Аварцы против мюридов

Говоря о Кавказской войне периода "мюридизма" (когда ей пытались придать религиозный характер), не следует думать, что это была война все горцев против русских войск. Ряд народов и племён мюридов не принимал. Ведь в идеологическом плане мюридизм был полным аналогом современного радикального исламизма. Так при последнем имаме Шамиле выполнение всех "исламских" законов было обязательным для всех. Под запретом были музыка, танцы и курение. Смертью карались не только обман, измена, грабеж и пьянство, сопровождающееся неблаговидным поведением, но также несовершение пяти обязательных молитв (намаза) в день и любое, даже словесное сопротивление мюриду. Так что даже современные талибы и ИГИЛовцы (организации признана террористическими, их деятельность на территории Российской Федерации запрещена) по части радикализма до мюридов не дотягивают. При этом в горских сообществах традиционно следовали исконным родовым традициям – "адатам", часто несовместимым с шариатом. А горцы, как известно, привержены традициям отцов.

Пожалуй, самой яркой страницей противостояния горцев с мюридами стала защита Аварского ханства. В феврале 1830 года 8-тысячная армия мюридов под командованием первого имама Гази-Мухаммада (Кази-муллы) вышла покорять не желавшее подчиниться Аварское ханство и осадило его столицу Хунзах. Целью было – заставить подвластные аварским ханам поселения жёстко следовать законам шариата. Ожидалось, что серьёзного сопротивления не будет: среди аварцев не было единства, к тому же и Гази-Мухаммад, и ставшие имамами вслед за ним Гамзат-бек и Шамиль тоже по этнической принадлежности были аварцами. После победы мюриды планировали, мобилизовав аварцев, бросить их против русских укреплений Кавказской линии.

Но "лёгкой прогулки" не получилось, хотя защищали Хунзах всего 2000 ополченцев, в большинстве своём – абреков, бежавших из горных кавказских обществ из-за несогласия с насаждением шариата вопреки народным обычаям. Возглавлял оборону Абу-Султан Нуцал-хан, сын ханши Паху-бике – мужественной женщины, которая сама вместе с другими женщинами встречала атакующих с саблей в руке. В самую решающую минуту сражения она встала во главе заколебавшихся было хунзахских абреков, устыдив их гневными словами: "Аварцы! Вы недостойны носить оружие! Если вы струсили - отдайте его нам, женщинам, а сами прикройтесь нашими чадрами!" Более того, по некоторым свидетельствам, ханша накануне провела "спецоперацию" по срыву штурма, потратив значительную сумму (1000 рублей) на подкуп некоторых вождей мюридов.

В итоге штурм не получился ни у одной из двух атакующих колонн. Первая под командованием самого Кази-муллы, была остановлена огнём, и отступила, не дойдя до укреплений. Значительную часть её составляли аварцы, часть которых, не желая сражаться со своими, бежала, а остальные были разгромлены в рукопашном бою и тоже бежали, бросая оружие и знамена.

Вторая под командованием будущего третьего имама Шамиля взошла на укрепления, где вспыхнула яростная рукопашная. В итоге защитники Хунзаха одолели, колонна была рассеяна и бежала. Сам Шамиль с небольшим числом сторонников сумел отсидеться в доме на окраине Хунзаха. Причём, когда он вернулся, его бойцы (дагестанцы-гумбетовцы) обвиняли его в поражении и трусости, и чуть не убили.

Таким образом, Хунзах удалось отстоять против вчетверо превосходящих сил: мюриды бежали, оставив на поле более 200 трупов, кучу пленных, знамёна и оружие. В честь этого подвига в том же 1830 году император Николай I наградил целый народ (!) георгиевским знаменем, которым обычно награждались лишь особо отличившиеся полки.

Разумеется, мюриды аварцам поражения не простили, и уже через 4 года, в августе 1834 году, второй имам Гамзат-бек (Кази-мулла к тому времени был убит в бою) привёл новое войско в Хунзах. К тому времени ханша Паху-бике уже была не столь популярна в народе, и потому вместо сопротивления попыталась решить дело переговорами. Под гарантии неприкосновенности к Гамзат-беку приехали на переговоры сыновья ханши – Нуцал-хан и Умму-хан, которые были предательски убиты, как и сопровождавшие их хунзахцы. Умма-хана застрелили перед входом в палатку, Нуцал-хан, хотя и с пулей в плече, ещё некоторое время рубился с мюридами, убив многих из них.

Оставшись без вождей, Хунзах сдался, и там Гамзат-бек приказал убить ханшу, её младшего сына и родственника Сурхай-хана (полковника русской армии), который также мог претендовать на престол. Паху-бике и здесь перед смертью проявила мужество: встретила Гамзат-бека хлебом, предложив ему запить его кровью предательски убитых им сыновей.

Проклятие ханши исполнилось всего через месяц: 19 сентября 1834 года он был убит восставшими хунзахцами прямо в мечети в праздничную для мусульман пятницу. Мстители под руководством Хаджи Мурада (будущий герой одноименной повести Льва Толстого) вломились в мечеть и перебили Гамзат-Бека и 12 его вооружённых телохранителей. Нескольким из них удалось вырваться из мечети и забаррикадироваться в ханском доме, который тут же подожгли, а всех укрывшихся там кроме одного сбежавшего убили. Тело Гамзат-бека, в нарушение мусульманских установлений валялось раздетым около мечети и было похоронено только на четвертый день, да и то из жалости, по приказу новой ханши Хунзаха.

Впоследствии, во избежание новых захватов, в Хунзах вошёл русский гарнизон, и из столицы аварского государства город был превращён в обыкновенную российскую крепость. Что интересно, вручённое некогда аварцам Николаем I знамя, видимо, сгорело при пожаре ханского дома. Но, помня подвиг хунзахцев, 24 декабря 1885 года правивший тогда Александр III пожаловал аварскому народу новое знамя с надписью "За отличие при поражении восьми-тысячного скопища Кази-муллы в 1830 году".