Благотворительность в России XIX - начала XX вв., объединявшая желающих творить добро от крестьян до членов «Императорского человеколюбивого общества»
В 2026 году исполняется 210 лет с основания в России «Императорского человеколюбивого общества», объединившего 26 июля 1816 года «для оказания различного вида помощи нуждающимся» два самостоятельных комитета – медико-филантропический и попечительный о бедных, созданных по Высочайшему Его Императорского Величества Государя Императора Александра Павловича Рескрипту от 16 мая 1802 года.
В Рескрипте 1802 года Император провозгласил: «Обыкновенное подаяние нищим, умножая только число оных, не успокоит старца, отягощенного летами, не возвратит здоровья юноше, увядающему на заре дней своих, не избавит от смерти ли порока младенца, долженствующего быть подпорою отечества. Нередко также наглый тунеядец похищает от руки благодетельной то, что назначено было отцу семейства, томящемуся на одре смерти и отчаяния. Из сего следует, что растроганным быть наружным и весьма обманчивым видом нищеты и убожества, не есть ещё благодеяние. Надлежит искать несчастных в самом жилище их – в сей обители плача и страдания. Ласковым обращением, спасительным советами, словом – всеми нравственными и физическими способами облегчить судьбу их; вот в чем состоит истинное благодеяние…».
Целью Медико-филантропического комитета в 1802 году было усовершенствование заведений общественного призрения и оказание безвозмездной медицинской помощи нуждающимся, в частности, бесплатное посещение неимущих больных на дому; диспансеризация или амбулаторный прием больных в разных частях города; оказание неотложной помощи лицам, подвергшимся несчастным случаям на улицах; организация особых больниц для заразных больных; призрение инвалидов. В задачу комитета входила борьба с оспой, в частности, оспопрививание. Бесплатно пользоваться помощью комитета могли лица, представившие свидетельства о своей бедности, выданные приходским священником или частным приставом. Комитет создал в Санкт Петербурге систему скорой надомной помощи больным и бесплатного снабжения лекарствами через аптеки (для этого существовал особый договор с «вольными аптеками»). В каждой части города был определен особый врач, обязанный оказывать медицинскую помощь бедным больным за счет комитета. Помимо терапевтов в штате комитета имелись окулисты, зубные врачи и акушеры.
Задача открытого в 1805 году Попечительного о бедных комитета состояла в оказании денежной помощи в виде периодических выплат (так называемого «пансиона») или единовременных денежных пособий (до 200 рублей ассигнациями) истинно бедным и несчастным людям. Комитет регистрировал обратившихся за помощью и собирал сведения о неимущих».
К 1816 году окончательно сформировался Совет общества, которому подчинялись Медико-филантропический комитет и Попечительный о бедных комитет, а их канцелярии составили одну канцелярию Совета.
Первым главным попечителем «Императорского человеколюбивого общества», высочайше утвержденном 16 июля 1816 года, стал князь А. Н. Голицын, который и разработал проект его организации. Общество занималось организацией и обеспечением приютов, богаделен, учебно-воспитательных, медицинских и других благотворительных учреждений в Петербурге и провинции. С 1824 по 1912 гг. главными попечителями Общества являлись митрополиты С.-Петербургские.
Из исследования Докторов исторических наук Зимина Игоря Викторовича и Соколова Александра Ростиславовича «Благотворительность семьи Романовых. XIX – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора Серия «400 лет Дому Романовых» (ЗАО «Издательство Центрполиграф»; Москва; 2015 ISB978-5-227-06025-9), узнаем, что: «В России участие обладателей верховной монархической власти в делах благотворения имело глубокие исторические корни. С утверждением на Руси христианства милосердие, забота о сиротах, детях, немощных стали важной составляющей образа доброго, справедливого и мудрого правителя, частью, говоря современным языком, его политического имиджа». В относящемся к XI в. «Слове о законе и Благодати» Иллариона, автор, прославляя князя Владимира, восклицает: «…кто поведает нам о многих твоих милостынях и щедротах, творимых денно и нощно убогим, сиротам, больным, должникам и всем, просящим о милости» ( Литература Древней Руси. Хрестоматия / Сост. Л. А. Дмитриев; под ред. Д. С. Лихачева. М., 1990. С. 48). Подчеркивается цель этой деятельности: «твои щедроты и милостыни и поныне вспоминаются людьми, но еще выше они перед Богом и ангелом его…» ( Литература Древней Руси. Хрестоматия / Сост. Л. А. Дмитриев; под ред. Д. С. Лихачева. М., 1990. С. 49.) Эту цель благотворители на Руси преследовали в течение веков». Характеризуя средневековую русскую благотворительность, В. О. Ключевский, в частности, замечает: «Любовь к ближнему полагали, прежде всего, в подвиге сострадания к страждущему, ее первым требованием признавали личную милостыню. Такая помощь рассматривалась не как средство облегчить жизнь нуждающимся, а как духовное, нравственное возвышение самого дающего» (Ключевский В.О. Исторические портреты.Деятели исторической мысли.М., 1990с.78. С. 78).
Богоугодным делом считалась не только раздача милостыни, но и призрение на основе благотворительности, которое власть признавала необходимым уже в XVI столетии. Стоглавый собор 1551 году, в частности, постановил создать в городах богадельни для больных и престарелых нищих, которым «боголюбцы могли приносить милостыню и все необходимое для жизни своего ради спасения» (Стоглав. СПб, 1997. С. 198). Но это была не практическая попытка создать систему учреждений призрения, а, скорее, декларация о намерениях. Благотворительность оставалась частным делом, в том числе для носителей верховной власти» (стр. 10).
В России в то время отсутствовала официальная социальная политика, а средством решения этих насущных задач в общегосударственном масштабе являлась благотворительная помощь, организованная под покровительством царской семьи.
«Для обеспечения бесперебойного функционирования и развития учреждений призрения на основе благотворительности, необходимо было активно вовлекать в нее подданных. Власть различными способами поощряла эту деятельность. Жертвователи могли рассчитывать на ордена, медали и почетные знаки, на присвоение их имен благотворительным заведениям, капиталам, стипендиям. Например, лица, жертвовавшие заведениям и обществам «Ведомства учреждений императрицы Марии» и «Императорского Человеколюбивого общества», могли, кроме того, рассчитывать на чины и ведомственные мундиры. Чины и мундиры также предоставлялись тем, кто безвозмездно служил в упомянутых ведомствах. Благотворительная деятельность могла послужить средством к общественному признанию.
Организационными формами благотворительности являлись крупные ведомства и комитеты, действовавшие под непосредственным руководством самодержцев, их жен и других членов первой семьи империи.
