­ков, не ока­зав­ши­ми серь­ёз­но­го со­про­тив­ле­ния.

На­чи­ная с Па­ча­ку­ти и кон­чая прав­ле­ни­ем Уай­ны Ка­па­ка (1493-1525 годы), инки пы­та­лись раз­дви­нуть ру­бе­жи государства и на вос­ток, для по­ко­ре­ния ча­ча­поя - оби­та­те­лей Восточной Кор­диль­е­ры (на се­ве­ре современного Пе­ру). По­пыт­ки втор­же­ния в Ама­зо­нию ус­пе­ха не име­ли. На пи­ке мо­гу­ще­ст­ва государство инков, по мне­нию многих ис­сле­до­ва­те­лей, име­ло население около 9 миллионов человек (раз­брос оце­нок от 5 до 15 миллионов человек) и про­тя­ну­лось с се­ве­ра на юг на 4000 км.

Уай­на Ка­пак умер на се­ве­ре Тау­ан­тин­суйу от эпи­де­мии, рас­про­стра­нив­шей­ся в Южной Аме­ри­ке по­сле пер­вых кон­так­тов с ев­ро­пей­ца­ми. Вы­бран­ный им на­след­ник так­же умер. Но­вым был на­зна­чен ос­та­вав­ший­ся в Кус­ко 19-лет­ний Уас­кар. По­спе­шив на­зна­чить на основные пос­ты в государстве сво­их дру­зей, он всту­пил в конф­ликт с при­бли­жён­ны­ми от­ца, на­хо­див­ши­ми­ся на тер­ри­то­рии современного Эк­ва­до­ра. Те вы­дви­ну­ли в ка­че­ст­ве но­во­го ин­ки Атауаль­пу. Вой­ска Уаска­ра бы­ли раз­гром­ле­ны пол­ко­вод­цем Атауаль­пы Чаль­ку Чи­мой. На­хо­дясь в Ка­ха­мар­ке, Атау­аль­па ор­га­ни­зо­вал убий­ст­во Уаска­ра и его при­бли­жён­ных, жён и де­тей. Этим вос­поль­зо­вал­ся Ф. Пи­сар­ро, вы­са­див­ший­ся со сво­им от­ря­дом в Тум­бе­се (у гра­ни­цы современного Пе­ру и Эк­ва­до­ра). За­хва­тив Атау­аль­пу во вре­мя не­ожи­дан­но­го на­па­де­ния, он об­ви­нил его в узур­па­ции вла­сти и на­чал по­ход на Кус­ко яко­бы с це­лью воз­вес­ти на трон за­кон­но­го на­след­ни­ка Уа­ска­ра - его сы­на Ман­ко Ка­па­ка II. Всё это вре­мя столк­но­ве­ния враж­дую­щих инкских груп­пи­ро­вок про­дол­жа­лись. Часть про­винциальной зна­ти инков под­дер­жа­ла ис­пан­цев, по­слав им под­кре­п­ле­ние. По­сле сво­его фор­маль­но­го во­ца­ре­ния в 1534 году Ин­ка Ман­ко Ка­пак II вско­ре воз­гла­вил вос­ста­ние про­тив ис­пан­цев, а в 1536 году от­сту­пил в го­ры, соз­дав там Но­во­инк­ское цар­ст­во в Виль­ка­бам­бе. В хо­де вой­ны ме­ж­ду Уа­ска­ром и Атау­аль­пой и под уда­ром ис­пан­цев административная сис­те­ма Тау­ан­тин­суйу рас­па­лась и го­ро­да опус­те­ли, за ис­клю­че­ни­ем Кус­ко и ча­сти го­ро­дов в бас­сей­не озера Ти­ти­ка­ка, где обос­но­ва­лись за­вое­ва­те­ли.

Но­вое по­ко­ле­ние ин­дей­цев, вы­рос­шее в эпо­ху не­уря­диц, ста­ло идеа­ли­зи­ро­вать бы­лое государство инков, тем бо­лее что на­де­ж­ды про­винциальной зна­ти по­лу­чить не­за­ви­си­мость не оп­рав­да­лись. Современная нау­ка пред­по­ла­га­ет, что, по пред­став­ле­ни­ям пе­ру­ан­ских ин­дей­цев, на 1565 год при­хо­ди­лось на­ча­ло круп­но­го вре­менного цик­ла, ко­то­рый дол­жен был при­нес­ти ме­ст­ным бо­же­ст­вам-пер­во­пред­кам (уа­ка) по­бе­ду над бо­гом бе­лых при­шель­цев. Эти пред­став­ле­ния сло­жи­лись в идео­ло­гию дви­же­ния «та­ки он­кой» («пля­су­чий не­дуг»: его по­сле­до­ва­тели при­ни­ма­ли уча­стие в экс­та­ти­че­ских тан­цах), воз­ник­ше­го имен­но пе­ред 1565 годом. Но уже в 1572 году оно бы­ло раз­гром­ле­но, как и Но­во­инк­ское цар­ст­во, по­след­ний пра­ви­тель ко­то­ро­го, Ту­пак Ама­ру, был каз­нён, по­сле че­го от­кры­тое и мас­со­вое со­про­тив­ле­ние ин­дей­цев Пе­ру на­дол­го пре­кра­ти­лось. При­няв­шие хри­сти­ан­ст­во по­том­ки сто­лич­ной и про­винциальной зна­ти со­хра­ня­ли часть сво­их при­ви­ле­гий и уча­ст­во­ва­ли в фор­ми­ро­ва­нии куль­ту­ры, вклю­чав­шей как ин­дей­ские, так и ев­ропейские эле­мен­ты.

