ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ - от­расль зна­ния, по­ло­жив­шая на­ча­ло фор­ми­ро­ва­нию сис­те­мы эко­но­ми­че­ских на­ук.

Воз­ник­но­ве­ние по­ли­ти­че­ской эко­но­мии.

Со­че­та­ние «Политическая экономия» впер­вые поя­ви­лось в за­гла­вии кни­ги А. Мон­креть­е­на «Трак­тат по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (1615) и под­ра­зу­ме­ва­ло рас­ши­ре­ние ана­ли­за долж­но­го по­ряд­ка с об­лас­ти до­мо­хо­зяй­ст­ва (oikonomia) на об­ласть хо­зяй­ст­ва в пре­де­лах государственного це­ло­го. В ли­те­ра­ту­ре мер­кан­ти­лиз­ма гос­под­ство­ва­ло по­ни­ма­ние политической экономии как на­бо­ра пред­пи­са­ний для пра­ви­тельственного вме­ша­тель­ст­ва в це­лях до­сти­же­ния бла­го­при­ят­но­го тор­го­во­го ба­лан­са и уве­ли­че­ния до­хо­дов каз­ны при от­сут­ст­вии во вла­де­ни­ях мо­нар­ха руд­ни­ков бла­го­род­ных ме­тал­лов. Но по­сте­пен­но ста­ло про­би­вать­ся иное по­ни­ма­ние политической экономии: изу­че­ние «ес­те­ст­вен­ных за­ко­нов», не­об­хо­ди­мых для точ­ных су­ж­де­ний о сра­в­ни­тель­ной мо­щи национальных го­су­дарств (у У. Пет­ти); ис­сле­до­ва­ние эко­но­мической взаи­мо­за­ви­си­мо­сти различных со­ци­аль­ных сло­ёв об­щест­ва (у П. Буа­гиль­бе­ра, Р. Кан­тиль­о­на). Пер­вое сис­те­ма­тическое «Ис­сле­до­ва­ние прин­ци­пов по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (1767) бы­ло на­пи­са­но шотландским ав­то­ром Дж. Стю­ар­том; он сфор­му­ли­ро­вал за­да­чи политической экономии: «обес­пе­чить оп­ре­де­лён­ный фонд средств су­ще­ст­во­ва­ния для всех жи­те­лей, пре­дот­вра­тить вся­кий риск воз­ник­но­ве­ния не­дос­тат­ка этих средств, обес­пе­чить все бла­га, не­об­хо­ди­мые для удов­ле­тво­ре­ния по­треб­но­стей об­ще­ст­ва, и дать за­ня­тость всем жи­те­лям».

Под воз­дей­ст­ви­ем фи­ло­со­фии Про­све­ще­ния в Ев­ро­пе сло­жи­лось пред­став­ле­ние об об­щественном хо­зяй­ст­ве как о ес­тественном по­ряд­ке, в за­ко­ны ко­то­ро­го пра­ви­тель­ст­во не долж­но вме­ши­вать­ся (французская шко­ла фи­зио­кра­тов), и об ин­ди­ви­де, пре­сле­дую­щем в хо­зяйственной дея­тель­но­сти чис­то эгои­стические ин­те­ре­сы собственной поль­зы («Раз­мыш­ле­ния о по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» итальянского фи­ло­со­фа П. Вер­ри, 1771 год). Эти пред­став­ле­ния сде­лал гос­под­ствую­щи­ми А. Смит («Ис­сле­до­ва­ние о при­ро­де и при­чи­нах бо­гат­ст­ва на­ро­дов», 1776 год). Ран­нюю ис­то­рию политической экономии он схе­ма­ти­зи­ро­вал как по­сле­до­ва­тель­ность трёх «сис­тем»: «мер­кан­тиль­ной» (её ти­пич­ны­ми вы­ра­зи­те­ля­ми Смит на­звал Т. Ма­на и Ж.Б. Коль­бе­ра, иг­но­ри­руя Мон­креть­е­на и Стю­ар­та), фи­зио­кра­ти­че­ской и сис­те­мы са­мо­го Сми­та. Трак­тат Сми­та по­лу­чил об­ще­ев­ро­пей­ское при­зна­ние как «ру­ко­во­дство в со­зер­ца­нии го­су­дар­ст­вен­ных сил» (по сло­вам Н.П. Ру­мян­це­ва) и на­ча­ло «на­уч­ной», или «клас­си­че­ской», политической экономии. С её влия­ни­ем со­еди­ни­лось влия­ние ути­ли­та­ри­ст­ской фи­ло­со­фии И. Бен­та­ма, про­вед­ше­го раз­ли­чие ме­ж­ду политической экономией как нау­кой и как ис­кус­ст­вом эко­но­мической по­ли­ти­ки.

С началом XIX века в Ве­ли­ко­бри­та­нии и Фран­ции, всту­пив­ших в по­ло­су про­мыш­лен­ной ре­во­лю­ции, про­изош­ло ото­жде­ст­в­ле­ние клас­си­че­ской по­ли­ти­че­ской эко­но­мии с док­три­ной не­вме­ша­тель­ст­ва государственной вла­сти в дея­тель­ность пред­при­ни­ма­те­лей, то есть по­ли­ти­кой эко­но­мического ли­бе­ра­лиз­ма, под ло­зун­гом «laissez faire» (пол­ное не­вме­ша­тель­ст­во). Круп­ней­шим тео­ре­ти­ком эко­но­мического ли­бе­ра­лиз­ма, тре­бо­вав­шим сня­тия всех пре­град с на­ко­п­ле­ния ка­пи­та­ла, стал Д. Ри­кар­до. Главным по­пу­ля­ри­за­то­ром был Ж.Б. Сэй, его учеб­ни­ки да­ли ос­но­ву для по­строения кур­сов политической экономии в сло­жив­шей­ся в 1-й половине XIX века об­ще­евро­пей­ской струк­ту­ре уни­вер­си­тет­ско­го пре­по­да­ва­ния.

Рас­хо­ж­де­ние школ по­ли­ти­че­ской эко­но­мии.

Ж.Б. Сэй оп­ре­де­лял политическую экономию как нау­ку о «ес­те­ст­вен­ных», уни­вер­саль­ных во вре­ме­ни и про­стран­ст­ве, за­ко­нах про­из­вод­ст­ва, рас­пре­де­ле­ния и по­треб­ле­ния бо­гатств; Д. Ри­кар­до вы­дви­гал на пер­вый план сре­ди за­дач политической экономии ис­сле­до­ва­ние про­пор­ций в рас­пре­де­ле­нии об­щественного до­хо­да ме­ж­ду тре­мя главными клас­са­ми об­ще­ст­ва в фор­ме за­ра­бот­ной пла­ты, при­бы­ли и рен­ты. А. Сми­ту не уда­лось дать не­про­ти­во­ре­чи­вое оп­ре­де­ле­ние объ­ек­тив­ной ос­но­вы ме­но­вой цен­но­сти («ес­те­ст­вен­ной це­ны»); раз­ли­чие ин­тер­пре­та­ций при­ве­ло Ри­кар­до к тру­до­вой тео­рии цен­но­сти, а Сэя - к тео­рии трёх фак­то­ров про­из­вод­ст­ва. Но оба они со­гла­си­лись с фор­му­ли­ров­кой Т.Р. Маль­ту­сом за­ко­нов на­ро­до­на­се­ле­ния и убы­ваю­ще­го пло­до­ро­дия, из ко­то­рых сде­ла­ли вы­вод об ог­ра­ни­че­нии за­ра­бот­ной пла­ты на­ём­ных ра­бо­чих уров­нем про­жи­точ­но­го ми­ни­му­ма (тео­рия «ра­бо­че­го фон­да», или, по вы­ра­же­нию Ф. Лас­са­ля, «же­лез­ный за­кон за­ра­бот­ной пла­ты»).

