КУРИЦЫН АФАНАСИЙ ФЁДОРОВИЧ

КУРИЦЫН АФАНАСИЙ ФЁДОРОВИЧ - русский государственный деятель и дипломат, дьяк.

Стар­ший сын Ф. В. Ку­ри­цы­на, пле­мян­ник И. В. Ку­ри­цы­на Вол­ка. Наи­бо­лее ве­ро­ят­но, что Ку­ри­цы­ны бы­ли стар­шей ли­ни­ей ста­ро­мос­ков­ско­го слу­жи­ло­го бо­яр­ско­го ро­да Ка­мен­ских, яв­ляв­ших­ся млад­шей вет­вью по­том­ков боя­ри­на Акин­фа Ве­ли­ко­го. Курицын впер­вые упо­мя­нут в за­ве­ща­нии двою­род­ной тёт­ки, княгини Е. И. Стри­ги­ной-Обо­лен­ской (уро­ж­дён­ной Ку­ри­цы­ной) (1513 год), ко­то­рая за­ве­ща­ла ему цен­ную ико­ну и крест. Казнь дя­ди и об­ви­не­ния от­ца в ере­си не вос­пре­пят­ст­во­ва­ли карь­е­ре Курицына. В 1519-1522 годах, ве­ро­ят­но, как дьяк Боль­шо­го двор­ца уча­ст­во­вал в ря­де зна­чи­мых су­деб­ных раз­би­ра­тельств в выс­ших су­деб­ных ин­стан­ци­ях в Мо­ск­ве и в не­ко­то­рых по­зе­мель­ных сдел­ках: в феврале 1519 года под­пи­сал док­лад­ной спи­сок разъ­ез­да вот­чин Трои­це-Сер­гие­ва монастыря и М. Мо­ро­зо­вой в Бе­жец­ком Вер­хе, рас­смот­рен­ный великим князем мо­с­ков­ским Ва­си­ли­ем III Ива­но­ви­чем; в феврале 1520 года был вто­рым сре­ди дья­ков в су­деб­ной кол­ле­гии по де­лу о во­ров­ст­ве (по­ми­мо дья­ков, в неё вхо­ди­ли 4 боя­ри­на, 4 околь­ни­чих и ка­зна­чей). С 1522 года по­лу­чал «имен­ные» на­зна­че­ния на при­двор­ных и ди­пло­ма­тических це­ре­мо­ни­ях: при­ни­мал уча­стие во «встре­чах» при приё­ме великим князем мо­с­ков­ским «боль­ших» по­слов Великого княжества Ли­тов­ско­го (ВКЛ) (август 1522 года, октябрь 1526 года, август 1529 года, январь - февраль 1537 года).

С середины 1520-х годов вхо­дил в бли­жай­шее двор­цо­во-при­каз­ное ок­ру­же­ние Ва­си­лия III, а с 1534 года - великой княжны Е. В. Глин­ской. Курицын уча­ст­во­вал в ор­га­ни­за­ции во­енного де­ла и в под­го­тов­ке рас­по­ря­же­ний о вое­вод­ских на­зна­че­ни­ях, в ря­де слу­ча­ев осу­ще­ст­в­лял кон­троль за на­ча­лом во­енных кам­па­ний, за­ни­мал­ся во­про­са­ми ма­те­ри­аль­но­го обес­пе­че­ния за служ­бу чле­нов Го­су­да­ре­ва дво­ра, учё­та его лич­но­го со­ста­ва, го­то­вил рос­пи­си на­зна­че­ний ря­до­вых чле­нов Го­су­да­ре­ва дво­ра на при­двор­ные служ­бы. Ле­том 1524 года на­прав­лен в Му­ром с И. Ю. Ши­го­ной Под­жо­ги­ным с на­ка­за­ми и рос­пи­сью вое­вод кон­ной ра­ти в по­хо­де на Ка­зань. Ак­тив­но уча­ст­во­вал в реа­ли­за­ции восточной по­ли­ти­ки Ва­си­лия III, вхо­дил в со­став русского по­сольств в Ка­зань ле­том 1525 года и в 1531 году (ко­гда ре­шал­ся во­прос о воз­ве­де­нии на хан­ский пре­стол русского став­лен­ни­ка Джан- Али). В январе 1526 года уча­ст­во­вал в «со­би­ра­нии» дво­ро­вых де­тей бо­яр­ских для служб в хо­де тор­же­ст­вен­ных це­ре­мо­ний на свадь­бе Ва­си­лия III и Е. В. Глин­ской. В феврале 1527 года ука­зан пер­вым сре­ди дья­ков в спи­ске по­ру­чи­те­лей по кн. М. Л. Глин­ско­му. В на­ча­ле мар­та 1531 года по рас­по­ря­же­нию Ва­си­лия III дос­та­вил в Мо­ск­ву из Ту­лы опаль­ных вое­вод князя И. М. Во­ро­тын­ско­го, князя И. Ф. Обо­лен­ско­го-Те­леп­нё­ва, околь­ни­че­го И. В. Ляц­ко­го (смотри в статье За­харь­и­ны-Кош­ки­ны).

В но­ябре - декабре 1533 года Курицын сре­ди не­мно­гих дья­ков уча­ст­во­вал с бли­жай­ши­ми дум­ны­ми людь­ми в со­ве­ща­ни­ях с уми­раю­щим Ва­си­ли­ем III. В феврале 1534 года име­нем но­во­го великого князя мо­с­ков­ско­го Ива­на IV Ва­силь­е­ви­ча под­пи­сал под­твер­жде­ния боль­шо­го чис­ла жа­ло­ван­ных гра­мот цер­ков­ным кор­по­ра­ци­ям. По сви­де­тель­ст­ву ин­фор­ма­то­ров ли­товских вла­стей, ле­том 1534 года Курицын был вто­рым сре­ди пя­ти наи­бо­лее вли­ятельных дья­ков, ко­то­рые «на Мо­ск­ве вся­кие де­ла спра­ву­ют». На ру­бе­же 1534 и 1535 годов по­слан «с на­ка­зом» к вое­во­дам русской ар­мии в Мо­жай­ске, скон­цен­три­ро­ван­ной для по­хо­да в Великое княжество Литовское в хо­де русско-ли­товоской вой­ны 1534-1537 годов (смотри в статье Рус­ско-ли­тов­ские вой­ны). В 1534-1538 годах под­пи­сы­вал су­деб­ные ре­ше­ния по зе­мель­ным де­лам. По ука­за­нию официальной ре­дак­ции раз­ряд­ных книг, в 1534/1535-1537/1538 годах Курицын был вто­рым дья­ком (по­сле Е. И. Цы­п­ля­те­ва) «на Мо­ск­ве в роз­ря­де» (в ис­то­рио­гра­фии это тра­ди­ци­он­но счи­та­ет­ся пер­вым упо­ми­на­ни­ем Раз­ряд­но­го при­ка­за). По­сле 1538 года при­нял по­стриг под име­нем Алек­сандр. Умер, ве­ро­ят­но, в начале 1541 года (в мар­те 1541 года его же­на да­ла де­неж­ный вклад в Трои­це-Сер­ги­ев монастырь по ино­ку Алек­сан­д­ру).