В 1780 году Хо­се Габ­ри­ель Кон­дор­кан­ки, при­няв­ший имя Ту­пак Ама­ру II, воз­гла­вил са­мое круп­ное вос­ста­ние в ви­це-ко­ро­лев­ст­ве Пе­ру, по­сле по­ра­же­ния ко­то­ро­го инк­ская куль­ту­ра окон­ча­тель­но ут­ра­ти­ла воз­мож­но­сти раз­ви­тия, а пред­ста­ви­те­ли инк­ской зна­ти бы­ли вы­сла­ны в Ис­па­нию или уби­ты.

Об­ще­ст­вен­ное уст­рой­ст­во и управ­ле­ние в го­су­дар­ст­ве ин­ков.

К началу XV века у инков, как и у других эт­нических групп в Ан­дах, су­ще­ст­во­ва­ла ду­аль­ная ор­га­ни­за­ция, при ко­то­рой гла­ва стар­шей фрат­рии (анан) счи­тал­ся вер­хов­ным во­ж­дём, а гла­ва млад­шей фрат­рии (урин) был в боль­шей ме­ре свя­зан с куль­то­вы­ми функ­ция­ми (фрат­рии так­же про­ти­во­пос­тав­ля­лись друг дру­гу как муж­чи­ны жен­щи­нам и как за­вое­ва­те­ли або­ри­ге­нам).

Глав­ное свя­ти­ли­ще инков пер­во­на­чаль­но на­хо­ди­лось в ме­ст­но­сти Уа­на­кау­ри, где, по пре­да­нию, на пу­ти в до­ли­ну Кус­ко воз­нёс­ся к солн­цу, вер­нул­ся и ока­ме­нел стар­ший брат ми­фического пер­во­пред­ка инк­ской ди­на­стии Ман­ко Ка­па­ка. Он при­нёс весть о гря­ду­щем ус­пеш­ном за­хва­те Кус­ко и санк­цио­ни­ро­вал от име­ни Ин­ти (Солн­ца) пра­во Ман­ко на за­вое­ва­ние. Рас­по­ла­га­ясь к югу от Кус­ко, свя­ти­ли­ще Уа­на­кау­ри на­хо­ди­лось на зем­лях фрат­рии урин и ас­со­ции­ро­ва­лось со жре­ца­ми. Санк­цию на во­ца­ре­ние ка­ж­до­го но­во­го Ин­ки да­вал Ин­тип Апун (со­пра­ви­тель, вер­хов­ный жрец). Про­ис­хо­ди­ло это бла­го­да­ря виде́нию, во вре­мя ко­то­ро­го с Ин­ти­пом Апу­ном раз­го­ва­ри­ва­ло бо­же­ст­во (Солн­це, или Ви­ра­ко­ча, ко­то­рый, воз­мож­но, ас­со­ции­ро­вал­ся с Млеч­ным Пу­тём или Орио­ном). Стре­мясь по­лу­чить власть ми­нуя тра­диционную про­це­ду­ру, от­стра­нить уже на­зна­чен­но­го на­след­ни­ка и из­бе­жать ог­ра­ни­чи­ваю­щей его пол­но­мо­чия санк­ции вер­хов­но­го жре­ца, Па­ча­ку­ти объ­я­вил, что он сам имел ви­де­ние, при­чём не в Уа­на­кау­ри, а в Кус­ко, где с ним раз­го­ва­ри­вал Ин­ти. Ра­нее Ин­тип Апун, как гла­ва фрат­рии урин, ви­ди­мо, на­сле­до­вал функ­ции вер­хов­но­го жре­ца, Па­ча­ку­ти же стал на­зна­чать выс­шее ду­хов­ное ли­цо сам. Но­вая про­це­дура ин­тро­ни­за­ции не бы­ла оп­ре­де­ле­на в де­та­лях; в даль­ней­шем санк­ция вер­хов­но­го жре­ца для неё все же тре­бо­ва­лась, при сме­не пра­ви­те­лей на­след­ник стре­мил­ся опе­реть­ся на жре­че­ст­во круп­ней­ших хра­мо­вых цен­тров. Окон­ча­тель­ное под­твер­жде­ние сво­их прав но­вый Ин­ка по­лу­чал, одер­жав по­бе­ды на по­ле боя.

Об­ла­дая аб­со­лют­ной вла­стью, Са­па Ин­ка, ско­рее все­го, при­ни­мал ре­ше­ния, учи­ты­вая мне­ние сво­их род­ст­вен­ни­ков, счи­тав­ших­ся, как и он сам, пря­мы­ми по­том­ка­ми Ман­ко Ка­па­ка. Ме­ж­ду ни­ми рас­пре­де­ля­лись выс­шие жре­че­ские (в Кус­ко), ад­ми­ни­ст­ра­тив­ные (в сто­лице и от­час­ти в про­вин­ци­ях) и во­енные долж­но­сти.

Государство инков де­ли­лось на 4 чет­вер­ти (суйу) - по две в двух по­ло­ви­нах (ха­нан - верх и ху­рин - низ). Ка­ж­дый суйу со­сто­ял из не­сколь­ких ай­лью - об­щин, чле­ны ко­то­рых счи­та­ли се­бя по­том­ка­ми оп­ре­де­лён­ных ми­фических пер­во­пред­ков. Каж­до­му ай­лью со­от­вет­ст­во­вал свой се­ке - ази­мут, на­прав­ле­ние, ис­хо­дя­щее из Ко­ри­кан­чи («зо­ло­той дом» или «усадь­ба»), глав­но­го хра­ма Кус­ко. Вдоль се­ке рас­по­ла­га­лись свя­ти­ли­ща дан­но­го айлью. На прак­ти­ке се­ке не пред­став­ля­ли со­бой гео­мет­рических пря­мых, по­сколь­ку бы­ли свя­за­ны с оп­ре­де­лён­ны­ми оро­сительным ка­на­ла­ми, ко­то­ры­ми вла­де­ли ай­лью, но об­щее на­прав­ле­ние се­ке со­хра­ня­ли, что ока­за­лось су­ще­ст­вен­ным в про­цес­се рас­ши­ре­ния государства. Чин­ча-суйу и Ко­лья-суйу ох­ва­ты­ва­ли большую часть тер­ри­то­рии государства инков (к се­ве­ро-за­па­ду и к юго-вос­то­ку от Кус­ко); Кун­ти-суйу (юго-за­пад) и Ан­ти-суйу (се­ве­ро-вос­ток) бы­ли зна­чи­тель­но мень­ше.