На­чав­шие­ся в Анг­лии кри­зи­сы промышленного пе­ре­про­из­вод­ст­ва, ко­то­рые Ж.Б. Сэй, до­пол­няя свой оп­ти­мизм «за­ко­ном рын­ков сбы­та», счи­тал слу­чай­но­стя­ми, по­бу­ди­ли бывшего сми­ти­ан­ца Ж.Ш.Л. де Сис­мон­дик пе­ре­смот­ру ос­но­ва­ний политической экономии и при­зы­ву к её пре­вра­ще­нию в тео­рию бла­го­тво­ри­тель­но­сти. За без­раз­ли­чие к тя­го­там и стра­да­ни­ям бед­ных клас­сов политическую экономию так­же под­верг­ли кри­ти­ке, до­хо­див­шей до от­ри­ца­ния, за­чи­на­те­ли уто­пи­че­ско­го со­циа­лиз­ма. Ряд английских ав­то­ров ис­поль­зо­ва­ли тру­до­вую тео­рию цен­но­сти Д. Ри­кар­до для обос­но­ва­ния «пра­ва ра­бо­че­го на пол­ный про­дукт тру­да», вы­дви­нув ка­те­го­рию «при­ба­воч­ной цен­но­сти» (У. Томп­сон, «Ис­сле­до­ва­ние о прин­ци­пах рас­пре­де­ле­ния бо­гат­ст­ва при­ме­ни­тель­но к че­ло­ве­че­ско­му сча­стью», 1824 год) и при­зыв со­здать в про­ти­во­вес ли­бе­раль­ной «политической экономии соб­ст­вен­но­сти» «на­род­ную» политическую экономию (Т. Год­скин, 1827 год). По­пыт­ку най­ти ком­про­мисс ме­ж­ду эко­но­мическим ли­бе­ра­лиз­мом и его со­циа­ли­стической кри­ти­кой сде­лал, за­вер­шая сис­те­ма­ти­за­цию ри­кар­ди­ан­ской тео­рии цен­но­сти и рас­пре­де­ле­ния, Дж. Милль; его «Ос­но­вы по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (1848) ста­ли но­вым об­ще­ев­ро­пей­ским уни­вер­си­тет­ским кур­сом по­ли­тической эко­но­мии.

В раз­дроб­лен­ной Гер­ма­нии ста­нов­ле­ние политической экономии про­ис­хо­ди­ло под воз­дей­ст­ви­ем, с од­ной сто­ро­ны, сми­ти­ан­ст­ва, с дру­гой, - ка­ме­ра­ли­сти­ки, что обу­сло­ви­ло рас­про­стра­не­ние та­ких си­но­ни­мов политической экономии, как «на­цио­наль­ная эко­но­мия» (Natio­nal­öconomie) и «уче­ние о на­род­ном хо­зяй­ст­ве» (Volkswirthschaftslehre). Кро­ме то­го, раз­ра­бот­ка эко­но­мических ка­те­го­рий в свя­зи с аг­ро­но­ми­ей при­ве­ла к фор­ми­ро­ва­нию, на­чи­ная с ра­бот И.Г. фон Тю­не­на, осо­бо­го на­прав­ле­ния «сель­ско­хо­зяй­ст­вен­ной эко­но­мии». Профессор Гей­дель­берг­ско­го университета К.Г. Рау в сво­ём кур­се политической экономии (1826-1837) раз­де­лил её на тео­ре­тическую часть, из­ла­гаю­щую уни­вер­саль­ные за­ко­ны, и при­клад­ные час­ти, тре­бую­щие учё­та кон­крет­ных ус­ло­вий, - эко­но­мическую по­ли­ти­ку и нау­ку о фи­нан­сах. Рау ос­но­вал пер­вое пе­рио­дическое из­да­ние по политической экономии - «Ар­хив по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (1835-1853). По­сле­дую­щее раз­ви­тие политической экономии в Гер­ма­нии со­про­во­ж­да­лось кри­ти­кой Ф. Лис­том и пред­ста­ви­те­ля­ми не­мец­кой ис­то­рической шко­лы кос­мо­по­ли­тиз­ма и «пер­пе­туа­лиз­ма» (от латинского perpetuum - «веч­ный»; под­ра­зу­ме­ва­ют­ся «веч­ные» эко­но­мические за­ко­ны) школ Ж.Б. Сэя и Д. Ри­кар­до. Вслед за Лис­том «вос­пи­та­тель­ный» про­тек­цио­низм как не­об­хо­ди­мую ме­ру эко­но­мической по­ли­ти­ки в борь­бе с британским до­ми­ни­ро­ва­ни­ем от­стаи­вал ро­до­на­чаль­ник политической экономии в США Г.Ч. Кэ­ри, со­вет­ник пре­зи­ден­та А. Лин­коль­на по эко­но­мическим во­про­сам, кри­ти­ко­вав­ший пес­си­мизм Ри­кар­до и Маль­ту­са.

К. Маркс, при­сту­пив­ший к сис­те­ма­тическим за­ня­ти­ям политической экономии для уг­луб­лён­но­го обос­но­ва­ния ма­те­риа­ли­стического по­ни­ма­ния ис­то­рии и про­грам­мы клас­со­вой борь­бы про­ле­та­риа­та, от­нёс всю уни­вер­си­тет­скую политическую экономию Ев­ро­пы (от Ж.Б. Сэя и Т.Р. Маль­ту­са до В. Ро­ше­ра и А. Ваг­не­ра) к «вуль­гар­ной бур­жу­аз­ной» политической экономии. В ра­бо­те «К кри­ти­ке по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (1859) Маркс вы­дви­нул свою трак­тов­ку клас­си­че­ской политической экономии как двух тра­ди­ций ис­сле­до­ва­ния «внут­рен­них за­ви­си­мо­стей бур­жу­аз­ных от­но­ше­ний про­из­вод­ст­ва» - анг­лий­ской (обос­но­ва­ние тру­до­вой тео­рии цен­но­сти У. Пет­ти, А. Сми­том, Д. Ри­кар­до) и фран­цуз­ской (П. Буа­гиль­бер, Ф. Ке­нэ, Ж.Ш.Л. де Си­с­мон­ди – ана­лиз про­пор­цио­наль­но­сти ка­пи­та­ли­стического вос­про­из­вод­ст­ва и её на­ру­ше­ний). Се­бя Маркс иден­ти­фи­ци­ро­вал как за­вер­ши­те­ля этих тра­ди­ций, соз­даю­ще­го на ос­но­ве ма­те­риа­ли­стической диа­лек­ти­ки тео­рию при­ба­воч­ной цен­но­сти и эко­но­мических кри­зи­сов.