Итак, российскую благотворительность под покровительством дома Романовых, можно охарактеризовать как основанную на религиозно-нравственных, социальных, политических стимулах, поощрявшуюся государством и императорской властью добровольную, инициативную деятельность частных лиц и общественных организаций, направленную на оказание помощи в различных формах тем, кто не мог обеспечить свое существование по социально-экономическим, медицинским и психологическим причинам» "Благотворительность семьи Романовых. XIX – нач. XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора " (с.26).
«2 мая 1797 года император Павел I подписал указ, согласно которому, его супруга, императрица Мария Федоровна (София-Доротея Вюртембергская), взяла под свое попечение Московский и Петербургский воспитательные дома и коммерческое училище в Петербурге.
Название «Ведомство учреждений Императрицы Марии» официально стали употреблять лишь с 1828 года, когда 25 октября, на второй день после смерти матери, Николай I издал указ о порядке управления заведениями, состоявшими под ее попечением. В указе провозглашалась воля царя: «…Чтоб все воспитательные и благотворительные заведения, бывшие под управлением в Бозе почившей Любезнейшей Родительницы Нашей Государыни Императрицы Марии Федоровны… продолжали и по кончине Ея… действовать как доселе на пользу государства и человечества». Ведомство просуществовало 120 лет (1797–1917). Под его эгидой действовали сиротские приюты, богадельни, больницы, гимназии, институты благородных девиц, заведения для слепых и глухонемых.
Благодаря личному покровительству членов царской семьи Ведомство заняло выдающееся место в истории помощи бедным в России. Царские особы личным примером сострадания и милосердия приобщали к филантропии верхушку российской аристократии. Опекунами заведений становились представители бюрократической элиты, высокие военные чины. В первые годы существования Ведомство объединяло учреждения, созданные на личные средства российских императриц и других особ Императорского дома. Одним из первых таких заведений было училище для глухонемых неподалеку от царской резиденции в Павловске. Чуть позже и до начала 1830-х годов заведения Ведомства содержались за счет личных средств императриц (около 50 процентов), казенной субсидии и частных пожертвований (в XIX веке их роль значительно возросла). Одним из важных источников финансирования было взимание 10-процентных сборов с увеселений и театров, а также государственная карточная монополия (обложение сбором каждой колоды игральных карт русского и заграничного производства). Ведомство оказывало нуждающимся разностороннюю помощь, создавая условия для пропитания, проживания, обучения, предоставляя денежные пособия (деньги выдавались на руки или вносились в виде платы за обучение, призрение. лечение).
Приоритетным направлением работы Ведомства всегда оставалась помощь детям. Детские приюты находились под непосредственным покровительством Их Императорских Величеств. Одними из первых заведений были Петербургский образцовый приют барона Штиглица и Гатчинский сиротский институт. Ежегодно в приюты на полное содержание поступало по несколько сот детей-сирот в возрасте от 4 до 14 лет. К 1902 году в России насчитывалось 428 детских приютов. Целью многих из них, например, ремесленного заведения и фельдшерской школы в Москве (устроены в 1832 и 1843 годах), было обучение детей профессиям. Покинув приют, они легко обустраивались, трудясь на пользу общества и имея средства к пропитанию.
Велика заслуга Ведомства Императрицы Марии и в создании сети больниц для бедных. Если в 1853 году таких лечебниц было 15, то в 1910 – 40гг. в одном лишь Петербурге их насчитывалось три: Обуховская, Петропавловская, Калинкинская больницы. В Москве неимущих горожан принимали Голицынская и Градская больницы. Эти старейшие лечебницы существуют и по сей день.
Со временем важнейшим источником финансирования Ведомства стали пожертвования частных лиц.
Число заведений Ведомства учреждений Императрицы Марии постоянно увеличивалось: в 1828 году – 39, в 1909 – 1 192. Сумма капиталов к 1 января 1905 года составила более 128 млн руб. По данным 1909 года, на попечении всех благотворительных учреждений и заведений Ведомства находилось 710 252 лица обоего пола. Только в Петербургском и Московском воспитательных домах жили 26 440 и 25 959 брошенных родителями детей. В больницах, родовспомогательных заведениях и клиниках помощь получили 54 486 стационарных и 550 306 амбулаторных больных. Отчеты сохранили данные и по посещениям – более 1,6 млн посещений. В богадельнях и домах призрения жили 5022 престарелых, в детских учреждениях (помимо воспитательных домов) 25 128 детей. Помощь в виде предоставления общежития, обеспечения работой, снабжения одеждой, обувью, дровами, пищей, денежным пособием получили 24 748 человек. В одном лишь 1909 году расходы на помощь составили более 10 млн рублей».
В РГБ можно познакомиться с изданным в 1889 году сборником «Детские приюты ведомства учреждений Императрицы Марии (1839-1889) к пятидесятилетию со времени издания Положения о детских приютах 27 декабря 1839 года» в главе 9 «Николаевский приют» есть упоминание о том, что «В 1868 г. открыто при приюте сиротское отделение, первоначально на 10-15 девочек. Засим, с распространением здания на средства почетного старшины Володина, число постоянно живущих было увеличено до 26 и ныне доходит до 35; приходящих обоего пола детей числится до 140».
История приюта описана в заметке «Петербургского листка» № 349 от 20 декабря 1898 г. стр. 9 «Николаевский детский приют»: «В 1820 г. в Петербурге был основан при Рождественской части детский приют ведомства учреждений императрицы Марии на 120 детей обоего пола.
С течением времени, приобретенный в 1855 году деревянный дом приюта пришел в такое состояние, что ремонт его не достигал больше своей цели и Совет постановил приступить в постройке собственного каменного дома. План и смета нового дома были выработаны архитектором Б.Я. Зонном, который в короткое время построил большой трехэтажный дом с подвалом, причем стоимость дома едва превышает 75 тысяч рублей. При постройке приюта были применены все новейшие требования техники и строительного искусства. Особенное внимание было обращено на спальни и классы… В приюте призревается в настоящее время 150 детей обоего пола, но вскоре число призреваемых будет увеличено до 175 человек».
В Ярославском Архиве (ГКУ ЯО Фонд 549. Оп.2. Дело 60. Л.41) хранится Формулярный список почетного старшины Николаевского приюта Сергея Лупповича Кундышева-Володина, для представления его к награждению Орденом Святой Анны 3 степени, в столбце «Какие получил прежде награды, когда и за что именно», Николаевский приют упоминается не один раз:
«Высочайшую Ея Императорского Величества искреннюю признательность и благоволение 30 апреля 1860 года, за содействие в преуспеянии детских приютов».
«Серебряная медаль для ношения на груди на Станиславовской ленте, 2 декабря 1869 года, за отличные заслуги в пользу Николаевского Детского Приюта».
«Высочайшее Ея Императорского Величества благоволение 18 августа 1870 года, за способствование к процветанию и успехов детских приютов».
«Серебряная медаль для ношения на шее на Станиславовской ленте 30 ноября 1873 года за оказанное пожертвование Николаевскому Девичьем училищу безвозмездным исправлением зданий», находившихся в Рождественской части Санкт-Петербурга.