Основным спо­со­бом со­об­ще­ния бы­ли до­ро­ги, су­ще­ст­во­вав­шие в Ан­дах из­дав­на, но те­перь объ­е­ди­нён­ные в еди­ную сеть. Вдоль них рас­по­ла­га­лись там­бо (там­пу) - ана­лог по­стоя­лых дво­ров. Специальные ско­ро­хо­ды (час­ки) не­сли (по эс­та­фе­те от од­но­го там­бо до дру­го­го) ки­пу, со­дер­жав­шие при­ка­за­ния и от­чё­ты. Ко­ди­ров­кой, де­шиф­ров­кой и хра­не­ни­ем этой ин­фор­ма­ции за­ни­ма­лись осо­бые слу­жа­щие - ки­пу-ка­май­ок. По­сле испанского за­вое­ва­ния с их слов бы­ла за­пи­са­на и часть све­де­ний, во­шед­ших за­тем в письменные источники об инках.

Инк­ская ар­мия бы­ла ор­га­ни­зо­ва­на на ос­но­ве де­ся­тич­но­го прин­ци­па, от­ли­ча­лась ма­нёв­рен­но­стью и дис­ци­п­ли­ной. Вои­нов на­би­ра­ли из чис­ла кре­сть­ян-об­щин­ни­ков. Ору­жи­ем даль­не­го боя слу­жи­ли пра­ща и бо­ла, ближ­не­го - ма­ка­на (па­ли­ца с ка­мен­ным, час­то звез­до­об­раз­ным на­вер­ши­ем из кам­ня или, ре­же, брон­зы), а так­же обою­до­ост­рый де­ре­вян­ный меч и длин­ное ко­пьё, ино­гда с брон­зо­вым на­ко­неч­ни­ком. Те­ло за­щи­ща­ли шлем и не­боль­шой щит из де­ре­ва или тро­ст­ни­ка с ко­жа­ным по­кры­ти­ем, плот­ная хлоп­ча­то­бу­маж­ная ру­ба­ха; лук и копь­е­ме­тал­ка не при­ме­ня­лись, хо­тя бы­ли из­вест­ны со­сед­ним на­ро­дам. Сеть рас­по­ло­жен­ных вдоль до­рог скла­дов аму­ни­ции и про­доволь­ст­вия по­зво­ля­ла бы­ст­ро кон­цен­три­ро­вать вой­ска для ве­де­ния по­гра­нич­ных войн и по­дав­ле­ния вос­ста­ний.

Ис­пан­цы за­ста­ли в государстве инков 2 ка­те­го­рии зна­ти. Пер­вую ка­те­го­рию пред­став­ля­ли инки, став­шие в за­воё­ван­ных про­вин­ци­ях гос­под­ствую­щей груп­пой но­во­го ти­па, не свя­зан­ной про­ис­хо­ж­де­ни­ем с ме­ст­ным на­се­ле­ни­ем. Ко вто­рой от­но­си­лись ку­ра­ка (в не­ко­то­рых рай­онах их на­зы­ва­ли маль­ку) - гла­вы за­воё­ван­ных об­щин и объ­е­ди­не­ний. Имея раз­ных ми­фических пер­во­пред­ков (уа­ка), инкская и про­винциальная знать не мог­ли сме­ши­вать­ся, хо­тя из­ред­ка име­но­вать­ся инками. пред­ста­ви­те­лям ме­ст­ной зна­ти всё же по­зво­ля­лось. Связь ку­ра­ка с цен­тром под­дер­жи­ва­ло рас­пре­де­ле­ние из цен­тра зо­ло­та, до­ро­гих тка­ней, им­порт­ных ра­ко­вин и т. п. по прин­ци­пу да­ро­об­ме­на, спо­соб­ст­во­вав­ше­го под­дер­жа­нию лич­ных свя­зей и ло­яль­но­сти.

