КАРЕЛЫ

КАРЕЛЫ - при­бал­тий­ско-фин­ский на­род в Рос­сии, ко­рен­ное на­се­ле­ние Ка­ре­лии.

Чис­лен­ность 93,3 тысячи человек (2002 год, пе­ре­пись), из них в Ка­ре­лии 65,7 тысяч человек, в Твер­ской области 14,6 тысяч человек (твер­ские ка­ре­лы); жи­вут так­же в Мур­ман­ской обл. (2,2 тысячи человек), Санкт-Пе­тер­бур­ге (2,1 тысячи челоек), Ле­нин­град­ской (2,1 тысячи человек), Во­ло­год­ской, Ар­хан­гель­ской, Нов­го­род­ской, Мос­ков­ской и других об­лас­тях. Про­жи­ва­ют так­же на вос­то­ке Фин­лян­дии (10 тысяч человек - 2008 год, оцен­ка; в Фин­лян­дии к карелам от­но­сят пра­во­слав­ное на­се­ле­ние), в Эс­то­нии, Лат­вии, Бе­ло­рус­сии, Ук­раи­не, Ка­зах­ста­не. Го­во­рят в основном на русском языке, свыше 1/2 (преимущественно в сё­лах) со­хра­ня­ют так­же ка­рель­ский язык. Ве­рую­щие - пра­во­слав­ные.

В фор­ми­ро­ва­нии карел участ­во­ва­ли древ­ние ко­ре­ла и весь; по ме­ре про­дви­же­ния на се­вер они от­те­сня­ли са­амов; у ча­сти северных карел со­хра­ня­ют­ся чер­ты ла­по­но­ид­но­сти. По­сле при­со­е­ди­не­ния Ко­рель­ской зем­ли к Нов­го­род­ской зем­ле (XII век) эта тер­ри­то­рия ста­ла за­се­лять­ся так­же рус­ски­ми. С конца 1940-х - начале 1950-х годов русская им­ми­гра­ция в Ка­ре­лию рез­ко уси­ли­лась, и к 1959 году ос­та­лось лишь 3 сель­ских рай­она с пре­имущественно ка­рельским на­се­ле­ни­ем (Оло­нец­кий, Ка­ле­валь­ский и Пря­жин­ский). В 2002 году боль­шин­ст­во (54,4%) карел жи­ли в го­ро­дах. С 1920-х годов (с пе­ре­рывом в 1938-1940 годах, ко­гда официальным язы­ком в Ка­ре­лии был объ­яв­лен ка­рельский язык) на­са­ж­да­лась пись­мен­ность на русском и финском язы­ках.

