Калка: почему русские проиграли монголам

Битва при Калке заслуженно считается одним из самых тяжёлых поражений русских за всю нашу историю. Но важно понимать историю целиком, и делать выводы.

Итак, западные земли своей империи Чингисхан выделил своему старшему сыну Джучи собственный "улус", включив туда огромные территории между рекой Иртыш и тёплыми низовьями рек Сырдарья и Амударья. При этом, по свидетельству персидского летописца Рашид-ад-Дина, Джучи было поручено отцом "завоевать все области Севера, то есть Ибир-Сибир, Булар, Дешт-и-Кипчак, Башкирд , Русь и Черкес". Таким образом, движение на запад монгольской армии в составе нескольких туменов, лучших полководцев Чингисхана Субудая и Джебе было не "разведывательным рейдом", как считают некоторые историки, а полноценным завоевательным походом.

Тумен - формальное деление могольского войска на 10 000 воинов. Реальный размер тумена редко доходил до этого внушительного числа. Согласно регламентации монгольского войска, проведенного в 1284 году в империи Юань, большой тумен мог доходить до 7000, средний до 5000 и малый до 3000 воинов. Тумен мог наполняться воинами во время похода и становиться больше, но точно также мог и «усыхать» из-за боевых и небоевых потерь. Эта проблема характерна для любой армии в истории и современности.

Монголы с боями прошли по Северному Ирану, Ираку, Азербайджану и Грузии. Понесённые потери восполнялись догонявшими армию добровольцами и воинами местных племён, составивших третий тумен Тогучар-найона. В конце 1222 года они пришли на Кавказ, разгромили армию грузинского царя Ираклия (погиб в бою 18 января 1223 года), горные крепости штурмовать не стали, а через Дербентский проход вторглись в земли Северного Предкавказья. Там им пришлось столкнуться с объединённым войском алан и половцев. Первая битва закончилась вничью, тогда монголы пошли на хитрость: послали к половцам сказать "Мы и вы – один народ, аланы же нам чужие", обещав, если те уйдут, много золота и дорогих платьев. Получив обещанное, половцы предали союзников и ушли, но монголы, разбив аланов, двинулись следом, разгромили их (ханы Юрий Кончакович и Данила Кобякович были убиты) и с избытком вернули своё. Остатки половцев отступили к границам Руси, где соединились с кочевавшим между Днепром и Днестром родом Котяна Сутоевича, который был тестем галицкого князя Мстислава Удатного и запросил у него помощи.

Тут важно понимать, что русско-половецкие войны к тому времени остались в прошлом, половцы являлись союзниками в междоусобных княжеских разборках, их знать массово принимала христианство, а многие русские князья были женаты на половецких княжнах. Поэтому просьбу о помощи русские князья восприняли благосклонно. Прибыли к ним и монгольские послы, говорившие:

Мы вашей земли не трогали… но пришли на холопов и конюхов своих половцев. Вы возьмите с нами мир, коли побегут к вам – гоните от себя и забирайте их имение".

Но князья не без оснований расценили это предложение как попытку разделить их с потенциальными союзниками, а после завоевания половцев вместе с ними пойти на Русь (что и произошло через полтора десятилетия во время нашествия Батыя). И потому не просто отказались, но и убили монгольских послов, что по "Ясе" обязывало монголов с ними сражаться и мстить.

Русские начали собирать и собрали, пожалуй, едва ли не самое мощное войско со времён единой Древней Руси. О численности русско-половецкого войска историки спорят, но наиболее вероятной представляется численность 40-45 тысяч против 20-25 тысяч оставшихся к тому времени монголов (о тумене Тогучар-нойона в это время уже не упоминается). Ядром войска были дружины 15-ти русских князей, состоявшие из профессионально подготовленной тяжёлой конницы, как минимум не уступавшей тяжёлой коннице монголов. Шансы на победу русских и половцев были значительными, боевой дух высок (после побед над половцами к степнякам относились пренебрежительно). Но главной слабостью было разделение сил и отсутствие единого командования: условно старшему Мстиславу Романовичу Киевскому что Мстислав Святославич Черниговский, что Мстислав Мстиславич Галицкий (Удатный) подчинялись постольку-поскольку, и войско шло практически разделённым на три отдельные части.