В 1860-х годах англичанкой Марией Ноевной Бирг был основан приют для крещаемых и крещеных в православную веру евреев на Бассейной улице Санкт- Петербурга. Приют сначала имел частный характер и был открыт с целью «а) ищущим Святого Крещения евреям дать временное убежище, содержание и пр., б) новокрещенным способствовать к устройству их быта в духе православной и русской жизни, и в) малолетним-детям евреям дать христианское воспитание и приготовить их к поступлению в училища» (Состоящий в ведомстве Человеколюбивого общества… Мариинско- Сергиевский приют в С.-Петербурге . СПб., 1896. С. 1. НЭБ).
В обязанности общества входило обеспечивать новокрещенных пособиями, помогать в устройстве жизни.
В 1870 году протоиерей Никандр Иванович Брянцев обращается с просьбой о принятии приюта под ведомство «Императорского человеколюбивого общества». Запрос был принят сочувственно и на обращение последовало «Высочайшее разрешение Государя Императора на принятие приюта под августейшее покровительство Великой Княгини Марии Александровны, герцогини Саксен-Кобург-Готской, с причислением оного к «Императорскому человеколюбивому обществу» (Состоящий в ведомстве Человеколюбивого общества… Мариинско- Сергиевский приют в С.-Петербурге . СПб., 1896. С. 2.)
В 1874 году с замужеством Марии Александровны и переездом ее из Петербурга, покровительство над приютом, который стал назывался именами его покровителей Мариинско-Сергиевским, принял князь Сергей Александрович. Со временем приют утратил первоначальный характер и стал принимать на попечение не только еврейских детей, но и православных. Поэтому к 1886 году на 40 человек приютских детей только 11 из них были евреями.
Целью его деятельности, являлось «…не столько облагодетельствование нуждающегося, сколько временная помощь ему и воздействие на него нравственное, вместе с предоставлением ему возможности самому стать на ноги, свои собственные, а не на общественные костыли, получив работу, и впредь не числиться в числе нуждающихся».(Гогель Е. В. Объединение и взаимодействие частной и общественной благотворительности. СПб. 1908 с.10)
Если в 1872 году приют находился в наемной квартире, то к 1875 году на средства благотворителей удалось приобрести дом с землей по адресу Слоновая улица, д. 39, в котором построили и домовую Церковь Св. Предтечи и Крестителя Господня Иоанна.
На той же Слоновой улице в своем доме № 20 проживала семья СПб купца 1 гильдии Сергея Кундышева-Володина.
Из дела ЦГИА СПб ф.542.оп.1.д.298 «Володин Сергей, член приюта» мы узнаем, что «7 января 1876 года Сергей Луппович и его сын - купец Алексей Сергеевич подали заявление о желании стать членами приюта с ежегодным взносом по 50 р. Рассмотрено оно было лишь после получения письма от градоначальника, подтверждающего их благонадежность. И лишь 21.02.1876г. их утверждают в звании «членов-благотворителей приюта с правом ношения мундира «Императорского человеколюбивого общества» 8-го класса».
С 11.02.1877г Сергей Луппович стал почетным членом-благотворителем этого общества с ежегодным взносом по 300р. в год, а с января 1881 года принял звание попечителя с обязанностью выплачивать по 1500 р. в год. На его средства, 120 р. в год, содержалась пансионерка Лузина.
Володиным был сделан доклад Августейшему попечителю приюта о необходимости устройства при приюте ремесленного отделения, и на эти цели перечислено дополнительно 300 рублей.
Из дела видно, что несмотря на активность Володина, тайный советник А.П.Озеров, пишет докладные о частом отсутствии попечителя в городе. (В это время Кундышев-Володин был главным подрядчиком строительства больничных павильонов, а с ноября 1880 г еще и Церкви Захария и Елизаветы при Морском госпитале в Николаеве).
На Сергея Лупповича сыпались докладные, т.к. по Уставу приюта попечитель обязан посещать заведение как можно чаще, наблюдать за исполнением Устава и благоустройством, председательствовать в заседаниях Приютского комитета, следить за правильным делопроизводством и счетоводством и т.д., а тем временем, как это стало известно Совету общества, «Володин часто и подолгу отлучается из города (иногда свыше двух месяцев), поэтому ему предложено снять с себя должность попечителя и стать просто членом -благотворителем, если пожелает».
В 1881 г. не только сын, Алексей, но и его жена, Анна Борисовна, были членами- благотворителями этого приюта. В деле есть несколько квитанций о внесении ими благотворительных взносов по 500 и 300р.
Получив опыт устройства подобных заведений в столице, Сергей Луппович применил его на Родине. Двухклассное начальное народное училище в деревне Шилово было им открыто в 1876 г, а в 1877г., как видим из дела 1023 РГИА Ф.733,оп.170, «По прошению купца Володина о разрешении построить домовую церковь при Кундышево-Володинском начальном училище деревни Шилово Ярославской губернии» : «… на счет пожертвованного мною капитала в 18 т.р. по званию Почетного блюстителя этого училища, заботясь о его благоустройстве и желая в доме сего училища, также мною пожертвованном, устроить домовую церковь, подобно как таковые церкви существуют вообще при учебных заведениях Министерства народного просвещения…». Министр Народного просвещения Граф Дмитрий Толстой и Ярославская Духовная Консистория поддерживают его инициативу: «…Устройство домовой церкви было бы весьма желательно, ввиду религиозно – нравственной пользы каковую может принести взаимное влияние храма и школы на воспитание и образование обучающихся детей».
4 апреля 1877 года «… во внимание к пожертвованию на пользу народного образования…» он был пожалован «Императорским Орденом Святой Анны 3 степени», что давало возможность в дальнейшем получить звание Потомственного Почетного гражданина.
Закономерно, что быть активным благотворителем возможно , лишь честно и добросовестно работая.
Впечатляют своим масштабом, даже просто заголовки архивных дел с договорами, подрядами и контрактами, выполненных Кундышевым-Володиным работ по возрождению мощи Черноморского флота после отмены Парижского трактата, запрещавшего иметь на Чёрном море военный флот, а на побережье - военно-морские арсеналы и крепости.
Деятельность
В Николаеве Кундышевым-Володиным исполнялись подряды на:
строительство железоделательного завода на юге России;
производство поиска и разработки разных ископаемых в Херсонской и смежных с нею губерниях;
аренда Катырокумской балки для обустройства завода для починки железных судов;
строительство верфи в г. Николаеве и контракт на постройку стального корпуса броненосца для Черного моря…
в Севастополе, совместно с затем Максимовым Алексеем Андреевичем:
постройка здания для Морского собрания;
постройка пороховых погребов, флигеля для помещения канцелярии и караула при них, пристани и железной дороги к погребам в Сухаревой балке;
Восстановление после Крымской войны Лазаревского Адмиралтейства:
госпитальных павильонов со службами;
постройка вчерне, а затем и чистая отделка казарм, флигеля для помещения канцелярии экипажного суда и гауптвахты при морских казармах, устройство водяного отопления и приспособления для сушки платья, устройство коллектора от казарм у памятника Адмиралу Лазареву и морского госпиталя;
устройство новой деревянной пристани и переделка заново части каменной лестницы с площадками Графского спуска;
проведение водопровода с Микрюкова хутора.