Ис­то­ризм К. Мар­кса час­тич­но по­вли­ял на но­вое по­ко­ле­ние не­мец­кой ис­то­ри­ческой шко­лы (ис­то­ри­ко-эти­че­ское на­прав­ле­ние, или ка­те­дер-со­циа­лизм), объ­е­ди­нив­шей­ся в Германской им­пе­рии во­круг Г. фон Шмол­ле­ра и ре­фор­ми­ст­ско­го «Сою­за со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки», под­дер­жан­но­го О. фон Бис­мар­ком. «Со­ци­ал-по­ли­ти­ки», или «ка­те­дер-со­циа­ли­сты», вы­во­ди­ли из про­ти­во­пос­тав­ле­ния ка­пи­та­лиз­ма и со­ци­а­лиз­ма (А. Шеф­фле) «прин­цип при­ми­ре­ния по­ряд­ка и сво­бо­ды» (А. Гельд) - «сред­нюю ли­нию» ме­ж­ду при­вер­жен­ностью ман­че­стер­ст­ва к laissez faire и стрем­ле­ни­ем со­ци­ал-де­мо­кра­тии к ре­во­люционному пе­ре­во­ро­ту. «Но­вая» ис­то­ри­че­ская шко­ла в политической экономии про­ти­во­пос­тав­ля­ла «анг­ло-фран­цуз­ско­му» ути­ли­та­риз­му, изо­ли­рую­щей аб­ст­рак­ции, кос­мо­по­ли­тиз­му и ан­ти­ис­то­риз­му - опо­ру на ин­дук­тив­ный ис­то­ри­ко-ста­ти­стический ме­тод эко­но­мического ана­ли­за; уче­ние о троя­кой струк­ту­ре мо­ти­вов хо­зяйственной дея­тель­но­сти и ти­пов её ор­га­ни­за­ции (ча­ст­но­ка­пи­та­ли­сти­че­ские, об­ще­ст­вен­но-при­ну­ди­тель­ные, ка­ри­та­тив­ные); не­от­де­ли­мость народного хо­зяй­ст­ва и его изу­че­ния от пра­ва и народного это­са; зна­чи­мость на­цио­наль­но-го­су­дар­ст­вен­но­го це­ло­го, ко­то­рое не мо­жет быть уп­ро­че­но толь­ко на ос­но­ве сво­бод­ной кон­ку­рен­ции, но тре­бу­ет вме­ша­тель­ст­ва вла­сти в це­лях смяг­че­ния клас­со­вых про­ти­во­ре­чий и ви­до­из­ме­не­ния форм эко­но­мической по­ли­ти­ки в со­от­вет­ст­вии с из­мен­чи­во­стью хо­зяйственных яв­ле­ний.

Под воз­дей­ст­ви­ем со­циа­ли­стических док­трин и не­мец­кой ис­то­ри­че­ской шко­лы со­ци­аль­ный (ра­бо­чий) во­прос за­нял столь вид­ное ме­сто в политической экономии., что поя­ви­лась тен­ден­ция к за­ме­ще­нию её на­зва­ния на «со­ци­аль­ная эко­но­мия». Од­на­ко во­зоб­ла­да­ли иные тен­ден­ции, сна­ча­ла оха­рак­те­ри­зо­ван­ные как её «пси­хо­ло­ги­че­ское» и «ма­те­ма­ти­че­ское» на­прав­ле­ния, а за­тем - как «мар­жи­наль­ная ре­во­лю­ция». Ра­ди­каль­ный пе­ре­смотр тео­рий цен­но­сти и рас­пре­де­ле­ния при­вёл к из­ме­не­нию по­ни­ма­ния пред­ме­та и ме­то­да эко­но­мической нау­ки.

Из­ме­не­ния в по­ни­ма­нии пред­ме­та и ме­то­да эко­но­ми­че­ской нау­ки. Мар­жи­на­лизм «пе­ре­вер­нул» клас­сический под­ход к ме­но­вой цен­но­сти, вы­во­дя её оп­ре­де­ле­ние не со сто­ро­ны пред­ло­же­ния (про­шлые за­тра­ты об­ще­ст­вен­но не­об­хо­ди­мо­го тру­да), а со сто­ро­ны спро­са (оцен­ки по­тре­би­те­ля­ми бу­ду­щей по­лез­но­сти благ); клас­со­во­му и на­цио­наль­но-об­щественным под­хо­дам про­ти­во­пос­та­вил ме­то­до­ло­гический ин­ди­ви­дуа­лизм. Край­нюю по­зи­цию за­ня­ла ав­ст­рий­ская шко­ла, субъ­ек­тив­но трак­туя да­же ка­те­го­рию из­дер­жек про­из­вод­ст­ва как цен­ность наи­луч­шей упу­щен­ной воз­мож­но­сти, от ко­то­рой при­шлось от­ка­зать­ся в про­цес­се вы­бо­ра; это по­ло­же­ние по­зво­ли­ло позд­нее кар­ди­наль­но пе­ре­фор­му­ли­ро­вать оп­ре­де­ле­ние пред­ме­та эко­но­мической тео­рии: че­ло­ве­че­ское по­ве­де­ние с точ­ки зре­ния со­от­но­ше­ния ме­ж­ду це­ля­ми и ог­ра­ни­чен­ны­ми ре­сур­са­ми, до­пус­каю­щи­ми аль­тер­на­тив­ное при­ме­не­ние.

Ин­спи­ри­ро­ван­ный К. Мен­ге­ром «спор о ме­то­дах» с Г. фон Шмол­ле­ром со­дей­ст­во­вал даль­ней­ше­му раз­ме­же­ва­нию эко­но­мических на­ук: от­де­ле­нию аб­ст­ракт­ной тео­рии, с од­ной сто­ро­ны, от эко­но­мической ис­то­рии и ста­ти­сти­ки, с дру­гой - от эко­но­мической по­ли­ти­ки и фи­нан­со­вой нау­ки; вы­яс­не­нию со­от­но­ше­ния ме­ж­ду по­зи­тив­ной и нор­ма­тив­ной политической экономии. Ло­занн­ская шко­ла, пред­ло­жив ма­те­ма­тическую тео­рию об­ще­го эко­но­мического рав­но­ве­сия, зая­ви­ла про­грам­му «чис­той» политической экономии. Но ес­ли М.Э.Л. Валь­рас счи­тал, что на­ря­ду с «чис­той» (по­зи­тив­ной) долж­на быть при­клад­ная (от­рас­ле­вая) и со­ци­аль­ная (нор­ма­тив­ная) эко­но­мия, то В. Па­ре­то ог­ра­ни­чи­вал­ся «чис­той» политической экономии на пред­по­сыл­ке ра­цио­наль­но­сти дей­ст­вий ин­ди­ви­дов-эгои­стов, а все про­чие мо­ти­вы по­ве­де­ния от­нёс к об­лас­ти со­цио­ло­гии. В обо­соб­ле­нии эко­но­ми­че­ской со­цио­ло­гии от политической экономии боль­шую роль сыг­ра­ли ра­бо­ты пред­ста­ви­те­лей но­во­го по­ко­ле­ния ис­то­ри­че­ской шко­лы - А. Ве­бе­ра, М. Ве­бе­ра, В. Зом­бар­та.