Управ­ле­ние под­чи­нён­ны­ми тер­ри­то­рия­ми бы­ло ор­га­ни­зо­ва­но на ос­но­ве де­ся­тич­ной сис­те­мы с эле­мен­та­ми чет­ве­рич­ной (встре­ча­ют­ся со­об­ще­ния о рас­пре­де­ле­нии ра­бот­ни­ков груп­па­ми 40, 200 и 400 человек). Гла­ва­ми под­раз­де­ле­ний низ­шей сту­пе­ни чун­га (10 до­мо­хо­зяйств) бы­ли об­щин­ни­ки (чьи кан­ди­дату­ры, по-ви­ди­мо­му, ут­вер­жда­лись ад­ми­ни­ст­ра­то­ра­ми бо­лее вы­со­ко­го ран­га). 100 (па­ча­ка), 1 тысяча (уа­ран­га) и 10 тысяч (ху­ну) до­мо­хо­зяйств под­чи­ня­лись ме­ст­ным ку­ра­ка. Из­ред­ка гла­вой ху­ну на­зна­чал­ся че­ло­век, не имев­ший, со­глас­но тра­ди­ции, пра­ва на та­кой пост. Выс­шей (по­сле суйу) административной еди­ни­цей бы­ла про­вин­ция - уа­ма­ни (тер­мин пер­во­на­чаль­но от­но­сил­ся к гор­ным вер­ши­нам, по­чи­та­ние ко­то­рых объ­е­ди­ня­ло со­от­вет­ст­вую­щее на­се­ле­ние). В за­ви­си­мо­сти от преж­них эт­ноя­зы­ко­вых гра­ниц уа­ма­ни со­стоя­ла из 2, 3 или 4 час­тей, ка­ж­дая при­мер­но в 10 тысяч до­мо­хо­зяйств. Эта ор­га­ни­за­ция бы­ла наи­бо­лее по­сле­до­ва­тель­но вве­де­на в ра­нее сла­бо­за­се­лён­ных рай­онах центральной час­ти гор­но­го Пе­ру, где инки по­строи­ли но­вые административные цен­тры (Ха­тун-Хау­ха, Уа­ну­ко-Пам­па, Пум­пу). В других об­лас­тях до­инк­ские фор­мы управ­ле­ния в боль­шей или мень­шей сте­пе­ни со­хра­ня­лись.

Ещё в до­инк­ский пе­ри­од отдельные эт­но­по­ли­тические об­ра­зо­ва­ния опи­сы­ва­лись в сим­во­лические клас­си­фи­ка­ции как «муж­чи­ны» и «жен­щи­ны». С об­ра­зо­ва­ни­ем Тау­ан­тин­суйу в «муж­ской» по­зи­ции ока­зал­ся ис­клю­чи­тель­но Кус­ко. Ин­ка имел сим­во­лические пра­ва на всех жен­щин им­пе­рии, зна­ком че­го бы­ло его всту­п­ле­ние в брак с вы­со­ко­род­ной пред­ста­ви­тель­ни­цей ка­ж­до­го под­чи­нён­но­го на­ро­да. В Кус­ко они по­лу­ча­ли ста­тус по­боч­ных жён. Кро­ме то­го, по все­му го­су­дар­ст­ву от­би­ра­лись де­воч­ки (ак­лья - «из­бран­ные»), ко­то­рых пе­ре­се­ля­ли в осо­бые ак­лья-уа­си (уа­си - дом). Боль­шин­ст­во за­ни­ма­лось из­го­тов­ле­ни­ем тка­ней для нужд хра­мов и госуарства, не­ко­то­рых Ин­ка от­да­вал в жёны тем, ко­го хо­тел на­гра­дить.

9/10 на­се­ле­ния Тау­ан­тин­суйу бы­ли чле­на­ми об­щин (ай­лью), на­хо­див­ших­ся на са­мо­обес­пе­че­нии. Они долж­ны бы­ли об­ра­ба­ты­вать для государства 1/3 всех зе­мель, но на прак­ти­ке эта до­ля ока­зы­ва­лась го­раз­до мень­шей; за ред­ки­ми ис­клю­че­ния­ми, по­да­ти не пла­ти­лись. Об­щин­ни­ки долж­ны бы­ли при­ни­мать уча­стие в кол­лек­тив­ных ра­бо­тах - ми­та. Ряд об­щин пе­ре­се­ля­ли на но­вые тер­ри­то­рии (ло­яль­ные груп­пы - к государственным гра­ни­цам, за­ме­шан­ные в вос­ста­ни­ях - во внутренние рай­оны). Их чле­ны (мит­мак - от ми­та) под­вер­га­лись бо­лее ин­тен­сив­ной экс­плуа­та­ции, на­прав­ля­лись на об­ра­бот­ку це­лин­ных или за­бро­шен­ных зе­мель. Около 1% жи­те­лей государства инков ут­ра­ти­ли свя­зи с ай­лью, эти лю­ди (яна­ко­на) бы­ли слу­га­ми, из­ред­ка мог­ли за­ни­мать административные долж­но­сти. Не­боль­шой ка­те­го­ри­ей на­се­ле­ния бы­ли ка­май­ок - ква­ли­фи­цированные ре­мес­лен­ни­ки и слу­жа­щие ад­ми­ни­ст­ра­ции.

До­ля городского на­се­ле­ния, по-ви­ди­мо­му, не пре­вы­ша­ла 5%. Чис­ло жи­те­лей Кус­ко оце­ни­ва­ет­ся в 125 тысяч человек, круп­ней­ше­го про­вин­циа­ль­но­го це­нт­ра Уа­ну­ко-Пам­па - в 30 тысяч человек. Жи­те­ли по­стро­ен­ных инками го­ро­дов це­ли­ком за­ви­се­ли от государства в снаб­же­нии про­до­воль­ст­ви­ем, ко­то­рое цен­тра­ли­зо­ван­но дос­тав­ля­лось ка­ра­ва­на­ми лам и хра­ни­лось, на­ря­ду с про­дук­ци­ей ре­мес­лен­ни­ков, на скла­дах (коль­ка). Та­кую сис­те­му инки унас­ле­до­ва­ли от бо­лее ран­них го­су­дарств.