Работа по возрождению Лазаревского Адмиралтейства и строительству Алексеевского сухого дока, что бесспорно, стало самым масштабным семейным проектом в Севастополе, дала возможность в дальнейшем восстановить Храм Петра и Павла на городском холме.
В 1882 г. Кундышев выигрывает торги на постройку первого Алексеевского сухого дока и блестяще справившись , совместно с зятем, Максимовым Алексеем Андреевичем, с его строительством, подтвердив репутацию грамотного, надежного подрядчика Морского ведомства, удостоился личной аудиенции императора. Вот как описывает это событие «Севастопольский листок» в заметке «Возрождение Черноморского флота»: «Знаменитый Черноморский флот, уничтоженный 30 лет назад, вновь возрождается 6 мая 1886 г. - день рождения Его Императорского Величества Государя Наследника Цесаревича. В этот день в присутствии И.И.В. торжественно освящен Алексеевский Западный док, спущен на воду с эллинга стальной 2-хвинтовой броненосный корабль «Чесма».
В деле «О награждении потомственного почетного гражданина Сергея Володина-Кундышева званием коммерции советника» (РГИА Ф.20оп.1.д.234.) Адмирал Шестаков И.А. пишет: «По своим размерам эти доки относятся к числу самых значительных гидротехнических сооружений и по местным условиям постройка дока сопровождалась значительными техническими трудностями. Несмотря на это, работа произведена в срок и без всяких препирательств подрядчиком потомственным почетным гражданином Сергеем Лупповичем Володиным-Кундышевым. Предполагая ходатайством пред Государем Императором о награждении означенного Володина-Кундышева званием коммерции советника, как во внимание к его трудам по сооружению дока, так и в поощрение к лучшему производству других значительных работ, производимых им в Севастополе».
Искреннее чувство глубокого уважения к делам и личности Сергея Лупповича Кундышева-Володина - не только за его титанический труд, но и за то, что поднявшись столь высоко в коммерческой иерархии, он не забывал о рабочих людях, чьими руками воплощались в жизнь его планы. И это еще одно благое дело, начатое Сергеем Лупповичем, получишее отклик в сердцах его современников разных сословий: подрядчиков-строителей, купцов-заказчиков, владельцев строительных контор, инженеров, архитекторов, профессоров и академиков и продолженное ими после его ухода, о котором и сегодня помнят в Санкт-Петербурге. Это учреждение в 1882 г.в С-Пб. по инициативе Потомственных почетных гражданин коммерции советника С.Л. Кундышева-Володина и Д.Е.Гордеева «Общества пособия рабочим, пострадавшим при постройках, в память о Царе Освободителе Русского народа Императоре Александре II».
Родом Сергей Луппович из Ярославской Губернии села Вятское, а это зона рискового земледелия и зарабатывали на жизнь многие семьи, занимаясь отходным промыслом, в то время активно участвуя в строительстве Санкт Петербурга в т.ч. и Исаакиевского собора, научные сотрудники которого и в наши дни занимаются изучением деятельности «Общества пособия рабочим, пострадавшим при постройках». И фотографию Сергея Лупповича удалось найти, изучая деятельность именно этого общества.
Как пишет старший научный сотрудник Государственного музея «Исаакиевский собор» кандидат искусствоведения Наталия Юрьевна Толмачева в статье «Альфред Парланд – действительный член благотворительного Общества пособия рабочим, пострадавшим при постройках, учрежденного в память Царя-Освободителя Русского народа Императора Александра II». «В столицу России тысячи людей стекались на заработки из всех уголков империи. Санкт-Петербург постоянно отстраивался и разрастался, вот почему на стройках приезжие всегда могли найти работу, даже не являясь квалифицированными специалистами. К сожалению, происходили несчастные случаи (от нескольких десятков до нескольких сотен в год) рабочие получали тяжёлые травмы, теряли трудоспособность, не могли содержать свои семьи. Страхование в России ещё не сложилось как система, ответственность подрядчиков за здоровье строительного люда не была прописана и закреплена законодательно, – инвалиды со своими малолетними детьми были обречены на нищенство.
Подобные трагедии не оставили равнодушными двух состоятельных людей, потомственных почётных граждан Санкт-Петербурга, имевших отношение к строительному делу: коммерции советника Сергея Лупповича Кундышева-Володина и Дмитрия Евдокимовича Гордеева. Понимая, что вдвоём решить материальные проблемы пострадавших на стройках города и его пригородов они не в состоянии, они задумали благотворительное общество, с привлечением в него в первую очередь купцов-заказчиков, владельцев разного рода строительных контор, строительных подрядчиков, – т. е. нанимателей дешёвой рабочей силы. Кундышев-Володин и Гордеев составили проект устава общества, в котором сформулировали цели и задачи будущей организации и обратились за поддержкой идеи к знакомым по строительному бизнесу. В результате «девять лиц не замедлили тотчас же откликнуться на этот призыв и внесли каждый по триста рублей в основной капитал и тем самым положили начало доброму делу». Вскоре ещё десять человек внесли свои деньги (в размере 200 рублей серебром) в кассу общества, что и позволило основателям начать свою работу.
После утверждения устава Министерством внутренних дел в январе 1882 года благотворительная организация была зарегистрирована и находилась в ведении данного органа власти.
Первое заседание членов общества пособия рабочим, пострадавшим при постройках, состоялось 2-го апреля 1882 года.
Целью Общества было оказание посильной помощи рабочим строительного дела, прибывающим в столицу на заработки. Помощь его заключалась в выдаче денежного пособия пострадавшим рабочим, погребении умерших от возможностей для призрения и воспитания их детей и сирот. Общество имело право открывать столовые, чайные, ночлежные дома, приюты-убежища, дома трудолюбия, больницы и другие заведения. Оно устраивало читальни, библиотеки. Средства общества состояли из членских взносов, доходов от имуществ общества, из пожертвований членов общества и посторонних, от устраиваемых обществом драматических представлений, литературных чтений, лекций, концертов,
В благотворительную организацию вошли известные инженеры, архитекторы, такие как Р.А. Гедике, профессор; Н.Л. Бенуа, архитектор; Л.Н. Бенуа, академик; Ю.Ф. Бруни, академик; Д.И. Грим, профессор; А.О. Томишко, академик; Ф.С. Харламов, академик, П.Ю. Сюзор, академик и т.д.