Тра­диционная куль­ту­ра ти­пич­на для на­ро­дов лес­ной зо­ны Се­ве­ро-За­па­да Рос­сии (смотрите ста­тью На­ро­ды и язы­ки в то­ме «Рос­сия»). Основное традиционное за­ня­тие - под­сеч­но-ог­не­вое зем­ле­де­лие, с XVIII века рас­про­стра­ни­лось трёх­по­лье. Древ­ней­шей куль­ту­рой был яч­мень, с XVI века пре­об­ла­да­ла рожь. На юге сея­ли пше­ни­цу. Раз­во­ди­ли ко­ров, ло­ша­дей ме­ст­ной низ­ко­рос­лой по­ро­ды, гру­бо­шёр­ст­ных овец, на юге - сви­ней (мя­со шло главным образом на про­да­жу); на се­ве­ре за­им­ст­во­ва­ли у саа­мов оле­не­вод­ст­во. Бы­ли раз­ви­ты охо­та и ры­бо­лов­ст­во, пуш­ной и лес­ные про­мыс­лы, вы­плав­ка (из ме­ст­ной бо­лот­ной ру­ды) и об­ра­бот­ка же­ле­за (Оло­нец­кий по­гост по­став­лял же­ле­зо по все­му Русскому Се­ве­ру и вплоть до Мо­ск­вы; на ос­но­ве это­го про­изводства здесь в начале XVIII веке соз­да­ны Оло­нец­кие гор­ные за­во­ды), об­ра­бот­ка ме­ди и се­реб­ра. С XVIII века рас­про­стра­ни­лись от­ход­ни­че­ст­во, ра­бо­та по за­го­тов­ке и спла­ву ле­са. Из средств пе­ре­дви­же­ния ха­рак­тер­ны лы­жи (в том числе под­ши­тые; по бо­ло­там хо­ди­ли на сту­па­тель­ных лы­жах), во­ло­ку­ши (во­ло­ка), кон­ные но­сил­ки («оло­нец­кая люль­ка»), са­ни (ре­ги; в том числе лет­ние са­ни - ка­ся­ре­ги); северные карелы за­им­ство­ва­ли у саа­мов ке­ре­жу в олень­ей уп­ряж­ке. Для во­сточ­ной и осо­бен­но северной Ка­ре­лии ха­рак­тер­ны ма­ло­двор­ные (до 3 дво­ров) де­рев­ни, с XIX века - ху­то­ра. Жи­ли­ще - из­ба се­вер­но­рус­ско­го ти­па на вы­со­ком под­кле­те с кры­тым дво­ром (пре­об­ла­да­ла од­но­ряд­ная и гла­го­ле­об­раз­ная связь, у лив­ви­ков - связь «ох­ва­том»); со­сто­ит из из­бы (пер­тти, пер­ти, перт), се­ней (син­чо) и кле­ти (айт­та, айтт). У лив­ви­ков и лю­ди­ков из­бы укра­ша­лись бо­га­той резь­бой, на се­ве­ро-за­па­де об­ши­ва­лись тё­сом. Пла­ни­ров­ка из­бы за­пад­но- и се­вер­но­рус­ско­го ти­пов, что свя­зы­ва­ют с нов­го­род­ским и мо­с­ков­ским по­то­ка­ми русской ко­ло­ни­за­ции. Ха­рак­тер­на русская печь с голб­цом (кар­жи­на, кар­жин, ко­зи­но); на се­ве­ре бы­ла из­вест­на печь с от­кры­тым оча­гом (пии­си, пии­зи) в уг­лу. Ут­варь - де­та­ли ткац­ких стан­ков, лы­жи, ру­ко­яти граб­лей и осо­бен­но прял­ки - ук­ра­ша­лась резь­бой; се­ве­ро- и сред­не­ка­рель­ские прял­ки име­ли ло­па­то­об­раз­ную ло­пасть и гео­мет­ри­че­скую, в основном трёх­гран­но-вы­ем­ча­тую, резь­бу, юж­но­ка­рель­ские - уз­кую стре­ло­вид­ную ло­пасть и ли­ней­ный ор­на­мент кон­тур­ной резь­бой. Во 2-й половине XIX века в по­гра­нич­ных с рус­ски­ми рай­онах рас­про­стра­ни­лась рос­пись по де­ре­ву (в основном на ры­нок).

Оде­ж­да близ­ка к рус­ской. Муж­чи­ны но­си­ли шта­ны и ту­ни­ко­об­раз­ную ру­ба­ху (пай­да, пай­ду, пайд) ти­па ко­со­во­рот­ки или с пря­мым раз­ре­зом; в XIX веке рас­про­стра­ни­лись ру­ба­хи с от­лож­ным во­рот­ником. Жен­ская ру­ба­ха (ряч­чи­на, ряч­чин) нов­го­род­ско­го (с от­рез­ным вер­хом) и мо­с­ков­ского (с пря­мы­ми по­ли­ка­ми) ти­пов. В древ­но­сти, по-ви­ди­мо­му, ру­ба­ху но­си­ли с юб­кой на лям­ке (хур­стут). В XVI веке по­яв­ля­ет­ся ко­со­клин­ный са­ра­фан с ши­ро­ки­ми (фе­ре­зи) или уз­ки­ми (кош­то, кос­то) прой­ма­ми; со 2-й половины XIX века - пря­мой са­ра­фан на уз­ких лям­ках (са­раф­фа­на, фе­ре­зи, си­ич­ча, крас­си­ка, ку­мак­ка). Жен­ский го­лов­ной убор ти­па кики (со­рок­ка, со­рокк, со­рок­ку), с середины XIX века - по­вой­ник (лак­ки, чер­чу, чер­че, по­вой­ни­екк, по­вой­ни­ек­ку).