Ро­до­на­чаль­ник английского мар­жи­на­лиз­ма У.С. Дже­вонс под воз­дей­ст­ви­ем Г.Д. Мак­ле­о­да (сво­див­ше­го пред­мет эко­но­мической нау­ки к «за­ко­нам, управ­ляю­щим со­от­но­ше­ния­ми ме­ж­ду ко­ли­че­ст­ва­ми то­ва­ров, под­ле­жа­щих об­ме­ну»), а за­тем и А. Мар­шалл (в сво­ей пер­вой книге «The Economics of industry», совместно с М. Мар­шалл-Пей­ли, 1879 год) со­чли це­ле­со­об­раз­ным, за­ме­няя кау­заль­ный под­ход к ана­ли­зу ры­ноч­ных цен функ­цио­наль­но-рав­но­вес­ным, из­ме­нить и на­зва­ние эко­но­мической нау­ки - с «political economy» на «economics». В кур­се «Pryncyples of economics» (1890), за­мес­тив­шем «Principles of political economy» Дж. Мил­ля в ка­че­ст­ве ос­нов­но­го анг­лоя­зыч­но­го эко­но­мического учеб­ни­ка, Мар­шалл урав­нял «eco­nomics» и «политическую экономию» как на­зва­ния-си­но­ни­мы для нау­ки, изу­чаю­щей «сфе­ру ин­ди­ви­ду­аль­ных и об­ще­ст­вен­ных дей­ст­вий, ко­то­рая тес­ней­шим об­ра­зом свя­за­на с со­зда­ни­ем и ис­поль­зо­ва­ни­ем ма­те­ри­аль­ных ос­нов бла­го­сос­тоя­ния». По­сле это­го сло­во «economics» ста­ло в анг­лоя­зыч­ных стра­нах вы­тес­нять сло­во­со­че­та­ние «политическая экономия»; например, американский по­сле­до­ва­тель не­мец­кой ис­то­ри­че­ской шко­лы и пред­ше­ст­вен­ник ин­сти­ту­цио­на­лиз­ма Р.Т. Эли ещё в 1889 году вы­пус­тил «An introduction to political economy», но уже в 1893 году - «Outlines of economics»; тер­мин «econo­mics» ис­поль­зо­вал и ос­но­во­по­лож­ник ин­сти­ту­цио­на­лиз­ма Т. Веб­лен, кри­ти­куя ме­то­до­ло­гические ос­но­ва­ния мар­жи­на­лиз­ма (осо­бен­но ути­ли­та­ри­ст­скую мо­дель «эко­но­ми­че­ско­го че­ло­ве­ка», или эгои­стич­но­го «ге­до­ни­ста-мак­си­ми­за­то­ра»); Дж. Ком­монс ввёл в оби­ход сло­во­соче­та­ние «in­stitutional economics». Но с но­вым на­име­но­ва­ни­ем эко­но­мической нау­ки со­су­ще­ст­во­ва­ло преж­нее; оно со­хра­ни­лось, например, в на­зва­нии ве­ду­ще­го (по­ны­не) эко­но­мического жур­на­ла США «Journal of Politi­cal Economy», воз­ник­ше­го вме­сте с Чи­каг­ским уни­вер­си­те­том (1892). Уче­ник Мар­шал­ла и его пре­ем­ник во гла­ве кем­бридж­ской шко­лы А.С. Пи­гу оза­гла­вил свою глав­ную ра­бо­ту «The eco­nomics of welfare» (1920), но дру­гую - «The poli­tical economy of war» (1921).

Но­вое на­зва­ние эко­но­мической нау­ки окон­ча­тель­но за­кре­пи­лось с фор­ми­ро­ва­ни­ем в 1930-1940-е годы ма­те­ма­ти­зи­ро­ван­но­го ана­ли­тического ап­па­ра­та мик­ро­эко­но­ми­ки и мак­ро­эко­но­ми­ки и по­яв­ле­ни­ем учеб­ни­ка П. Сэ­мю­эл­со­на «Еconomics» (19 из­да­ний толь­ко в США в 1948-2009 годы), став­ше­го ос­нов­ным в уни­вер­си­тет­ском пре­по­да­ва­нии не толь­ко в анг­лоя­зыч­ных, но и во мно­гих других стра­нах (пе­ре­во­ды на 40 язы­ков). Объ­е­ди­не­ние мар­жи­на­ли­ст­ских под­хо­дов в не­оклас­си­че­ское на­прав­ле­ние, со­че­тае­мое с но­вым ли­бе­ра­лиз­мом, оп­ре­де­ли­ло ос­нов­ное те­че­ние (main stream, «мейн­ст­рим») эко­но­мические нау­ки, по­лу­чив­шее все­мир­ное рас­про­стра­не­ние. Тер­мин «еconomics» стал ис­поль­зо­вать­ся и для обо­зна­че­ния рас­ту­ще­го чис­ла спе­циа­ли­зированных эко­но­мических на­ук. Со­хра­нив­шие­ся во Фран­ции и Гер­ма­нии на­зва­ния d’economie politique, Nationalőconomie и Volkswirthschaftslehre ста­ли пе­ри­фе­рий­ны­ми, как и тео­ре­тические кон­цеп­ции, не ис­поль­зую­щие «мейн­ст­рим­ный» ана­ли­тический ап­па­рат (например, «ор­до­ли­бе­ра­лизм» В. Ой­ке­на) или вы­хо­дя­щие за пре­де­лы не­окейн­си­ан­ст­ва (например, «эко­но­ми­ка до­ми­ни­ро­ва­ния» Ф. Пер­ру).

На­зва­ние «political economy» ос­та­лось на край­них флан­гах эко­но­мической мыс­ли - у пра­во­ли­бе­раль­ной «но­вой политической экономии» (вирд­жин­ская шко­ла) и у эко­но­ми­стов мар­кси­ст­ских взгля­дов (например, «политической экономии рос­та» П.А. Ба­ра­на). «Но­вые ле­вые» да­ли им­пульс ра­ди­каль­ной политической экономии («radical po­li­ti­cal economics»), вы­сту­пив­шей про­тив круп­ных ка­пи­та­ли­стических кор­по­ра­ций, ма­ни­пу­ли­рую­щих гра­ж­да­на­ми как по­тре­би­те­ля­ми. Ле­во­ра­ди­каль­ная политическая экономия в ду­хе не­омар­ксиз­ма трак­то­ва­ла про­бле­му экс­плуа­та­ции че­ло­ве­ка мо­но­по­ли­стическим ка­пи­та­лом в фи­лософско-со­цио­ло­гическом кон­тек­сте от­чу­ж­де­ния лич­но­сти и от­верг­ла все кон­цеп­ции транс­фор­ма­ции ка­пи­та­лиз­ма в ста­биль­ную эко­но­мическую сис­те­му «все­об­ще­го бла­го­сос­тоя­ния», де­лая упор на его «ир­ра­цио­наль­но­сти». Но она кри­ти­ко­ва­ла так­же бю­ро­кра­тическую прак­ти­ку по­строе­ния со­циа­лиз­ма в СССР и по­ло­же­ние клас­сического мар­ксиз­ма об «ис­то­ри­че­ской мис­сии про­ле­та­риа­та», счи­тая, что промышленный ра­бо­чий класс раз­ви­тых ин­ду­ст­ри­аль­ных стран ин­тег­ри­ро­вал­ся в бур­жу­аз­ное об­ще­ст­во.