Общество состояло из почётных членов, вносивших в кассу 200 руб. единовременно, действительных членов, ежегодно сдававших 10 руб., и «соревнователей», плативших 5 рублей. Необременительные членские взносы позволяли привлекать всё больше людей. Так, в 1905 году почётных членов было уже 208 человек, действительных – 292, соревнователей – 84.
Накопленный капитал позволил обществу пособия рабочим расширить сферу своей помощи. В 1900-х гг. благотворительная организация открыла и полностью содержала приют на двадцать детей «убитых и увечных рабочих при работах на постройках» (ЦГИА СПб. Ф. 569. Оп. 13. Д. 1446. Дело по Канцелярии С.-Петербургского Градоначальника Петроградского Общества пособия рабочим, пострадавшим при постройках, учрежденное в память Царя-Освободителя Императора Александра II. 25 апреля. 1916. С. 11).
Из денег общества покрывались все расходы: от отопления до прислуги, на что ежегодно тратилось в среднем пять тысяч рублей.
Власти высоко оценили деятельность благотворительного общества, и в 1900-х годах его Совету разрешили добавить в наименование организации слова, которые, по замыслу двух учредителей, должны были изначально там находиться. И с этого момента во всех документах пишется так: «Общество пособия рабочим, пострадавших при постройках, учреждённого в память Царя-Освободителя Императора Александра II», что свидетельствовало о признании необходимости и важности его работы в глазах общественности Санкт-Петербурга. Творя добро, помогая ближним, члены общества посвящали свои дела увековечиванию памяти императора.
В РГИА , в деле 607 оп.15 ф.1287 от 1886 года «Об учреждении почетным гражданином Кундышевым-Володиным благотворительного заведения в селении Вятском Даниловского уезда Ярославской губернии» есть информация о применение Кундышевым столичного опыта на родине : «Желая учредить дом призрения для престарелых и бесприютных лиц обоего пола крестьянского сословия из которого как я, так и жена моя родом, с тем, чтобы в этом доме были призреваемы также и рабочие, уроженцы Ярославской и Костромской губернии, получившие во время работы увечья и лишенные вследствие сего возможности зарабатывать себе пропитание, я жертвую с этою целью построенный мною в селе Вятском двухэтажный дом со всеми для такого богоугодного учреждения необходимыми приспособлениями, в котором могут быть помещены 15 призреваемых. С содержанием 10000 руб. в год. Этому богоугодному заведению желательно было бы присвоить наименование «Анно-Володинского дома призрения» т.к. его Почетной Попечительницею имеет состоять жена моя Анна Сергеевна Кундышева-Володина. В настоящее время нижний этаж Анно-Володинского дома призрения уступается мною во временное пользование Вятского церковно-приходского училища, при чем я, нижеподписавшийся, обязуюсь, в случае необходимости расширить помещение дома призрения, выстроить для означенного церковно-приходского училища особый дом и сверх того, обязуюсь ежегодно давать денежную сумму в размере 100 рублей на содержание училища».
22 января 1886 года, как можно узнать из «Обозрения церквей» О Служении «Высокопреосвященнейшего Архиепископа Ярославского и Ростовского Ионафана в домовой церкви при Кундышево-Володинском двухклассном училище министерства народного просвещения, в дер.Шилово был отслужен молебен и далее уже в с.Вятском освящена богадельня, построенная так же С.Л.Кундышевым-Володиным.
«После литургии Владыка обратившись к строителю Храма, Губернатору, учителю и всем предстоящим , сказал: «Восемь лет прошло, как я освещал этот храм. Тогда были начатки, а теперь видим уже плоды. Сколько за это время детей выслушали здесь учение о законе Божием, о жизни христианской, сколько усвоено ими полезных знаний нужных для жизни. Не могут не утешаться и не радоваться о своих детях родители, не можем не радоваться все мы, присутствующие здесь. Но особенно сугубо возрадуйся ты, досточтимый создатель святого храма сего и учебного при нем заведения» Да утвердит Господь непоколебимо этот рассадник просвещения, да почиет на нем благословение Божие отныне и до века…
В селе Вятском, в двух верстах от Шилово была освящена устроенная С.Л. Кундышевым-Володиным богадельня для призрения увечных и престарелых бесприютных и церковно-приходскую школу. Здание двухэтажное. Нижний этаж каменный, верхний деревянный, благоустроенное, со всеми нужными приспособлениями, каких требовало его назначение. Верхний этаж отведен для богадельни (на 15 человек), нижний для церковно-приходской школы, для помещения сестры милосердия (которая уже налицо), для кухни, столовой и проч. В помещении, предназначенном для богадельни, Архипастырь совершил молебен Спасителю и Богоматери, благословил строителя богадельни иконою Христа Спасителя и сказал устроителю: «Там, на месте своей родины, ты устроил заведение для детей, ангелы которых выну видят лице Отца Небесного и непрестанно низводят на них пренебесное благословение, всегда учат их, вместе с собою хвалить и прославлять Имя Божее; здесь же ты устроил место упокоения для тех, в лице которых приходит к нам сам Христос и так благостно принимает наше дело милосердия, как бы оно сделано было для Него самого. Там дети приготовляются к жизни земной, а здесь убогие престарелые и беспомощные, будут приготовляться к переходу в жизнь небесную. Сам Господь помог тебе устроить то и другое: прими и благословение Его в этой святой иконе».
Более подробно о совместном благотворительном проекте С.Л.Кундышева-Володина и А.А.Максимова, уже в Севастополе, завершенного в 1889 г. по архивным материалам д.62 РГА ВМФ Ф.410.оп.3 «О разрешении коммерции советнику С. Кундышеву-Володину реставрировать собор в Севастополе, разрушенный во время Крымской войны» можно познакомиться в статье на сайте История РФ.
Осуществить этот совместный проект стало возможным после успешного завершения строительства Алексеевского дока Лазаревского адмиралтейства, за что Кундышев-Володин С.Л. удостоен был звания коммерции советник, а Максимов А.А. был награжден Морским ведомством Орденом святого Станислава 3 степени, на основании чего в 1891 году «возведен был в потомственные почетные граждане , с семейством…».
Сергей Луппович скончался 20.12.1892 года. В лице Максимова Алексея Андреевича он подготовил надежного и преданного продолжателя дел своих, которого, вслед за ушедшим тестем, как видно из записи в Формулярном списке, в апреле 1893 года, утверждают в должности старосты Петро-Павловской церкви в Севастополе, а в октябре, уже Ярославский Губернатор - «…в должности Почетного блюстителя Кундышева-Володина 2-х классного министерского училища, Даниловского уезда Ярославской губернии».
Из содержания Формулярного списка «О службе Севастопольского Городского головы Потомственного почетного гражданина Максимова А.А.» (РГИА Ф.796,Оп.438,Д.59). можно сделать вывод, что трудиться и творить добро было образом жизни Алексея Андреевича.