Монголы воспользовались этим, начали отступать и заманивать противника в более выгодную для них местность. При этом пару раз нарочно, якобы, в панике, бросали в качестве трофеев лагеря и скот, что придало князьям уверенность в том, что "степняки струсили и бегут" и надо только догнать их и разделить добычу. Преследование продолжалось 8 дней, и вот на реке Калке монголы развернулись и контратаковали. При этом Мстислав Удатный находился вместе с половцами на восточном берегу Калки, Мстислав Черниговский только переправлялся через неё, а Мстислав Киевский и вовсе находился через две реки, на западном берегу Каратыша. Заметим, каждый из отрядов был численно слабее монголов, армия рассеялась на протяжении 20 километров и даже не имела визуального контакта друг с другом, что исключало какое-либо управление боем.

Сражение началось с того, что половцы, отправленные догонять "удирающих" монголов, были ими атакованы и разбиты полностью. Бросившийся их спасать Мстислав Удатный сначала потеснил монголов (тут отличился его племянник Даниил Романович, будущий князь галицкий), но был смят бегущими половцами, окружён и разбит. Отступающие половцы и русские смешали ряды только ещё переправлявшегося Мстислава Черниговского, передовые отряды которого вступили в бой, когда основная масса войск застряла на переправе. В итоге Мстислав Святославич был разгромлен и погиб вместе с сыном.

А в это время опоздавший к сражению Мстислав Киевский строил укреплённый лагерь из телег, очевидно, надеясь, что непослушные князья погибнут, нанеся монголам сильный урон, и уж тогда-то он выйдет в поле и добьёт врага, став единоличным победителем. Это ему дорого стоило. Покончив с первыми двумя Мстиславами (Мстислав Удатный бежал), монголы окружили лагерь киевлян, и когда у тех через три дня кончилась вода, предложили сдаться. При этом поступили очень хитро: сами они ничего русским не обещали, а послали на переговоры атамана "бродников" (славянское племя, жившее вне каких-либо княжеств) Плоскиню, который на кресте поклялся, что монголы не прольют ничьей крови и всех отпустят с миром, а князей – за выкуп, если киевляне выйдут из лагеря и сдадут оружие. Киевляне поверили и были перебиты. Схваченных князей монголы положили под доски, на которых сели пировать и таким образом задавили пленников насмерть.

Было ли это изощрённым коварством со стороны монголов? Лишь отчасти. Ведь клялись всех отпустить не они, а Плоскиня. И крови задавленных под досками князей они вроде как не пролили (по монгольским понятиям смерть без пролития крови считалась "хорошей"). Но главное – победу у вдвое сильнейшего войска они вырвали. Правда, потери их, видимо, тоже были большими, и монголы, не атакуя даже беззащитный Киев, двинулись назад. Но после переправы через Волгу поредевшая армия Джебе и Субудая столкнулась с волжскими булгарами (предки нынешних казанских татар), которые, применив "монгольскую" тактику заманивали их, а после, обрушившись превосходящими силами, разгромили. По свидетельству арабского летописца Ибн-аль-Насира, на родину ушло немногим более 4 тыс. монголов. Что интересно, один из лучших полководцев Чингисхана Джебе то ли был убит в той битве, то ли, вернувшись, умер от ран.

Русская же земля понесла катастрофические потери: погибли от 9 до 12 князей, из войска вернулся лишь каждый десятый, пали лучшие бояре и дружинники юго-западной Руси, что явно сказалось на её обороноспособности через 15 лет, когда вместе с тем же Субудаем на Русь пришёл с гораздо большими силами сын Джучи Бату-хан.