Идео­ло­гическая диф­фе­рен­циа­ция ха­рак­тер­на так­же для ме­ж­ду­на­род­ной (гло­баль­ной) политической экономии, изу­чаю­щей эко­но­мические ас­пек­ты ме­ж­ду­народных от­но­ше­ний в ми­ре рас­ту­щей взаи­мо­за­ви­си­мо­сти. Шко­лы это­го на­прав­ле­ния, со­еди­няю­ще­го эко­но­ми­ку с по­ли­то­ло­ги­ей, раз­вер­ну­ли де­ба­ты во­круг ка­те­го­рии «ге­ге­мо­ни­ст­ская ста­биль­ность» - спо­соб­но­сти ми­ро­вой дер­жа­вы-ли­де­ра под­дер­жи­вать ли­бе­раль­ный по­ря­док. Зна­ко­вой фи­гу­рой гло­баль­ной политической экономии ста­ла английский эко­но­мист С. Стрейндж, ав­тор книги «Casino capitalism» (1986). За рам­ки гло­баль­ной политической экономии вы­шло меж­дис­ци­п­ли­нар­ное и ин­тер­на­цио­наль­ное на­прав­ле­ние мир-сис­тем­но­го ана­ли­за (МСА), пред­ло­жив­шее уг­луб­лён­ную ме­то­до­ло­гию для опи­са­ния круп­но­мас­штаб­ных эко­но­мических про­цес­сов на про­тя­же­нии все­мир­ной ис­то­рии. МСА вы­де­лил­ся из со­цио­ло­гии раз­ви­тия и ле­во­ра­ди­каль­ной политической экономии как ре­ак­ция на кри­зис тео­рий эко­но­мической мо­дер­ни­за­ции, ос­но­ван­ных на кейн­си­ан­ст­ве, и по­сле­дую­щее усу­губ­ление не­ра­вен­ст­ва в «треть­ем ми­ре» под воз­дей­ст­ви­ем по­во­ро­та к мо­не­та­риз­му. За­чи­на­те­ли МСА И. Вал­лер­стайн, А.Г. Франк, С. Амин во­шли в чис­ло ос­но­ва­те­лей (1994) «Review of Interna­tional Political Economy» - жур­на­ла, на­прав­лен­но­го на кон­со­ли­да­цию эко­но­мического, гео­по­ли­тического, со­цио­ло­гического ана­ли­за про­блем ме­ж­ду­народного раз­де­ле­ния тру­да, транс­на­цио­наль­ной тор­гов­ли и фи­нан­сов, гло­баль­но­го управ­ле­ния и ре­гу­ли­ро­ва­ния, куль­ту­ры и эко­ло­гии.

В 2006 году воз­ник­ла Ме­ж­ду­народная ини­циа­ти­ва за со­дей­ст­вие политической экономии (International Initiative for Promoting Political Economy, IIPPE), за­дав­шая­ся це­лью на­ла­дить диа­лог ме­ж­ду пред­ста­ви­те­ля­ми мейн­ст­ри­ма и различными «ге­те­ро­док­саль­ны­ми» (вклю­чая мар­ксизм) эко­но­мическими тео­рия­ми. Дея­тель­ность IIPPE (еже­год­ные кон­фе­рен­ции с 2010 года) ак­ти­ви­зи­ро­ва­лась по­сле ми­ро­во­го эко­но­мического кри­зи­са 2008 года, при­дав­ше­го им­пульс иде­ям воз­ро­ж­де­ния по­ли­тической эко­но­мии.

По­ли­ти­че­ская эко­но­мия в Рос­сий­ской им­пе­рии. В Рос­сии политическая экономия, как таковая, поя­ви­лась в начале XIX века как про­дукт западного ин­тел­лек­ту­аль­но­го им­пор­та. Пра­ви­тель­ст­во Алек­сан­д­ра I про­фи­нан­си­ро­ва­ло пе­ре­вод и из­да­ние кни­ги А. Сми­та (1802-1806); бы­ли уч­ре­ж­де­ны раз­ряд политической экономии и ста­ти­сти­ки в Пе­тербургской АН (пер­вым ту­да был из­бран А.К. Шторх) и ка­фед­ра политической экономии в Московском университете (1804); за­тем так­же ка­фед­ры политической экономии в но­вых университетах, от­кры­тых в Харь­ко­ве, Ка­за­ни, Дер­пте, Санкт-Пе­тер­бур­ге. Уни­вер­си­тет­ские ка­фед­ры за­ни­ма­ли, как пра­ви­ло, вы­ход­цы из Гер­ма­нии, транс­ли­ро­вав­шие в Рос­сию, с од­ной сто­ро­ны, сми­ти­ан­ст­во, с дру­гой - тра­ди­цию ка­ме­раль­ных на­ук.

Как про­из­ве­де­ния «эк­лек­ти­че­ской политической экономии» - трак­та­ты, в ко­то­рых из­ло­же­ние со­про­во­ж­да­ет­ся об­шир­ным ци­ти­ро­ва­ни­ем различных мне­ний по ка­ж­до­му тео­ре­тическому во­про­су, бы­ли со­став­ле­ны пер­вые ком­пи­ля­тив­ные кур­сы политической экономии русских ав­то­ров - «За­пис­ки о по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (часть 1-2, 1844-1848) профессор Харь­ков­ско­го университета Т.Ф. Сте­па­но­ва и «Опыт о на­род­ном бо­гат­ст­ве...» (том 1-3, 1847) ка­мер-юн­ке­ра А.И. Бу­тов­ско­го.

Рас­кре­по­ще­ние вы­ве­ло на но­вый уро­вень ре­цеп­цию политической экономии, соз­да­вая свое­об­раз­ное пе­ре­пле­те­ние ев­ропейских воз­дей­ст­вий (вклю­чая рас­ши­рив­шие­ся воз­мож­но­сти за­гра­нич­ных ста­жи­ро­вок) и ха­рак­тер­но­го для российской об­щественной мыс­ли влия­ния «тол­стых» жур­на­лов. Пер­вый специальный российский жур­нал по политической экономии - «Эко­но­ми­че­ский ука­за­тель» И.В. Вер­над­ско­го (Санкт-Пе­тер­бург, 1857-1861 годы) примк­нул к ман­че­стер­ской шко­ле; в про­ти­во­по­лож­ность её запад­ни­кам-фрит­ре­де­рам сла­вя­но­фи­лы, ссы­ла­ясь на Ф. Лис­та, от­стаи­ва­ли об­щин­ное зем­ле­вла­де­ние и про­тек­цио­низм для обес­пе­че­ния при­ори­те­тов внутреннего рын­ка. Дос­ти­же­ни­ем русских по­сле­до­ва­те­лей немецкой «ста­рой» ис­то­ри­че­ской шко­лы ста­ла кни­га А.К. Кор­са­ка «О фор­мах про­мыш­лен­но­сти во­об­ще и о зна­че­нии до­маш­не­го про­из­вод­ст­ва (кус­тар­ной и до­маш­ней про­мыш­лен­но­сти) в За­пад­ной Ев­ро­пе и в Рос­сии» (1861), вво­див­шая в российской политической экономии ста­ди­аль­ный под­ход и прин­ци­пи­аль­ное для со­от­не­се­ния уров­ней российского и западного эко­но­мического раз­ви­тия раз­гра­ни­че­ние ме­ж­ду ма­ну­фак­ту­рой и фаб­ри­кой как ста­дия­ми круп­ной промышленности.