За счёт ра­бот­ни­ков и зе­мель, пе­ре­дан­ных государством ме­ст­ной зна­ти в на­гра­ду за ус­лу­ги, скла­ды­вал­ся «кор­по­ра­тив­ный» сек­тор эко­но­ми­ки. Во мно­гих слу­ча­ях Ин­ка лишь под­твер­ждал пра­ва ку­ра­ка и его род­ст­вен­ни­ков, ко­то­ры­ми те об­ла­да­ли и рань­ше. Рас­ши­ре­ние это­го сек­то­ра шло и за счёт рос­та вла­де­ний сто­лич­ной зна­ти. По­сле смер­ти пра­ви­те­ля часть его иму­ще­ст­ва на­сле­до­ва­ли по­том­ки по­боч­ных жён, ко­то­рые об­ра­зо­вы­ва­ли но­вую па­на­ка (по зна­че­нию близ­ко к ай­лью - об­щи­на). Основной обя­зан­но­стью её чле­нов бы­ла за­бо­та о му­мии умер­шего Ин­ки, но фак­ти­че­ски это - вы­де­лив­шее­ся из государственного сек­то­ра кор­по­ра­тив­ное хо­зяй­ст­во, обес­пе­чи­вав­шее бо­ко­вых на­след­ни­ков Ин­ки; боль­шин­ст­во па­на­ка рас­по­ла­га­лось вбли­зи сто­ли­цы.

Кро­ме то­го, в Центральных Ан­дах ещё до инков, ве­ро­ят­но, су­ще­ст­во­ва­ли круп­ные хра­мо­вые хо­зяй­ст­ва. Наи­бо­лее влия­тель­ны­ми хра­мо­вы­ми цен­тра­ми при инках бы­ли Ко­ри­кан­ча в Кус­ко и Па­ча­ка­мак на по­бе­ре­жье.

Осо­бое зна­че­ние име­ло об­ла­да­ние план­та­ция­ми кус­тар­ни­ка ко­ки, чьи ли­стья, вы­зы­ваю­щие при же­ва­нии нар­ко­тический эф­фект, ис­поль­зо­ва­лись в ри­туа­лах. При­год­ных для вы­ра­щи­ва­ния ко­ки зе­мель бы­ло ма­ло, и пра­ва на них по­сто­ян­но ос­па­ри­ва­лись отдельной ай­лью и эт­ническими груп­па­ми.

Куль­ту­ра ин­ков.

В Центральных Ан­дах не бы­ло пан­те­о­на бо­жеств со свой­ст­вен­ны­ми ка­ж­до­му сфе­ра­ми (солн­це, огонь, ве­тер и т. п.). Уа­ка (бо­же­ст­ва-пер­во­пред­ки) и уа­ма­ни бы­ли объ­ек­та­ми ме­ст­ных куль­тов, а об­ще­анд­ский ха­рак­тер име­ли пред­став­ле­ния о вер­хов­ном не­бес­ном на­ча­ле, свя­зан­ном с не­сколь­ки­ми не впол­не рас­чле­ни­мы­ми об­раз­ами (вос­хо­дя­щее солн­це, по­лу­ден­ное солн­це и т. п.). В гор­ных рай­онах про­ме­жуточ­ное по­ло­же­ние в ие­рар­хии ме­ж­ду верх­ним уров­нем и ме­ст­ны­ми уа­ка за­ни­мал бог-гро­мов­ник. Мать-зем­ля (Па­ча­ма­ма) иг­ра­ла важ­ную роль в ре­ли­гии зем­ле­дель­цев, но не в государственной куль­те.

Вер­хов­ный пра­ви­тель (Са­па Ин­ка) ас­со­ции­ро­вал­ся с Солн­цем (а его глав­ная же­на - с Лу­ной), но убе­ди­тель­ных фак­тов, сви­де­тель­ст­вую­щих об их при­жиз­нен­ном обо­же­ст­в­ле­нии, нет. Ин­ка вы­сту­пал по­сред­ни­ком ме­ж­ду выс­ши­ми си­ла­ми и людь­ми. На ри­сун­ке XVII века Ин­ка и Солн­це од­но­вре­мен­но пьют из пар­ных куб­ков, по­доб­но то­му как и знат­ные лю­ди пи­ли вме­сте с Ин­кой. В ав­гу­сте во вре­мя ри­туа­ла вска­пы­ва­ния пер­во­го по­ля Ин­ка, а за ним пред­ста­ви­те­ли зна­ти об­ра­ба­ты­ва­ли уча­сток к вос­то­ку от города Кус­ко, по­сле че­го к зем­ле­дельческим ра­бо­там мог­ли при­сту­пать кре­сть­я­не. Хо­зяй­кой это­го по­ля счи­та­лась се­ст­ра (или мать) и она же же­на пра­ро­ди­те­ля Ман­ко Ка­па­ка - Ма­ма Уако. Ман­ко Ка­пак, его бра­тья и сё­ст­ры, а за­тем скон­чав­шие­ся пра­ви­те­ли Кус­ко, чьи му­мии хра­ни­лись в Ко­ри­кан­че и де­мон­ст­ри­ро­ва­лись во вре­мя празд­ни­ков, име­ли функ­ции, сход­ные с те­ми, ко­то­рые при­пи­сы­ва­лись уа­ка других эт­нических групп Центральных Анд. Хо­тя культ цар­ских пред­ков был ос­но­вой ре­ли­гии инков, в про­вин­ци­ях про­дол­жа­ли су­ще­ст­во­вать ана­ло­гич­ные куль­ты ме­ст­ных знат­ных ро­дов. Инки вво­ди­ли в про­вин­ци­ях ра­нее не­из­вест­ных там уа­ка, соз­да­вая сеть но­вых куль­тов. При пе­ре­се­ле­нии мик­мак на но­вые зем­ли об­нов­ле­ние преж­них уа­ка про­хо­ди­ло под кон­тро­лем центральных вла­стей.

Важ­ную роль в ду­хов­ной жиз­ни инков иг­ра­ли хра­мы, обес­пе­чи­вав­шие своё влия­ние че­рез про­ро­че­ст­ва и их тол­ко­ва­ния, в ко­то­рых ну­ж­да­лись пра­ви­те­ли и ча­ст­ные ли­ца (на­зва­ние пе­ру­ан­ской сто­ли­цы Ли­ма и реки Ри­мак, в до­ли­не ко­то­рой она на­хо­дит­ся, оз­на­ча­ет «го­во­ря­щий», то есть «ора­кул»). Вклю­че­ние но­вых тер­ри­то­рий в сфе­ру влия­ния хра­ма про­ис­хо­ди­ло пу­тём ос­но­ва­ния до­чер­них цен­тров про­ри­ца­ний.