Рожденный в 1853 году в семье крепостного писаря Ораниенбаумского дворцового правления, Лужского уезда, вотчины Великого Князя Михаила Павловича и его супруги Великой Княгини Елены Павловны, с детства у него была возможность ощутить влияние благотворительности на судьбы крестьян.
Елена Павловна (принцесса Фредерика Шарлотта Мария Вюртембергская) была одной из самых образованных и культурных представительниц августейшей семьи Романовых, которая не ограничивалась лишь представительством в подведомственных благотворительных учреждениях, переданных под ее покровительство по завещанию Марии Федоровны, но и активно участвовала в управлении.
Имеется информация о том, что Мария Федоровна проявила себя не только как меценат, поддержав идею учреждения Русского музыкального общества и Консерватории, финансировала этот проект, внеся крупные пожертвования, она была главной попечительницей Елисаветинской детской больницы (Петербург), основала в память дочерей детские приюты Елисаветы и Марии (Москва, Павловск), реорганизовала Максимилиановскую больницу, организовав там постоянный стационар, занималась организационной работой по созданию лечебного учреждения — базы для подготовки и повышения квалификации врачей, открытый в 1885 году как (Еленинский клинический институт, с 1993 года Санкт-Петербургская медицинская академия последипломного образования).
Выросшая в протестантской семье, после замужества, Великая княгиня Елена Павловна стала глубоко верующей православной христианкой.
С конца 1840-х до 1873 года в Михайловском дворце проводились вечера — «четверги», на которых обсуждались вопросы политики и культуры, литературные новинки. Собиравшийся на «четвергах» кружок Великой княгини Елены Павловны стал центром общения ведущих государственных деятелей — разработчиков и проводников Великих Реформ середины XIX века.
Стремясь вызвать позитивный сдвиг в настроениях дворянства, в 1856 году выступила с инициативой освобождения крестьян в своём имении Карловка Полтавской губернии, включавшем 12 селений и деревень, 9090 десятин земли, с населением в 7392 мужчины и 7625 женщин. С управляющим, бароном Энгельгартом, был выработан план, — предусматривалось личное освобождение крестьян и наделение их землёй за выкуп.
За свою деятельность по освобождению крестьян Великая княгиня
получила почётное прозвание в обществе «Princesse La Liberte». Была
награждена Императором золотой медалью «Деятелю реформ».
Как обучались крепостные дети Елены Павловны можно узнать из дела РГИА от 1864г. «Инспекция школ» (Ф.492.оп.2. д.1884).
Всего в списке Ораниенбаумского Дворцового правления 13 училищ. Максимов учился в деревне Наволок, Лужского уезда.
С 1844 г., по указанию Великой княгини Елены Павловны, занятия в Наволокском училище должны были посещать все крестьянские дети в возрасте от 8 до 12 лет. Не только мальчики, но и девочки. Начиная с 1850 года на Рождество в школе наряжалась елка и все дети получали " гостинцы" ( угощения) от Великой княгини, а лучшие ученики получали ценные подарки.
Из «Ведомости по починке классной мебели и прочих вещей по Наволокскому сельскому училищу» стр.81, составленной наставником Михаилом Гиляровским, можно увидеть, что Дворцовое Правление расходовало средства еще и на покупку для детей 37 пар лаптей и 67 аршин холста для онуч.
Из счета за переплет 31 книги школьной библиотеки, на стр. 49 , можно узнать , что дети в школе изучали Географию Одоевского, Всеобщую историю Смарагдова, Физику Писаревского, Образцы устной народной словесности, Ознакомление детей с природой Зигизмунда, а также Практическое руководство к усовершенствованию сельского хозяйства.
«Елена Павловна прилагала все усилия для подготовки крестьянских детей к жизни не только в школе, но и на практике, прививая детям любовь к садоводству. Агроному правления Августу Ивановичу Фельдману (отцу художника и архитектора Валентина Фельдмана, совместно с которым Максимов осуществил много проектов) был отдан в «полное и исключительное распоряжение» Наволокский сад, в котором ему поручается разводить саженцы фруктовых деревьев и снабжать ими жителей Наволока.
Инспектор учебных заведений Ораниенбаумского дворцового правления Шафранов был сильно удивлен обилием фруктовых садов, принадлежащих крестьянам села Наволок и тем, что причиной своей зажиточности последние, в частности, считают доход с продажи яблок.
При Наволокском училище агрономом Августом Фельдманом также был заложен фруктовый сад, в котором учащиеся имели возможность получать навыки в посадке фруктовых деревьев и в уходе за ними». («Форель к царскому столу» Глейзеров С.Е. ВикиЧтение. Вокруг Петербурга. Заметки наблюдателя.
Любовь к садоводству выпускника Наволокского училища Алексея Максимова стараниями и заботой Великой Княгини до последних дней сопровождала его. Будучи Городским головой и состоятельным человеком он самостоятельно ухаживал за садом в своем поместье «Максимова дача» в Хомутовой балке Севастополя.
А.А.Максимов в 1890 г. получает «Высочайшую благодарность за поднесение Государю Императору видов Петро-Павловского храма и заботы его о снабжении этого храма и устройство училищного здания», а «Преосвященным Епископом Таврическим утвержден в звании Попечителя Церковноприходской школы при возобновленной церкви».
А на своей Родине, деревне Наволок, в 1891 году Алексей Андреевич, по проекту Валентина Фельдмана, строит Часовню Святого Апостола и Евангелиста Иоанна Богослова. Часовня в Наволоке стала первой работой выпускника Императорской Академии художеств В.А.Фельдмана.
Часовня сохранилась до наших дней и с 2023 г. ее восстановлением занимается художник-мозаичист член союза художников Санкт-Петербурга Татаренко Виктор Алексеевич. Он рассказал автору статьи, что очень похоже, что Часовня сложена из крымского камня, структура которого знакома ему по творческой практике в Херсонесе еще в советское время. Благодаря подвижническому труду Виктора Алексеевича и добровольным пожертвованиям Часовня оживает, как и память о благих делах ее создателей.
В 1891 году Алексей Андреевич, по проекту архитекторов Чагина и Фельдмана, восстанавливает, в год 1000-летия основания, Пещерную церковь Рождества Христова, что в Георгиевском монастыре, что на мысе Фиолент.
Государь Император почтил своим посещением восстановленную церковь и 09.06.1892г., а Максимов А.А. «По засвидетельствованию Святейшего Синода об отличном усердии пожалован был орденом Св.Анны 3 степени».
В 1887 году в Севастополе был учрежден Местный комитет «Общества попечительного о тюрьмах», а в 1891г. «…по докладу Г-на Министра Внутренних дел, Государь Император соизволил утвердить в звании Директора Севастопольского местного Комитета Общества Попечительного о тюрьмах» Максимова А.А. В Российской империи это общество курировало материальное снабжение мест заключения, учреждая воспитательно-исправительные заведения для несовершеннолетних фактически создав и поддерживая жизнеспособность сети тюремных больниц, мастерских, школ, библиотек и церквей.