Ог­ром­ное воз­дей­ст­вие на русских эко­но­ми­стов по­ре­фор­мен­но­го пе­рио­да ока­зал Н.Г. Чер­ны­шев­ский, взяв­ший верх над И.В. Вер­над­ским в по­ле­ми­ке об об­щин­ном зем­ле­вла­де­нии и под­верг­ший кри­ти­ке в «Со­вре­мен­ни­ке» но­вый русский ком­пи­ля­тив­ный курс «На­ча­ла по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (том 1-2, 1859-1862 годы) профессор Санкт-Пе­тербургского университета И.Я. Гор­ло­ва. Про­па­ган­да Чер­ны­шев­ским «политической экономии тру­дя­щих­ся», его пе­ре­вод и ком­мен­та­рий «Прин­ци­пов по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» Дж. Ст. Мил­ля под­го­то­ви­ли вос­при­ятие в Рос­сии 1-го то­ма «Ка­пи­та­ла» К. Мар­кса, пе­ре­ве­дён­но­го на русский язык Н.Ф. Да­ни­ель­со­ном и Г.А. Ло­па­ти­ным (1872) и глу­бо­ко по­вли­яв­ше­го как на политическую экономию ле­галь­но­го на­род­ни­че­ст­ва (Да­ни­ель­сон и В.П. Во­рон­цов, уко­ре­нив­ший в русском языке сло­во «ка­пи­та­лизм»), так и на уни­вер­си­тет­скую политическую экономию, где тон ста­ли за­да­вать по­сле­до­ва­те­ли не­мец­кой но­вой ис­то­рической шко­лы и «ка­те­дер-со­циа­лиз­ма», ав­то­ры са­мых из­вест­ных (эк­лек­ти­че­ских) русских кур­сов политической экономии вплоть до начала XX века - А.И. Чу­пров, И.И. Ива­ню­ков, А.А. Иса­ев. В от­ли­чие от них, И.И. Ян­жул не ис­пы­тал влия­ния мар­ксиз­ма, а при­гла­сив­ший его на государственную служ­бу Н.Х. Бун­ге (министр фи­нан­сов в 1882-1886 годы) как профессор политической экономии под­верг со­циа­лизм рез­кой кри­ти­ке. Но оба они пы­та­лись прак­ти­че­ски вне­дрить эле­мен­ты со­ци­ал-по­ли­ти­ки, при­вить в Рос­сии ин­сти­тут фаб­рич­ных ин­спек­то­ров (про­цесс был пре­рван под дав­ле­ни­ем пред­при­ни­ма­те­лей И.А. Выш­не­град­ским, но во­зоб­нов­лён Вит­те, ко­то­рый, бу­ду­чи убе­ж­дён­ным по­сле­до­ва­те­лем Ф. Лис­та, при­вле­кал к со­труд­ни­че­ст­ву российских со­ци­ал-по­ли­ти­ков).

В середине 1890-х годов мар­ксизм, ото­жде­ств­ляе­мый с «эко­но­ми­че­ским ма­те­риа­лиз­мом» и от­ри­ца­ни­ем русской со­цио­ло­гической «субъ­ек­тив­ной шко­лы», сни­скал до­воль­но ши­ро­кую по­пу­ляр­ность как док­три­на ка­пи­та­ли­стического раз­ви­тия Рос­сии. В спо­ре с на­род­ни­че­ст­вом «ле­галь­ные мар­ксис­ты» и та­кие ав­то­ры, как Г.В. Пле­ха­нов, В.И. Ле­нин, Л.Б. Кра­син, Н.Г. Га­рин-Ми­хай­лов­ский и другие, до­ка­зы­ва­ли, что для рос­та про­из­во­дительных сил Рос­сии не­обхо­ди­мо раз­ви­тие круп­но­го ма­шин­но­го про­из­вод­ст­ва, а кус­тар­ные про­мыс­лы русских кре­сть­ян-об­щин­ни­ков яв­ля­ют­ся не за­ро­ды­ше­вой «са­мо­быт­ной» фор­мой аль­тер­на­тив­но­го «народного про­из­вод­ст­ва», а раз­но­вид­но­стью ма­ну­фак­ту­ры. Она долж­на не­из­беж­но ус­ту­пить ме­сто ка­пи­та­ли­стической фаб­ри­ке, так­же как не­из­беж­ны вы­де­ле­ние из об­щи­ны ку­ла­ков и вы­тал­ки­ва­ние обез­зе­ме­лен­ной де­ре­вен­ской бед­но­ты в го­ро­да. Эта по­ле­ми­ка сов­па­ла по вре­ме­ни с воз­ник­но­ве­ни­ем берн­штей­ни­ан­ст­ва в Ин­тер­на­цио­на­ле 2-м, пуб­ли­ка­ци­ей Ф. Эн­гель­сом 3-го то­ма «Ка­пи­та­ла», вы­звав­шей об­шир­ную кри­ти­ку мар­кси­ст­ской политической экономии (осо­бен­но со сто­ро­ны Э. Бём-Ба­вер­ка), по­во­рот­ным эта­пом в раз­ви­тии но­вой ис­то­рической шко­лы, свя­зан­ным с вы­хо­дом ра­бот К. Бюхе­ра и В. Зом­бар­та по про­бле­ме ста­дий эко­но­мической эво­лю­ции и ге­не­зи­са ка­пи­та­лиз­ма. К ре­ви­зио­низ­му в Рос­сии вслед за С.Н. Про­ко­по­ви­чем («эко­но­мизм» в ра­бо­чем дви­же­нии) примк­ну­ли П.Б. Стру­ве (в гно­сео­ло­гии и тео­рии цен­но­сти), С.Н. Бул­га­ков (в аг­рар­ном во­про­се), М.И. Ту­ган-Ба­ра­нов­ский (чей вклад в ко­ле­ба­ний цик­ли­че­ских тео­рии сни­скал ме­ж­ду­народное при­зна­ние).

Главной аре­ной дис­кус­сий о мар­кси­ст­ской политической экономии стал журнал «На­уч­ное обо­зре­ние», где так­же поя­ви­лись пер­вый об­зор русской эко­но­мической мыс­ли, со­став­лен­ный М.М. Фи­лип­по­вым, и пер­вые русские об­зо­ры мар­жи­на­ли­ст­ских тео­рий цен­но­сти. Ре­цеп­ция этих тео­рий в Рос­сии бы­ла за­труд­не­на влия­ни­ем на­род­ни­че­ст­ва, мар­ксиз­ма, ис­то­рические шко­лы и со­ци­ал-по­ли­ти­ки. Да­же тех, кто со­гла­шал­ся с австрийской шко­лой в кри­ти­ке тру­до­вой тео­рии цен­но­сти, от­тал­ки­ва­ли ав­ст­рий­ский ме­то­до­ло­гический ин­ди­ви­дуа­лизм и субъ­ек­ти­визм, иг­но­ри­ро­ва­ние оче­вид­ных тен­ден­ций в хо­зяйственной жиз­ни к рос­ту со­юз­ных ор­га­ни­за­ций и зна­че­ния об­щественного кон­тро­ля. Ав­тор са­мо­го по­пу­ляр­но­го русского уни­вер­си­тет­ско­го кур­са политической экономии начала XX века. В.Я. Же­лез­нов был луч­шим в Рос­сии зна­то­ком анг­ло-американского мар­жи­на­лиз­ма (А. Мар­шалл, Дж. Б. Кларк), но от­вер­гал это но­вое «аб­ст­ракт­но-ин­ди­ви­дуа­ли­сти­че­ское на­прав­ле­ние» в политической экономии. Эпи­зо­дическое влия­ние ло­занн­ской шко­лы при­ве­ло к по­яв­ле­нию пер­вых русских ра­бот эко­но­ми­стов-ма­те­ма­ти­ков (В.К. Дмит­ри­ев, Е.Е. Слуц­кий), но их зна­че­ние бы­ло оце­не­но лишь де­ся­ти­ле­тия спус­тя. Боль­ший ре­зо­нанс по­лу­чи­ли ис­сле­до­ва­ния в об­лас­ти хо­зяйственной конъ­юнк­ту­ры, сбли­зив­шие по­зи­цию их ини­циа­то­ра М.И. Ту­ган-Ба­ра­нов­ско­го с кри­ти­кой мар­ксиз­ма В. Зом­бар­том, чьи ра­бо­ты име­ли бес­пре­це­дент­ную в срав­не­нии с другими западными эко­но­ми­ста­ми по­пу­ляр­ность (пе­ре­во­ды бо­лее 20 книг) в пред­ре­во­люционной Рос­сии.

