Нет в русской истории «трудных вопросов». Часть 6: Воссоединение

«Трудный вопрос» №6 из историко-культурного стандарта: Присоединение Украины к России (причины и последствия).

Этот вопрос и впрямь «чрезвычайно трудный» – но только не для российской истории и не для науки истории вообще. В частности, этот вопрос – головная боль для тех, кто четверть века придумывает историю Украины-«нероссии». А в целом – это один из «трудных вопросов» в «толерантной» картинке мира, которая требует от нас представления русской истории как череды «кошмаров» и «оккупаций» и покаяний в них.

Во-первых, что делать с Богданом Хмельницким? Полководец, дипломат, герой освободительной войны, безусловно, наиболее выдающийся среди украинских гетманов – в здравом уме и трезвой памяти обратился в Москву с просьбой перейти под власть русского царя.

Во-вторых, как характеризовать иерархов украинской православной церкви? Почти все они оказались агентами воссоединения с Россией, а после Переяславской рады стали наиболее деятельными идеологами формирующейся империи.

В-третьих, проблемы, собственно, с украинским народом. Не раз и не два после Богдана Хмельницкого кто-то умный, амбициозный, волевой из казацкой верхушки пытался переиграть историю – и вроде бы даже имел подходящую политическую ситуацию для этого. Но все рациональные и хорошо продуманные планы разбивались о поведение народа, который почему-то хорошо воевал вместе с русскими и очень плохо – против них.

Напротив, для русской истории никаких «белых пятен» в этих событиях нет. Всё логично и понятно – потому и называется в истории воссоединением (а не «присоединением», прошу заметить).

Россия раскинулась на огромных пространствах Евразии. Одним только фактом своего существования она прищемила амбиции многих больших и малых народов континента – и, наоборот, много дала тем народам, которые мыслили себя как часть исторической России.

Посмотрите на современную политическую карту. Все страны, с которыми сегодня граничит РФ, в разное время или входили в состав России, или были включены в сферу её влияния. То же самое можно сказать даже про кое-кого из соседей наших соседей. Естественно, что из-за этого русская история не может понравится абсолютно всем. Она является «трудной», дискуссионной темой для многих наших соседних народов. Но это уже вопрос их внутреннего самоопределения. Лучшее, что мы можем сделать – это не подключаться к их полемике, а показать пример, как сделать описание и понимание истории логичным и непротиворечивым.