В 1892г. Максимов Избран членом Правления Севастопольского отделения Императорского Общества спасения на водах, а в 1893г. получил золотой знак от Окружного Николаевского Общества. «Императорское Российское общество спасения на водах» - добровольная массовая общественная организация, созданная в Российской Империи и имеющая целью охрану жизни, здоровья и спасение людей, а также принятие мер к предупреждению и к устранению причин катастроф на водоёмах.
Его члены считали свое дело «человеколюбивым», «святым», несущим на своем стяге: “спасай ближнего, гибнущего в водной стихии, не щадя своей жизни”.
Общество имело право награждать за самоотвержение и отвагу и за другие услуги обществу при спасении погибающих серебряным и золотым знаком общества, серебряной и золотой медалью, званием почетного члена».
Продолжая семейное строительное дело, в 1894 году Потомственный почетный гражданин купец 1 гильдии Максимов Алексей Андреевич выигрывает торги на сооружение второго сухого дока, Александровского.
Оба гидротехнических сооружения и сегодня продолжают служить верой и правдой Российскому Черноморскому флоту и входят в состав Севастопольского морского завода.
Выиграть же торги на строительство Александровского дока в 1894 году помогло приобретение Максимовым «пустопорожнего месте в 6 верстах от Севастополя», в Хомутовой балке, где на участке площадью около130 Га поверхностно залегал строительный камень, что дало возможность предложить за работы, наименьшую из пяти участников торгов сумму 1 600 000 рублей, столь выгодные для Морского ведомства.
В ходе выработки камня был обнаружен водоносный слой, позволивший устроить там усадьбу.
Стараниями хозяина и его друга художника и архитектора В.А.Фельдмана это «пустопорожнее место» было превращено в самодостаточное поместье с электростанцией, конюшней, баней, теплицей, скотным двором, оранжереей, кузней, сохранившимися и сегодня винным заводом с обширными подвалами и пчельником.
Парк Максимовой дачи стоит в одном ряду с известными южнобережными парками в монографии дендролога профессора А.И.Колесникова «Архитектура парков Кавказа и Крыма.», изданной Государственным архитектурным издательством в 1949 г.,ведь каскад прудов, мостики, беседки, фонтаны, каменные лестницы, искусственные руины, подпорные стенки, укреплявшие пологие склоны балки, не только были умело вписаны в природный ландшафт, но и соответствовали истории места - территории Херсонесской хоры, где находится не менее восьми разрушенных усадеб херсонесситов и пещерная лавра. Сегодня территория 83 Га «Комплекса усадьбы Максимова дача (г.Севастополь, Хомутова балка) является Природным парком и ОКН Регионального значения, но пока у Правительства Севастополя нет возможности заняться восстановлением, зарегистрированного в ЕГР ОКН под номером 921721307600005 памятника истории и культуры народов РФ.
Из хомутовского камня в восстанавливающемся городе сооружены были не только доки, но и нынешний Музей Черноморского флота. В 1896 г. «За усердную и полезную деятельность и примерное выполнение работ по постройке музея обороны Севастополя» Алексей Андреевич был награжден орденом Св.Станислава 2 степени.
В том же году он был назначен членом Севастопольского отделения Епархиального Совета. Имея доходы от коммерческой деятельности Максимов А.А. помогал содержать, восстанавливать и строить православные храмы. «…приобретал и передавал Херсонесскому монастырю 3,5 и 4% государственные непрерывно доходные билеты вечного вклада на 50, 100 и 500 руб. За что в 1900 году ему была выдана грамота за устроение домового храма в честь Корсунской иконы Божией Матери в Настоятельском корпусе и за «всегдашнее содействие нуждам обители». (Журнал Крымский архив, 2015, № 4 (19) УДК 008 Прокопенков В.Н.«Благотворители и попечители. Севастопопольские традиции на примере строительства Свято-Владимирского собора в Херсонесе» стр. 110).
Алексей Андреевич принял активное участие в строительстве, освященной в 1904 году , церкви Христа Спасителя при городской больнице (не сохранилась), всячески старался поддерживать городскую больницу. По воспоминаниям главного врача С.А.Никонова, при поддержке Максимова удалось увеличить штат врачей и количество коек, а годовой бюджет вырос с 80000 руб., в 1899 году, до 160000 - в 1906 году. В городской больнице была «именная койка», занимая которую, любой человек мог получать лечение за счет Максимова. (Чикин А.М.«Севастопольский лорд мэр. Год 1901-й» стр.87 . Библекс.Севастополь.2005).
Горожане не одно десятилетие помнили помощь семьи Максимовых. Подпись «А.А. и А.С. Максимовы» всегда стояла одной из первых в списке жертвователей. Все свое жалованье на посту Городского головы, а это 5400 рублей в год, он расходовал на помощь нуждающимся: давал беспроцентные ссуды на приобретение земли, строительство, обучение. Обыкновенно Аполлинария Сергеевна, нагрузив на Максимовой даче коляску провизией: фруктами, овощами, виноградом, медом, мясом, молоком везла ее туда, где в ней более всего нуждались: в храмы, тюрьмы, больницы, богадельни. В книге Е.Чверткина «Незабытый Севастополь», упоминается о том, что она «входит в правление Ксенинского общества «Ясли» и избирательный ценз ее оценивается в 10200 рублей». (Чверткин Е. «Незабытый Севастополь» ч.2. стр.302. «Телескоп». Севастополь.2021).
В 1900 году на углу улиц Кази и Наваринской были открыты «Ясли и колыбель для подкидышей при «Ксенинском обществе». Воспитанники «Яслей» в возрасте от 1,5 до 7 лет, были из малообеспеченных семей (мещан, солдат, мастеровых). В семье Максимовых воспитывалась приемная девочка. Ее подбросили на порог дома в 1893 году. При крещении ей дали имя старшей дочери Анны, умершей незадолго до этого события. В 1902 году учреждено Севастопольское «Общество по устройству Приютов-убежищ для сирот – мальчиков и дешёвых столовых для бедных». В состав членов общества входил Городской Голова Максимов А.А. и купеческий староста. На попечителях царской России лежала серьезная ответственность не только за материальное, но и нравственное воспитание подопечных, надзирание за деятельностью благотворительных учреждений на постоянной основе.