На се­ве­ре Ка­ре­лии ру­ба­ха ор­на­мен­ти­ро­ва­лась вы­шив­кой (ко­сым стеж­ком, на­бо­ром, гла­дью; крас­ным, жёл­тым, си­ним, чёр­ным цве­том; ха­рак­тер­ны мел­кие гео­мет­рические мо­ти­вы) по по­до­лу, во­ро­ту и осо­бен­но в пле­че­вой час­ти; ру­ка­ва ук­ра­ша­лись ку­ма­чо­вы­ми по­ло­са­ми. У центральных и южных карел ру­ба­ха ук­ра­ша­лась толь­ко по по­до­лу (вы­шив­кой кре­стом, крас­ным цве­том, круп­ны­ми фи­гу­ра­ми: для кос­тю­ма лив­ви­ков и лю­ди­ков ха­рак­те­рен ме­андр, для карел Се­го­зе­рья - 4-ле­пе­ст­ко­вая ро­зет­ка, 8-ко­неч­ная звез­да, ромб с крюч­ка­ми). На юге в вы­шив­ке по­ло­те­нец, ска­тер­тей, под­зо­ров (крас­ным и бе­лым цве­том), а так­же ру­бах ис­поль­зо­ва­лись и изо­бра­зительные мо­ти­вы: дре­во, жен­ская фи­гу­ра, пти­цы, конь со всад­ни­ком. В южной и средней Ка­ре­лии бы­ло раз­ви­то так­же узор­ное тка­че­ст­во - бра­ное, в Се­го­зе­рье и При­ла­до­жье - так­же за­клад­ное и ажур­ное.

Си­сте­ма тер­ми­нов род­ст­ва ли­ней­но­го ти­па; сиб­лин­ги де­лят­ся по от­но­си­тель­но­му воз­ра­сту и по­лу, при­чём млад­шие сиб­лин­ги зо­вут­ся толь­ко по лич­но­му име­ни. Боль­шое ко­ли­чест­во русских за­им­ст­во­ва­ний в лек­си­ке род­ст­ва. Раз­ли­ча­лись северные (хи­ят) и южные (сву­адь­бу) ва­ри­ан­ты сва­деб­но­го об­ря­да: северный ва­ри­ант от­ли­чал­ся ар­хаичными осо­бен­но­стя­ми, юж­ный был во мно­гом схо­ден с рус­ским. Так, на се­ве­ре пред­ста­ви­те­ля­ми же­ни­ха вы­сту­па­ли кол­дун (пать­ваш­ка) и его по­мощ­ни­ца (шуа­ян­най­ни), на юге - друж­ки; на юге сва­деб­ные при­чи­та­ния бы­ли близ­ки к рус­ским, час­то ис­пол­ня­лись на русском языке. Уст­раи­ва­ли брат­чи­ны с жерт­во­при­но­ше­ни­ем бы­ка, ба­ра­на и тому подобным. В средней Ка­ре­лии в на­ча­ле но­яб­ря (в не­де­лю по­сле Дмит­ри­ев­ской суб­бо­ты) про­во­ди­ли об­ряд Кег­ри (Кек­ри) с по­ми­наль­ны­ми ри­туа­ла­ми, ря­же­ни­ем и др.

Уст­ное твор­че­ст­во. Ос­но­ву музыкально-по­этической тра­ди­ции со­став­ля­ют ру­ни­че­ские пес­ни с вось­ми­слож­ным «ка­ле­валь­ским» сти­хом: эпические, ли­ро-эпические, ли­рические, сва­деб­ные пес­ни, бал­ла­ды, за­кли­на­ния и за­го­во­ры. Ха­рак­тер­но мно­го­крат­ное по­вто­ре­ние ко­рот­ко­го на­пе­ва (сил­ла­бического ти­па), со­от­вет­ст­вую­ще­го од­ной или двум вось­ми­слож­ным стро­кам сти­ха; ла­до­вая ос­но­ва - диа­то­ни­ка с квин­то­вой опо­рой. На­пе­вы и тек­сты не за­кре­п­ле­ны. Ис­пол­ни­тель­ская тра­ди­ция - соль­ная од­но­го­лос­ная, со­хра­ни­лись све­де­ния о со­про­во­ж­де­нии эпических пе­сен иг­рой на кан­те­ле (основной музыкальный ин­ст­ру­мент карел, со­хра­ня­ет своё зна­че­ние в тан­це­валь­ной му­зы­ке). Пес­ни ар­хаи­че­ско­го слоя (эпические, ли­ро-эпические, за­кли­на­ния и за­го­во­ры) бы­то­ва­ли до конца XX века у северных карел (центр тра­ди­ции - Ка­ле­валь­ский район Ка­ре­лии; за­пи­сан­ные здесь Э. Лён­нро­том от кре­сть­я­ни­на Ар­хи­па Пер­тту­не­на ру­ны со­ста­ви­ли ос­но­ву эпо­са «Ка­ле­ва­ла»). Наи­бо­лее ус­той­чи­вые эпические сю­же­ты: Вяй­ня­мёй­нен и де­ва-ло­сось, Вяй­ня­мёй­нен де­ла­ет кан­те­ле, по­езд­ки Лем­мин­кяй­не­на в По­хъё­лу и другие. За­го­во­ры и за­кли­на­ния про­дол­жа­ют ис­поль­зо­вать­ся в бы­ту, при­чи­та­ния (сва­деб­ные, по­хо­рон­ные, рек­рут­ские, «на слу­чай») ис­пол­ня­ют­ся толь­ко жен­щи­на­ми. От­ли­ча­ют­ся раз­ви­то­стью ме­та­фо­рического язы­ка, обу­слов­лен­но­го та­буи­ро­ва­ни­ем отдельных имён и реа­лий. У северных карелов в про­шлом суще­ст­во­ва­ли пес­ни-им­про­ви­за­ции ёй­ги (йой­ку; близ­ки са­ам­ским). Позд­ний слой музыкально-по­этического фольк­ло­ра вклю­ча­ет не­при­уро­чен­ные ли­рические пес­ни (в т. ч. фин­ские и рус­ские), час­туш­ки (ис­пол­ня­ют­ся на ка­рельском и русском язы­ках), пии­ри­лейк­ки (кру­го­вой та­нец-иг­ра с пе­ни­ем); для них ха­рак­тер­ны квад­рат­ность, 2- или 3-доль­ный метр, риф­мо­ван­ный стих, ма­жор­но-ми­нор­ная то­наль­ность. Сре­ди ска­зок у карел пре­об­ла­да­ют вол­шеб­ные, осо­бен­но о «не­вин­но го­ни­мых» (но­си­тель зла в них – Сюо­я­тар, а по­мощ­ни­ца и со­вет­чи­ца ге­роя - «ста­рая вдо­ва»), из­вест­ны пре­да­ния (та­ри­нат: ге­неа­ло­гические, о бо­га­ты­рях, кла­дах, за­се­ле­нии края и другие), ле­ген­ды, бы­лич­ки, по­сло­ви­цы и по­го­вор­ки, за­гад­ки.

