Стрельцы – "войско-сословие". Первая постоянная армия России.

Есть все основания полагать, что идею стрелецкого войска Иван Грозный позаимствовал у турецких янычар. Которые, сказать честно, на тот момент являлись едва ли не лучшей в мире пехотой, чрезвычайно стойкой и прекрасно обученной – своеобразным "спецназом". Достаточно сказать, что смять янычар в чистом поле сумел разве что Тамерлан боевыми слонами, да под Веной польский король Ян Собесский – лучшей в мире на тот момент панцирной тяжёлой кавалерией – крылатыми гусарами. Можно сказать, что именно появление янычар (а также "терции" – испанских пикинёров, прикрывающих мушкетёров) предопределило общую тенденцию, когда уже через столетие на поле боя пехота стала главной силой, потеснив доминировавшую несколько веков конницу.

Стрельцы, как и янычары, вооружены были огнестрельным оружием (сначала фитильными, а позднее кремнёвыми пищалями), а кроме того – саблями и бердышами. Кроме того, они имели приспособления для стрельбы: перевязь ("берендейку") с привешенными к ней пенальчиками с уже отмеренным пороховым зарядом, что ускоряло заряжание, а также сумки - для пуль и для фитиля, рог с порохом для натруски на зарядную полку пищали.

Было, однако принципиальное отличие между ними и янычарами: те по социальному статусу являлись "рабами султана" (для комплектования этих войск часто использовали отбираемых у христианских семей мальчиков, которых обращали в ислам и обучали в специальных школах), получавшими жалование из казны и занятыми только службой: до определённого времени им даже жениться и семьи создавать запрещалось. Стрельцы тоже получали жалование, но при этом они были не просто лично свободными, но представляли собой привилегированное сословие, по статусу следовавшее прямо за дворянами. По сути это было первое в истории России постоянное войско – предшествовавшее появлению профессиональной регулярной армии, комплектуемой через рекрутские наборы.

Стрельцы делились на:

• Стремянных (составлявших особую стражу царя);

• Московских (располагавшихся непосредственно в Москве и окрестностях);

• Городовых (или окраинных), составлявших вместе с "городовыми казаками" и пушкарями гарнизоны приграничных городов.

Первый корпус стрельцов был учреждён летом 1550 года и состоял изначально из 3 тысяч бойцов, разделённых на 6 "статей" или "приказов" (полков) – по 500 человек в каждом, которыми командовали "головы" (полковники) из детей боярских. Дворянами были и стрелецкие сотники. Для управления и снабжения стрелецкого войска со временем создан был особый Стрелецкий приказ.

Жалование стрельцам выплачивалось – 4 рубля в год. В военное время стрельцы отправлялись в поход вместе с войском, в мирное – служили в гарнизонах и имели право заниматься торговлей и ремёслами. Кроме того, в мирное время стрельцы выполняли функции полиции и пожарных. Постепенно служба в стрельцах превратилась в наследственную, которую можно было, сложив с себя, передать кому-либо из близких, например, сыну или племяннику.

Жили стрельцы в особых слободах, и как "служилые люди" налогов не платили, в том числе, со своих промыслов. Причём, поселяясь в слободе, стрелец обязан был построить дом с огородом и необходимыми постройками, на что ему выдавались деньги: в XVI веке составляла 1 рубль, в первой половине XVII — 2 рубля, а с 1630-х годов — 5 рублей. После смерти стрельца дом оставался у семьи и передавался по наследству. А при переводе человека на новое место службы его можно было продать.

Новое войско себя оправдало, и уже при Иване Грозном позднее достигло численности 12 тыс. человек, из которых 5 тыс. базировались в Москве и окрестностях. К 1632 году численность стрельцов выросла до 33,7 тыс., а к началу 1680-х – и вовсе до 55 тысяч. Только московских стрельцов было 26 полков общим числом 22,5 тыс. человек, плюс ещё 48 полков "городовых". Стрельцы имели форму – единообразные парадные кафтаны своего цвета для каждого полка (сукно на них московским стрельцам выдавалось ежегодно, а городовым – раз в 3-4 года) и "походные" – серые или чёрные, из материи попроще.

В отличие от европейских мушкетёров, стрельцы не имели прикрытия из пикинёров, и по сути являлись огневым прикрытием конницы. В случае же, если конницу обращали в бегство, им оставалось только геройски умирать. Поэтому часто стрельцы использовали переносные укрепления ("гуляй-город") – деревянные щиты на колёсах, выставляемые перед строем, из-за которых они вели огонь.

Например, именно "гуляй-город" позволил им выстоять в знаменитой битве при Молодях, когда русскому войску в 20-25 тыс. человек противостояла крымская орда в 60-80 тыс. (а по некоторым источникам – и 100 тыс.) при поддержке 8 тыс. вооружённых огнестрельным оружием турецких янычар. Причём, остановить идущую на Москву орду удалось молодецкой атакой 5-тысячной опричной конницы воеводы Хворостинина, атаковавшего орду с тыла, после чего притворным бегством выманившего преследовавшую русских ногайскую орду под самый "гуляй-город", где она была расстреляна из ружей и пушек, понеся очень серьёзные потери. Взбешённый крымский хан Давлет-Гирей, забыв о Москве, кинулся мстить, и после трёхдневной битвы под тем самым "гуляй-городом" был разбит наголову. При этом исход битвы во многом решило необычно большое количество огнестрельного оружия у русских, что стало для крымцев неприятным сюрпризом.

Роковую роль в судьбе стрелецкого войска сыграло то, что в последние десятилетия XVII века московские стрельцы активно стали использоваться элитными кланами в политических разборках. Яркими примерами чего могут служить стрелецкие бунты 1682г (когда к власти пришла царевна Софья) и 1698г (попытка переворота, когда царь Пётр отсутствовал в России). Именно это привело в конечном счёте Петра I к решению о ликвидации стрелецкого войска. Часть стрельцов отправлены были в уездные города, 23 полка переименовали в солдатские, ещё 17 расформировали и отправили на доукомплектование солдатских полков. Впрочем, отдельные полки стрельцов, отправленные в самые отдалённые поселения, несли там пограничную службу ещё довольно долго.