Т. М. Головань УДК 372:2(477.75) ДОШКОЛЬНОЕ ВОСПИТАНИЕ В КРЫМУ: ИСТОРИЯ И СОВРЕМЕННОСТЬ». Журнал Гуманитарные науки 2015г №4 стр 153-158. Киберленинка
Начиная с 1889 года гласный Севастопольской Городской Думы , Потомственный почетный гражданин купец 1 гильдии Максимов А.А. избирался в разные годы членом попечительского совета, попечителем, почетным попечителем Севастопольской женской гимназии, Мужской Прогимназии, земского училища, Константиновского реального училища, это нынешняя школа №3. Поэтому не удивительно, что в 1901 г., прежде чем утвердить избранного Думой Максимова А.А. на должность Городского Головы, из Министерства Внутренних дел поступил запрос именно Министру народного просвещения с просьбой прислать заключение «Не встречает ли препятствий его представление к должности?». Управляющий Одесским учебным округом Ректор Новороссийского университета Ф.Н.Шведов отвечает, что «таковое утверждение в должности не встречает препятствий, а является даже желательным».
Максимов, избранный в 1901 году Городским Головой, к исполнению своих обязанностей подошел со свойственной ему ответственностью за судьбы горожан и поступательное развитие городского хозяйства. А город к началу 20 века оказался в крайне непростом положении, ведь в 1890 году коммерческий порт был переведен в Феодосию, В «Ежегодных всеподданнейших отчетах Севастопольского градоначальника» Контр-адмирал Феодосьев, по итогам 1900 г., пишет: «Финансовые средства г. Севастополя дошли до такого положения, при котором дальнейшее законное ведение городского хозяйства невозможно. Общественное управление близко к тому кризису, при котором функции его должны совершенно прекратиться». «…к 1 января 1902 г. числилось на г. Севастополе долгов по ссудам Государственного Казначейства, займам в банках и проч. — 1.120.686 р. 54 к.» (Ежегодные всеподданнейшие отчетые Севастопольских градоначальников 1874-1815гг. Сборник документов. Выпуск 1. РНИИКПН им.Д.С.Лихачева. Москва.2022г.)
Одним из путей выхода из критической ситуации, по мнению отцов города, являлось соединение Севастополя железной дорогой с Ялтой.
Алексей Андреевич в октябре 1902 года приезжает в Ялту для передачи обращений городской Думы членам правительственной межведомственной комиссии, собравшейся для решения вопроса о маршруте железной дороги «с просьбой оказать содействие в проведении Ялтинской железной дороги с направлением на Севастополь. Хорошо известно, город Севастополь не наделен, по примеру других городов, крупными доходными земельными владениями. Быстро создать новые источники доходов, взамен утраченных, может быть и доступно городам, имеющим свою фабричную или иную промышленность, свою самостоятельную торговлю, но Севастополь стоит в особых условиях в этом отношении. Не имея иных статей дохода городское самоуправление обращает внимание на возможность эксплуатации своих естественных природных богатств: климата и моря, а потому главным в этом отношении сооружением нужно признать устройство гидропатического заведения по всем правилам науки ,могущего не только привлечь в Севастополь многочисленных больных Севера России, но и отвлечь их от поездок за границу, куда переливается вместе с ними такое большое количество русских денег. Город прилагает все усилия к тому, чтобы поднять свое значение, как курорта, соединенного удобным и дешевым путем с нашей русской Ривьерой. Проведение же железнодорожной линии из другого пункта, сделало бы бесплодными все его усилия к тому, чтобы не дать Севастополю окончательно потерять всякое значение, как города и обратиться вновь в военную крепость 50-х годов, со слободкой при ней». (ГАРФ. Ф 645. Великий князь Александр Михайлович. Оп. 1. Д. 737. «Письмо Севастопольского Городского Головы адъютанту Великого Князя Александра Михайловича с просьбой оказать содействие в проведении Ялтинской железной дороги с направлением на Севастополь.).
В 1903 году в докладной записке Великому Князю Александру Михайловичу, Максимов описывает состояние дел по устройству в городе каботажного порта и работах особой партии инженера Михайловского по прокладке пути электрической рельсовой дороги от Ялты до порта(Ф. 95. Оп. 4. Д. 1048 «По докладной записке Севастопольского городского головы по вопросу о сооружении железной дороги по южному берегу Крыма» за 1903 г.)
Общественная работа Алексея Андреевича сопредседателем Севастопольского отделения Крымского Горного Клуба, была направлена на развитие города, как туристического центра. На собрании членов Клуба 9 апреля 1902г профессор С.И.Иловайский сказал о том, что « город имеет много данных для широкой и плодотворной деятельности: большое число учебных заведений, множество приезжих и проезжающих туристов, интересные окрестности, как в смысле красот природы, так и в историческом отношении, что делает весьма желательным и вполне возможным устройство членами Горного клуба правильно организованных экскурсий, при участии опытных руководителей и проводников» (МКУК Ялтинский историко-литературный музей. "Записки Крымского Горного Клуба". Одесса.1902 г. № 4-5).
Еще одним направлением деятельности Горного клуба была археология. И уже, как официальное лицо, Севастопольский Голова,4 января 1903 года, по просьбе К.К.Касцюшко-Волюжинича, обратился к Председателю Московского археологического общества графине Уваровой П.С. с предложением: «Включить Севастополь в число мест, которые члены Археологического общества предполагают посетить в августе 1905 года».
(Музей Панорама Севастополя № 216 Письмо Городского головы графине Уваровой П.С)
Как видно из документов, трудно найти сферу жизнедеятельности Славного Севастополя конца 19 - начала 20вв. в которую Максимов Алексей Андреевич не внес бы вклад. Как сам он писал: «Трудами и попечением моим доставлял я пользу Отечеству и народу».
Наиболее значимыми для города за 7 лет пребывания Максимова в должности Городского головы стали следующие достижения: устройство каботажного порта; получение для города от правительства беспроцентной долгосрочной ссуды; совершенствование водопроводной сети; сооружение канализации и облагораживание свалки; устройство питомника древонасаждений; мощение и ремонт улиц; расширение больницы; устройство учебных заведений; сооружение ледоделательного завода, холодильников для его хранения и городской скотобойни.
О событиях 1905 года, ставших переломными в жизни Максимова, можно узнать из статьи «Военно-морская крепость Севастополь в революционный 1905 год. Роль городского головы Максимова Алексея Андреевича в развитии города». Алексей Андреевич в критический момент остался верен Севастополю и севастопольцам.
Преданность городу и горожанам не осталась не замеченной в наши дни:
по Представлению Губернатора принят «Закон города Севастополя от 11 марта 2024 года № 803-ЗС "О внесении изменений в Закон города Севастополя от 19 апреля 2017 года № 336-ЗС "О наградах города Севастополя". В соответствии с законом была учреждена «Медаль имени Максимова Алексея Андреевича, которой могут быть награждены граждане Российской Федерации, иностранные граждане, лица без гражданства, получившие широкую известность и общественное признание, за выдающиеся достижения и особые заслуги перед городом Севастополем в благотворительной и меценатской деятельности».
Цель написания этой статьи – сохранение памяти о достойных россиянах, целью созидательной деятельности которых, независимо от происхождения и сословия, было процветание государства Российского и народа его населяющего.