Идео­ло­гическое един­ст­во государства, взаи­мо­связь Кус­ко с про­вин­ция­ми на­шли от­ра­же­ние в ри­туа­ле Ка­пак Ху­ча («ве­ли­кое жерт­во­при­но­ше­ние»). Раз в 4 го­да, а так­же по слу­чаю бед­ст­вий в ка­ж­дом из че­ты­рёх суйу или в кон­крет­ной ме­ст­но­сти, ну­ж­дав­шей­ся в под­держ­ке выс­ших сил, оты­ски­ва­ли де­тей и под­ро­ст­ков, не имев­ших фи­зических не­дос­тат­ков. Во гла­ве тор­же­ст­вен­ной про­цес­сии их на­прав­ля­ли в Кус­ко и при­но­си­ли в жерт­ву в Ко­ри­кан­че или Уа­на­кау­ри ли­бо на ро­ди­не. При­не­сён­ные в жер­т­ву ас­со­ции­ро­ва­лись с уа­ка, а их род­ст­вен­ни­ки поль­зо­ва­лись различными при­ви­ле­гия­ми. С Ка­пак Ху­ча, по-ви­ди­мо­му, свя­за­ны по­гре­бе­ния де­тей и под­ро­ст­ков, об­на­ру­жен­ные по пе­ри­фе­рии государства инков - на ост­ров­ке у по­бе­ре­жья современного Эк­ва­до­ра и на многих гор­ных вер­ши­нах Ар­ген­ти­ны и Чи­ли. Ин­вен­тарь по­доб­ных за­хо­ро­не­ний был стан­дарт­ным и вклю­чал зо­ло­тые фи­гур­ки лам и лю­дей.

К чис­лу пре­стиж­ных из­де­лий от­но­сились тка­ни. По­сле каз­ни Атау­аль­пы скла­ды с тка­ня­ми бы­ли со­жже­ны от­сту­пав­ши­ми вое­на­чаль­ни­ка­ми инков. До­шед­шие до нас об­раз­цы не­ред­ко по­кры­ты раз­но­цвет­ны­ми то­ка­пу - квад­ра­та­ми оди­на­ко­во­го раз­ме­ра с раз­но­об­раз­ны­ми гео­мет­рическими фи­гу­ра­ми внут­ри. Воз­мож­но, то­ка­пу пред­став­ля­ли со­бой зна­ко­вую сис­те­му; по­пыт­ки до­ка­зать, что это пись­мен­ность, ус­пе­хом не увен­ча­лись.

Все фи­гу­ры бо­жеств в инк­ских хра­мах бы­ли унич­то­же­ны ис­пан­ца­ми. Их крат­кие опи­са­ния, а так­же еди­нич­ные со­хра­нив­шие­ся изо­бра­же­ния на зо­ло­тых пред­ме­тах ука­зы­ва­ют на то, что инк­ская ико­но­гра­фия ис­пы­та­ла влия­ние куль­тур по­бе­ре­жья. Ха­рак­тер­ной для инков ка­те­го­ри­ей из­де­лий бы­ли зо­ло­тые и се­реб­ря­ные фи­гур­ки (высота до 10-20 см) муж­чин, жен­щин и лам или аль­па­ка; мно­гие про­ис­хо­дят из по­гре­бе­ний де­тей и под­ро­ст­ков, свя­зан­ных с ри­туа­лом Ка­пак Ху­ча. Так­же ха­рак­тер­ны: ке­ра­мические, ка­мен­ные и де­ревянные со­су­ды для ри­ту­аль­ных воз­лия­ний (пах­ча) в фор­ме ку­ри­тель­ной труб­ки дли­ной 15-20 см с ём­ко­стью в ви­де го­ло­вы жи­вот­но­го, в ко­то­рую на­ли­ва­ли жид­кость, и с от­вер­сти­ем на про­ти­во­по­лож­ном кон­це, из ко­то­ро­го она вы­ли­ва­лась (встре­ча­ют­ся пах­ча це­ли­ком в ви­де фи­гу­ры жи­вот­но­го, ры­бы и пр.); ми­ниа­тюр­ные (высота 1-3 см) ка­мен­ные фи­гур­ки лам и аль­па­ка (ви­ди­мо, при­над­леж­ность се­мей­но-ро­до­вых куль­тов); ка­мен­ные ступ­ки диа­мет­ром около 15 см в ви­де низ­ко­го ци­лин­д­ра с рель­еф­ным де­ко­ром (воз­мож­но, для рас­ти­ра­ния нар­ко­ти­ков).

По­сле испанского за­вое­ва­ния де­ревенские ри­ту­аль­ные куб­ки (ке­ро), на ко­то­рых ра­нее имел­ся лишь гео­мет­рический про­рез­ной ор­на­мент, ста­ли по­кры­вать слож­ны­ми по­ли­хром­ны­ми сце­на­ми. Про­пор­ции фи­гур и не­ко­то­рые де­та­ли этих изо­бра­же­ний за­им­ст­во­ва­ны из ев­ропейской тра­ди­ции, но другие де­та­ли и об­щая ком­по­зи­ция со­от­вет­ст­ву­ют древ­не­пе­ру­ан­ским ка­но­нам, про­сле­жи­вае­мым вплоть до рос­пи­сей на со­су­дах I-VII веков куль­ту­ры мо­чи­ка. Изо­бра­жён­ные на ке­ро во­енные столк­но­ве­ния от­ра­жа­ют борь­бу оби­та­те­лей Кус­ко с ин­дей­ца­ми Ама­зо­нии («чун­чо»).