Ори­ги­наль­ные вер­сии ис­то­рического на­прав­ле­ния в политической экономии поя­ви­лись в сте­нах пер­вых российских специалистов эко­но­мических ву­зов и фа­куль­те­тов: эко­но­мического от­де­ле­ния Санкт-Пе­тербургского по­ли­тех­нического института («фи­ло­со­фия хо­зяй­ст­ва» С.Н. Бул­га­ко­ва; «ис­то­рическая фе­но­ме­но­ло­гия це­ны» П.Б. Стру­ве); ком­мерческих институтов в Мо­ск­ве (об­щая тео­рия аг­рар­ной эво­лю­ции Н.П. Ога­нов­ско­го) и Кие­ве (пер­вый курс эко­но­мической ис­то­рии Рос­сии М.В. Дов­нар-За­поль­ско­го). Пря­мой по­сле­до­ва­тель немецкой ис­то­рической шко­лы И.М. Ку­ли­шер со­ста­вил луч­ший в ме­ж­ду­народной литературе курс эко­но­мической ис­то­рии Западной Ев­ро­пы. Луч­шие тра­ди­ции пре­по­да­ва­ния политической экономии и сельско-хозяйственной эко­но­мии в Рос­сии бы­ли со­еди­не­ны в Университете имени А.Л. Ша­няв­ско­го, став­шем «моз­го­вым цен­тром» российской коо­пе­ра­ции.

Мар­кси­ст­ская по­ли­ти­че­ская эко­но­мия в «ши­ро­ком смыс­ле» и по­ли­ти­че­ская эко­но­мия в СССР. Ф. Эн­гельс («Ан­ти-Дю­ринг», 1877-1878 годы) оп­ре­де­лил центральное ме­сто политической экономии в трие­дин­ст­ве мар­кси­ст­ской идео­ло­гии, на­ря­ду с ма­те­риа­ли­стическим по­ни­ма­ни­ем ис­то­рии и «на­уч­ным со­циа­лиз­мом» (за­твер­же­но В.И. Ле­ни­ным в статье «Три ис­точ­ни­ка и три со­став­ные час­ти мар­ксиз­ма», 1913 год), а так­же вы­дви­нул по­ло­же­ние о политической экономии «в ши­ро­ком смыс­ле»: на­ря­ду с ана­ли­зом ка­пи­та­ли­стического спо­со­ба про­из­вод­ст­ва (политическая экономия «в уз­ком смыс­ле»), она долж­на ох­ва­тить ис­сле­до­ва­ние за­ко­нов, управ­ляю­щих про­из­вод­ст­вом и об­ме­ном ма­те­ри­аль­ных жиз­нен­ных благ в до­ка­пи­та­ли­стических фор­ма­ци­ях (пер­во­быт­но-об­щин­ной, ра­бо­вла­дельческой, фео­даль­ной) и в ожи­дае­мом со­циа­ли­стическом хо­зяй­ст­ве. Пер­вый опыт из­ло­же­ния политической экономии в ши­ро­ком смыс­ле был пред­при­нят в «Крат­ком кур­се эко­но­ми­че­ской нау­ки» А.А. Бо­гда­но­вым, а за­тем им же вме­сте с И.И. Сквор­цо­вым-Сте­па­но­вым в «Кур­се по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» (том 1-2, 1910-1919 годы).

На­ря­ду с та­ки­ми ве­ду­щи­ми тео­ре­ти­ка­ми Ин­тер­на­цио­на­ла 2-го, как К. Ка­ут­ский («Ко­ло­ни­аль­ная по­ли­ти­ка в про­ш­лом и на­стоя­щем», 1900 год), Р. Гиль­фер­динг («Фи­нан­со­вый ка­пи­тал», 1910 год) и Р. Люк­сем­бург («На­ко­п­ле­ние ка­пи­та­ла», том 1-2, 1913 год), российские мар­ксис­ты (А.А. Бо­гда­нов, И.И. Сквор­цов-Сте­па­нов, М.П. Пав­ло­вич-Вельт­ман, Н.И. Бу­ха­рин и другие) ана­ли­зи­ро­ва­ли из­ме­не­ния в фор­мах ка­пи­та­ли­стической кон­ку­рен­ции, по­влёк­шие об­ра­зо­ва­ние от­рас­ле­вых промышленных мо­но­по­лий и уси­ле­ние им­пе­риа­лиз­ма ве­ли­ких дер­жав, спро­во­ци­ро­вав­шее Пер­вую ми­ро­вую вой­ну 1914-1918 годы. В.И. Ле­нин из сво­его ана­ли­за «го­су­дар­ст­вен­но-мо­но­по­ли­сти­че­ско­го ка­пи­та­лиз­ма» (ГМК) в вою­ющих стра­нах сде­лал вы­вод о на­ли­чии «ма­те­ри­аль­ных пред­по­сы­лок» со­циа­ли­стической ре­во­лю­ции и пла­но­вой эко­но­ми­ки - обоб­ще­ст­в­лён­но­го про­из­вод­ст­ва, ко­то­рое при дик­та­ту­ре про­ле­та­риа­та ста­нет ос­но­вой но­вой фор­ма­ции. Прак­тической реа­ли­за­ци­ей этой по­зи­ции ста­ли за­хват боль­ше­ви­ка­ми вла­сти в Российской рес­пуб­ли­ке и по­ли­ти­ка «во­ен­но­го ком­му­низ­ма». Про­грам­ма РКП(б) ори­ен­ти­ро­ва­ла на «наи­боль­шую цен­тра­ли­за­цию» хо­зяй­ст­ва и про­ве­де­ние «мер, под­го­тов­ляю­щих унич­то­же­ние де­нег». Бы­ли сде­ла­ны по­пыт­ки (С.Г. Стру­ми­лин, Е.С. Вар­га и другие) раз­ра­бо­тать без­де­неж­ную («тру­до­вую», «энер­ге­ти­че­скую») еди­ни­цу стои­мо­ст­но­го учё­та; Бу­ха­рин про­воз­гла­сил гря­ду­щий «ко­нец» политической экономии в свя­зи с «кон­цом то­вар­но­го про­из­вод­ст­ва».

