Ориентали́зма тео́рии
Ориентали́зма тео́рии (от лат. orientalis — «восточный») — два разнородных подхода к дихотомии Запад-Восток и связанной с ней культурной практикой и идеологией. Возникновение понятия ориентализма связано с массовым увлечением Востоком в общественной, культурной, научной и духовной жизни. Оно вызвало большой интерес к путешествиям в страны Азии и их описаниям, коллекционированию предметов искусства из этих стран, переводам литературных произведений, религиозным практикам. Эта культурная коммуникация, возникшая в Европе XVIII в. и существовавшая до начала ХХ в., получает в двух альтернативных вариантах О. т. как положительную, так и отрицательную оценку.
В первом случае ориентализм рассматривается в целом позитивно, как обостренный интерес к Иному, положивший начало диалогу цивилизаций. Результатом стало заимствование тем, сюжетов, мотивов и стилевых художественных приемов восточного искусства в западноевропейской культуре. Ю. Остерхаммель, сочетающий подходы истории локальных цивилизаций и глобальной истории, видит заслугу европейцев в том, что они стали первыми, кто испытывал интерес к людям иных культур. Так были накоплены огромные знания о неевропейских странах в области литературы, искусства, истории, археологии и этнологии, что подготовило появление новых художественных стилей и культурного релятивизма в антропологии и этнологии. Но Остерхаммель оговаривается, что расцвет истории древних цивилизаций Востока в Европе XIX в. не сопровождался соответствующим подъемом интереса к современной истории Азии. Он носил в основном антикваристский характер. Долгое время Восток изучался как постулируемое целое, в таких понятиях, как азиатский способ производства, восточный деспотизм, культурный застой. Это было связано с политикой колониальных завоеваний. Образы «непостижимого» Востока и его мистических культов служили распространению суеверий, акцентированию экзотических и мистических мотивов. Против позитивных трактовок О. т. возражали А. Абдель-Малек, А. Л. Тибави, А. Ларуи и др.
Вторую интерпретацию ориентализма, как симулякра Азии, создал на основе постструктурализма палестинец Э. В. Саид. Он проанализировал империалистический и колониалистский контекст О. т., обозначил ориентализм как дискурсивную, репрезентативную и мировоззренческую систему власти-знания, основанную на преувеличении различий Запада и Востока. В нее входят институты, словарь, научная традиция, образный ряд, доктрины, колониальные бюрократии и колониальный стиль. Она может проявлять себя как открыто, так и скрытно. Главная ее функция — позитивная самоидентификация Запада, отделение «наших» от «Иных». Саид подчеркивал, что в данном случае речь идет в значительной мере о фантазиях, историческом, географическом и геополитическом, воображении, ментальных картах, закрепляющих негативный образ Востока как застойной периферии Запада. Это артефакт западной культуры, дополнение и обоснование для образа прогрессивной Европы. Между Востоком и Западом невозможна коммуникация, а только субъект-объектные отношения и репрезентация Востока со стороны Запада. С манипулятивной культурой колонизаторов связано стремление феминизировать образ Востока как большого гарема, зоны объективации личности, тотального повиновения. Подобная познавательная ситуация порождала помимо знания еще и многочисленные идеологические мифы о Востоке, предполагающие долю чистого произвола: о его чувственности, отсталости, застойности, нецивилизованности, склонности к деспотизму.
Понимание Саидом ориентализма стало основополагающим в постколониальной критике, поставившей в центр исследования интеллектуальное доминирование бывших метрополий в производстве знания в освободившихся странах. Оно направлено против схемы всеобщей истории как европоцентрической и линейной, отстаивает возможность различных локальных историй, создаваемых прежде всего носителями соответствующих культур и религий. В этих условиях границы мировой истории, востоковедения и этнологии разрушаются. Более того, подвергается критике ситуация, при которой восточные ученые не могут игнорировать то, что пишут западные, а западные имеют на это право. Концепция Саида получила развитие применительно к истории различных стран. В частности, об ориенталистском отношении западных путешественников к Вост. Европе как инструменту доминирования писал Л. Вульф (1994). В современных западных университетах название дисциплины «востоковедение» (Oriental Studies) заменил политкорректный термин «азиатские исследования» (Asian Studies). Критиками Саида выступили востоковеды Б. Льюис и Р. Ирвин.
Лит.: Рерих Ю. Н. Расцвет ориентализма // Рерих Ю. Н. Тибет и Центральная Азия. T. I: Статьи, лекции, переводы. Самара, 1999. С. 13–19; Саид Э. В. Ориентализм. Западные концепции Востока / Пер. с англ. СПб., 2006; Deploying Orientalism in Culture and History: from Germany to Central and Eastern Europe / Ed. by J. Hodkinson and J. Walker. Rochester, 2013; Osterhammel J. The Transformation of the World: a Global History of the Nineteenth Century / Transl. from German. Princeton (N.J.), 2014. И. Н. Ионов.