От­ли­чительная осо­бен­ность ар­хи­тек­ту­ры инков - ис­поль­зо­ва­ние круп­ных (ино­гда ги­гант­ских - ве­сом бо­лее 100 тонн) глад­ко об­ра­бо­тан­ных под­пря­мо­уголь­ных ка­мен­ных бло­ков и су­жаю­щие­ся квер­ху двер­ные и окон­ные про­ёмы. Строе­ния по­вто­ря­ют фор­му сель­ско­го жи­ли­ща - пря­мо­уголь­ный дом под дву­скат­ной кры­шей (каль­ян­ка) и ка­ре из че­ты­рёх каль­ян­ка во­круг квад­рат­но­го дво­ра (кан­ча). На по­бе­ре­жье (ре­же в го­рах) инки строи­ли и из сыр­цо­во­го кир­пи­ча. Рез­ко­пе­ре­се­чён­ный рель­еф ме­ст­но­сти у восточных скло­нов Анд обу­сло­вил строи­тель­ст­во под­ни­маю­щих­ся по скло­ну тер­рас и ле­ст­ниц. Ше­дев­ром ар­хи­тек­ту­ры яв­ля­ет­ся не­до­стро­ен­ная за­го­род­ная ре­зи­ден­ция Ма­чу-Пик­чу. Не­ко­то­рые на­хо­дя­щие­ся там объ­ек­ты, по-ви­ди­мо­му, пред­на­зна­ча­лись для на­блю­де­ния за солн­цем с це­лью оп­ре­де­ле­ния дней солн­це­стоя­ния или рав­но­ден­ст­вия, важ­ных в ри­ту­аль­ном ка­лен­да­ре.

Ас­тро­но­мические пред­став­ле­ния инков силь­но от­ли­ча­лись от ха­рак­тер­ных для Ев­ра­зии и Ме­зо­аме­ри­ки: от­сут­ст­вие зо­диа­ка, обо­зна­че­ние раз­ных яр­ких звёзд од­ним на­зва­ни­ем, важ­ная роль Млеч­но­го Пу­ти в чле­не­нии го­да на се­зо­ны, пред­став­ле­ние о «чёр­ных со­звез­ди­ях» - тём­ных пят­нах на Млеч­ном Пу­ти и др. Су­дя по не­ко­то­рым ис­точ­ни­кам, Па­ча­ку­ти ре­фор­ми­ро­вал ка­лен­дарь, при­вя­зав на­ча­ло от­счё­та лун­ных ме­ся­цев к зим­не­му солн­це­стоя­нию и вве­дя до­пол­ни­тель­ные дни для со­гла­со­ва­ния лун­но­го и сол­неч­но­го ка­лен­да­рей.

Тра­ди­ци­он­ная уст­ная куль­ту­ра. По­эзия, му­зы­ка и та­нец име­ли важ­ное государственное и об­щественное зна­че­ние, бы­ли тес­но свя­за­ны с куль­том. В при­двор­ных це­ре­мо­ни­ях в Кус­ко при­ни­ма­ли уча­стие ан­самб­ли флей­ти­стов, не­ред­ко очень боль­шие (до 100 му­зы­кан­тов), иг­рав­шие в том числе в тех­ни­ке, близ­кой го­ке­ту. Го­ло­са бо­жеств и ду­хов пе­ре­да­ва­лись с по­мо­щью ори­ги­наль­ных по тем­бро­вым ха­рак­те­ри­сти­кам аэ­ро­фо­нов в ви­де змей, ягуа­ров и других жи­вот­ных-то­те­мов. Профессиональные по­эты и му­зы­кан­ты со­став­ля­ли сво­его ро­да кас­ту (ара­ви­ку­на). В Кус­ко су­ще­ст­во­ва­ли шко­лы (ячау­а­си), где юно­ши из знат­ных се­мей за­учи­ва­ли ге­неа­ло­гию инков, ис­то­рические пре­да­ния, обу­ча­лись искусству по­эзии и му­зы­ки, и др. Де­воч­ки, ко­то­рых от­би­ра­ли сре­ди жриц ак­ль­я­ку­на («не­вес­ты Солн­ца»), так­же обу­ча­лись пе­нию и иг­ре на музыкальных ин­ст­ру­мен­тах в осо­бой шко­ле в Кус­ко. Основные жан­ры профессиональной по­эзии и му­зы­ки: хай­льи - гим­ны с различной те­ма­ти­кой (ре­лигиозно-об­ря­до­вые, при­уро­чен­ные к ка­лен­дар­ным празд­ни­кам и др.), та­ки - ис­то­рические пес­ни. Часть рас­про­стра­нён­ных сре­ди на­се­ле­ния пе­сен­ных и тан­це­валь­ных жан­ров со­хра­ни­лась и по­ны­не в тра­диционной куль­ту­ре ке­чуа и айма­ра: это соль­ная лю­бов­ная пес­ня ара­ви (мо­жет ис­пол­нять­ся так­же на про­доль­ных флей­тах), эле­гическая пес­ня уан­ка (зву­ча­ла во вре­мя тор­же­ст­вен­ных тра­ур­ных це­ре­мо­ний), кол­лек­тив­ные пес­ни-тан­цы ка­чуа, уай­но (кру­го­вые), ка­руйю (ис­пол­ня­ет­ся дву­мя ря­да­ми тан­цую­щих).

