Одно из основных направлений структурной лингвистики.

Центром деятельности П. л. ш. был Пражский лингвистический кружок (создан в 1926, организа­ци­он­но распался в начале 50‑х гг.).

Творче­ский расцвет относится к 30‑м гг. Кроме чехословацких филологов, таких, как В. Матезиус (организа­тор и глава кружка), Б. Трнка, Б. Гавранек, Й. Вахек, Я. Мукаржовский, позднее В. Скаличка, Й. М. Коржинек, П. Трост и другие, в кружок входили питомцы Московского университета Н. С. Трубецкой, Р. О. Якобсон, а также С. О. Карцевский, близкий женевской школе.

Творчески связан­ны­ми с П. л. ш. были советские учёные П. Г. Богатырёв, Г. О. Винокур, Е. Д. Поливанов, Б. В. Томашевский, Ю. Н. Тынянов. Пражцы издавали собственные «Труды» («Travaux du Cercle linguistique de Prague», 1929—39) и журнал «Slovo a slovesnost», перешедший в 1953 (в связи с организа­ци­он­ным распадом кружка) в ведение Чехословацкой АН. Идейным пред­шест­вен­ни­ком П. л. ш. явля­ет­ся Ф. де Соссюр, с именем которого связано представ­ле­ние о языке как частном случае семиотических систем (см. Семиотика).

Однако многие положения П. л. ш. связаны и с собственно чешской лингви­сти­че­ской традицией и выска­зы­ва­лись предста­ви­те­ля­ми П. л. ш. задолго до её организа­ци­он­но­го оформления и до опубликования «Курса общей лингви­сти­ки» де Соссюра. Концепция П. л. ш. испытала также влияние русской лингви­сти­че­ской традиции, в частности идей Ф. Ф. Фортунатова (см. Москов­ская фортунатов­ская школа), Л. В. Щербы [см. Петербургская (ленинградская) школа] и особенно И. А. Бодуэна де Куртенэ (см. Казанская лингвистическая школа).