Дополнительная литература: 

Га­бе Р.М. Ка­рель­ское де­ре­вян­ное зод­че­ст­во. М., 1941; 

Ев­се­ев В.Я. Ис­то­ри­че­ские ос­но­вы ка­ре­ло-фин­ско­го эпо­са. М.; Л., 1957-1960. Кн. 1-2;

Ка­рель­ские на­род­ные пес­ни / Сост. Л.М. Керш­нер. М., 1962; 

Та­рое­ва Р.Ф. Ма­те­ри­аль­ная куль­ту­ра ка­рел. (Ка­рель­ская АССР). Эт­но­гра­фи­че­ский очерк. М.; Л., 1965; 

Кон­кка У.С. Ка­рель­ская са­ти­ри­че­ская сказ­ка. М.; Л., 1965; она же. По­эзия пе­ча­ли. Ка­рель­ские об­ря­до­вые пла­чи. Пет­ро­за­водск, 1992;

Ка­рель­ские при­чи­та­ния / Сост. А.С. Сте­па­но­ва, Т.А. Кос­ки. Пет­ро­за­водск, 1976; 

Кон­д­рать­е­ва С.Н. Ка­рель­ская на­род­ная пес­ня. М., 1977; 

Кос­мен­ко А.П. Ка­рель­ское на­род­ное ис­кус­ст­во. Изо­бра­зи­тель­ное твор­че­ст­во. Пет­ро­за­водск, 1977; 

Маль­ми В.В. На­род­ные тан­цы Ка­ре­лии. Л., 1978; 

Сте­па­но­ва А.С. Ме­та­фо­ри­че­ский мир ка­рель­ских при­чи­та­ний. Л., 1985; она же. Тол­ко­вый сло­варь язы­ка ка­рель­ских при­чи­та­ний. Пет­ро­за­водск, 2004.

Авторы статьи: Е.И. Кле­мен­ть­ев; А.С. Сте­па­но­ва, О. В. Фраё­но­ва (уст­ное твор­че­ст­во).

Иллюстрации: 

«Оло­нец­кая люль­ка» (по Р.Ф. Та­рое­вой).

Ка­рель­ская печь: 1 - с голб­цом-кар­жи­ной (де­рев­ня Пет­ров На­во­лок, Мед­вежь­е­гор­ский рай­он); 2 - с оча­гом-пии­си (де­рев­ня За­ше­ек, Ло­ух­ский рай­он) (по Р.Ф. Та­рое­вой).

Юж­но­ка­рель­ская вы­шив­ка конец XIX - начало XX веков: 1, 2 - Пу­до­жье. Му­зей изо­бра­зи­тель­ных ис­кус­ств Рес­пуб­ли­ки Ка­ре­лия (Пе­тро­за­водск); 3 - Зао­не­жье.

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)