Со­глас­но ис­па­но-пе­ру­ан­ски­м хро­ни­стам XVI века, му­зы­ка инков объ­е­ди­ни­ла тра­ди­ции раз­ных пле­мён, на­се­ляв­ших Латинскую Аме­ри­ку; в ча­ст­но­сти, ра­ко­ви­на-тру­ба бы­ла за­им­ст­во­ва­на у на­се­ле­ния по­бе­ре­жья Ка­риб­ско­го мо­ря. «Клас­си­че­ский» ин­ст­ру­мент инков - мно­го­стволь­ная флей­та (ке­чу­ан­ское - ан­та­ра, ай­мар­ское - си­ку), из­вест­ная ещё в куль­ту­ре На­ска: флей­ты до­инк­ско­го про­ис­хо­ж­де­ния од­но­ряд­ные (чис­ло тру­бок 3-14), у инков поя­ви­лись 2-ряд­ные ин­ст­ру­мен­ты с 4-5 труб­ка­ми в ка­ж­дом ря­ду (из­го­тав­ли­ва­лись из тро­ст­ни­ка, кос­ти, гли­ны, дре­ве­си­ны, ме­тал­ла, наи­бо­лее ар­ха­ич­ные - из кам­ня). Гар­си­ла­со де ла Ве­га от­ме­чал слож­ность зву­ко­ря­дов инк­ской му­зы­ки для мно­го­стволь­ных флейт, за­клю­чав­ших в верх­ней сво­ей час­ти по­сле­до­ва­ния по­лу­то­нов. В при­двор­ной му­зы­ке ис­поль­зо­ва­лись связ­ки из 4-5 пар­ных про­доль­ных флейт, вме­сте со­став­ляв­ших длин­ный (до 3 ок­тав) зву­ко­ряд слож­но­го ин­тер­валь­но­го со­ста­ва. На­ря­ду с флей­та­ми (про­доль­ные флей­ты рас­про­стра­не­ны до сих пор в Пе­ру под названием ке­на, пин­ко­льо) для му­зы­ки инков ха­рак­тер­ны тру­бы (из тро­ст­ни­ка, ты­к­вы и других ма­те­риа­лов), раз­но­об­раз­ные идио­фо­ны (ко­ло­коль­чи­ки, гон­ги, идио­фон из че­ре­па гуа­на­ко, различные по­гре­муш­ки, в том числе из ко­пыт та­пи­ра) и мем­бра­но­фо­ны (по­след­ние пред­по­ло­жи­тель­но толь­ко од­но­сто­рон­ние - с од­ной мем­бра­ной).

Дополнительная литература: 

Ба­ши­лов В.А. Древ­ние ци­ви­ли­за­ции Пе­ру и Бо­ли­вии. М., 1972;

Гар­си­ла­со де ла Ве­га. Ис­то­рия го­су­дар­ст­ва ин­ков. Л., 1974;

Зуб­риц­кий Ю.А. Ин­ки-ке­чуа. М., 1975;

Эт­ни­че­ские про­цес­сы в стра­нах Юж­ной Аме­ри­ки. М., 1981;

Piedras y oro. El arte en el im­pe­rio de los incas. Madrid, 1988;

Бе­рез­кин Ю.Е. Ин­ки: ис­то­ри­че­ский опыт им­пе­рии. Л., 1991; он же. Са­кра­ли­за­ция вла­сти в до­ис­пан­ском Пе­ру // Са­кра­ли­за­ция вла­сти в ис­то­рии ци­ви­ли­за­ций. М., 2005. Ч. 1;

El culto estatal del imperio inca / Ed. M. S. Ziólkowski. Warsz., 1991;

D’Altroy T.N. Provincial power in the Inka empire. Wash., 1992;

González Carré E. Los señoríos Chankas. Lima, 1992;

Farrington I.S. Ritual geography, settlement patterns and the characterization of the provinces of the Inca heartland // World Archaeology. 1992. Vol. 23. № 3;

Pärssinen M. Tawantinsuyu, the Inca state and its political organization. Hels., 1992;

Ma­tos R. Pumpu. Centro administrativo inca de la Puna de Junín. Lima, 1994

Иллюстрации:

Брон­зо­вый нож-ту­ми (про­ис­хо­дитс тер­ри­то­рии Пе­ру). 15–16 вв. Мет­ро­по­ли­тен-му­зей (Нью-Йорк). Архив БРЭ;

Ке­ра­ми­че­ский «ари­балл» (про­ис­хо­дитс тер­ри­то­рии Пе­ру). 15 – нач. 16 вв. Мет­ро­по­ли­тен-му­зей (Нью-Йорк). Архив БРЭ;

Ке­ра­ми­че­ская мо­дель усадь­бы (най­де­нав Кус­ко). Му­зей и ин­сти­тут ар­хео­ло­гии уни­вер­си­те­та в Сан-Ан­то­нио-Абад (Ис­па­ния). Архив БРЭ;

По­гре­баль­ные баш­ни (чуль­пас) зна­ти на го­раху озе­ра Ти­ти­ка­ка. Архив БРЭ;

Му­ми­фи­ци­ро­ван­ные ос­тан­ки ре­бён­ка (най­де­ны в Эль-Пло­мо); го­лов­ной убор из пе­рь­ев кон­до­ра, плащ из шер­сти аль­па­ки, ря­дом – ук­ра­шен­ные су­моч­ка с ли­стья­ми ко­ки, ста­ту­эт­ки жен­щи­ны, двух лам и др. 16 в. Му­зей Санть­я­го (Чи­ли). Архив БРЭ;

Де­ре­вян­ный ку­бок-ке­ро. Кон. 17–18 вв. Брук­лин­ский му­зей (Нью-Йорк). Архив БРЭ;

Па­но­ра­ма г. Ма­чу-Пик­чу (Пе­ру). Архив БРЭ.

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)