Пе­ре­ход к но­вой эко­но­ми­че­ской по­ли­ти­ке, де­неж­ная ре­фор­ма 1922-1924 годов, так называемый коо­пе­ра­тив­ный план В.И. Ле­ни­на со­зда­ли «смыч­ку» ме­ж­ду ком­му­ни­стической вла­стью и «спе­ца­ми»-эко­но­ми­ста­ми, хо­тя часть про­фес­со­ров политической экономии по­па­ла в чис­ло бе­ло­эмиг­ран­тов или пас­са­жи­ров «фи­ло­соф­ско­го па­ро­хо­да». Су­ще­ст­во­ва­ла и «смыч­ка» с западной эко­но­мической мыс­лью, осо­бен­но в об­лас­ти тео­рии де­нег (пе­ре­во­ды ра­бот К.Г. Кас­се­ля, И. Фи­ше­ра и других). Од­но­вре­мен­но в ву­зах, в том числе мно­го­численных но­вых, на­са­ж­да­лось пре­по­да­ва­ние мар­кси­ст­ской политической экономии, но в по­ни­ма­нии её пред­ме­та и ме­то­да не бы­ло един­ст­ва. По­зи­ция счи­тав­ше­го­ся главным эко­но­ми­стом-тео­ре­ти­ком ВКП(б) Н.И. Бу­ха­ри­на, ог­ра­ни­чи­вав­шая пред­мет политической экономии «то­вар­но-ка­пи­та­ли­сти­че­ским хо­зяй­ст­вом», бы­ла ос­по­ре­на И.И. Сквор­цо­вым-Сте­па­но­вым и А.А. Бо­гда­но­вым в дис­кус­сии «об ис­то­ри­че­ских гра­ни­цах» политической экономии в Ком­му­нисти­че­ской ака­де­мии (1925), но все ос­таль­ные уча­ст­ни­ки, кро­ме М.Н. По­к­ров­ско­го, под­дер­жа­ли Бу­ха­ри­на. В Ком­а­ка­де­мии в 1920-е годы про­шёл так­же ряд дис­кус­сий о ка­те­го­ри­ях мар­кси­ст­ской политической экономии: про­из­во­дительных си­лах и про­из­водственных от­но­ше­ни­ях, аб­ст­ракт­ном тру­де, ро­ли в советском хо­зяй­ст­ве за­ко­на цен­но­сти (за­ко­на стои­мо­сти). Ана­лиз про­блем ми­ро­во­го хо­зяй­ст­ва был под­чи­нён ин­те­ре­сам 3-го Ин­тер­на­цио­на­ла и ме­ж­ду­народной по­ли­ти­ки ВКП(б); под руководством Е.С. Вар­ги (в 1927-1947 годы ди­рек­тор Института ми­ро­во­го хо­зяй­ст­ва и ми­ро­вой по­ли­ти­ки в Мо­ск­ве) бы­ла раз­ра­бо­та­на кон­цеп­ция «об­ще­го кри­зи­са ка­пи­та­лиз­ма». В то же вре­мя с по­зи­ций «во­ин­ст­вую­щей» мар­кси­ст­ской «ор­то­док­сии» бы­ли под­верг­ну­ты раз­гром­ной по­ли­ти­зи­рованной кри­ти­ке кон­цеп­ции ве­ду­щих не­пар­тий­ных эко­но­ми­стов, ра­бо­тав­ших в СССР: Н.Д. Кон­д­рать­е­ва (ги­по­те­за «длин­ных волн»), А.В. Чая­но­ва и его кол­лег по аг­рар­ной ор­га­ни­за­ци­он­но-про­из­водственной шко­ле, В.А. Ба­за­ро­ва и В.Г. Гро­ма­на («ге­не­ти­че­ский» под­ход к на­род­но-хо­зяйственному пла­ни­ро­ва­нию) и других. Ко вре­ме­ни ос­но­ва­ния Института эко­но­ми­ки АН СССР (1930) и журнал «Во­про­сы эко­но­ми­ки» (1948) ут­вер­ди­лось от­но­ше­ние к эко­но­мической нау­ке в СССР как к «слу­жан­ке пар­тий­ных ус­та­но­вок» (С.Г. Стру­ми­лин).

По­сле пуб­ли­ка­ции в 1929 году за­ме­ча­ний В.И. Ле­ни­на на книге Н.И. Бу­ха­ри­на «Эко­но­ми­ка пе­ре­ход­но­го пе­рио­да» (1920) вы­яс­ни­лось, что Ле­нин был про­тив­ни­ком «ог­ра­ни­чи­тель­ной вер­сии» Бу­ха­ри­на («шаг на­зад про­тив Эн­гель­са»). Но учеб­ни­ки уже по­кой­ных к то­му вре­ме­ни А.А. Бо­гда­но­ва и И.И. Сквор­цова-Сте­па­но­ва бы­ли об­ви­не­ны в ме­хани­циз­ме, а но­вой «рас­ши­ри­тель­ной» вер­сии политической экономии не поя­ви­лось, хо­тя в начале 1930-х годов Н.А. Воз­не­сен­ский сде­лал по­пыт­ку «на­бро­ска» политической экономии со­циа­лиз­ма, дек­ла­ри­ро­вав, что она «соз­да­ёт­ся тео­ре­ти­че­ской ра­бо­той всей пар­тии, строя­щей со­циа­ли­сти­че­ское об­ще­ст­во».

Ус­та­нов­ле­ние ре­жи­ма лич­ной вла­сти И.В. Ста­ли­на ско­ва­ло раз­ви­тие политической экономии в СССР, изо­ли­ро­вав её не толь­ко от нео­клас­си­ки, но и от других на­прав­ле­ний западной эко­но­мической мыс­ли, вклю­чая не­омар­ксизм. По­сле вы­хо­да книги «Бур­жу­аз­ные эко­но­ми­сты о ми­ро­вом кри­зи­се» (1931) в СССР на­дол­го пре­кра­ти­лось из­да­ние пе­ре­во­дов но­вой литературы по эко­но­мической тео­рии (ис­клю­че­ние бы­ло сде­ла­но лишь для «Об­щей тео­рии за­ня­то­сти, про­цен­та и де­нег» Дж.М. Кейн­са, но с боль­шим опо­зда­ни­ем (1948) и ис­ка­же­ния­ми). Связь политической экономии с прак­ти­кой строи­тель­ст­ва пла­но­вой эко­но­ми­ки СССР бы­ла де­фор­ми­ро­ва­на дог­ма­ти­за­ци­ей, жё­ст­кой цен­зу­рой, от­сут­ст­ви­ем дос­то­вер­но­сти в ста­ти­стической ин­фор­ма­ции, не­од­но­крат­ны­ми ре­прес­сия­ми в от­но­ше­нии эко­но­ми­стов в 1930-1950-е годы, обя­за­тель­но­стью ци­ти­ро­ва­ния про­из­ве­де­ний К. Мар­кса, Ф. Эн­гель­са, В.И. Ле­ни­на и не­воз­мож­но­стью их кри­ти­ки. В ча­ст­но­сти, опуб­ли­ко­ван­ная в 1937 году ру­ко­пись мо­ло­до­го Ле­ни­на «По по­во­ду так на­зы­вае­мо­го во­про­са о рын­ках» (не­за­вер­шён­ная и с ошиб­ка­ми в рас­чё­тах) со­дер­жа­ла фор­му­ли­ров­ку «за­ко­на опе­ре­жаю­ще­го рос­та про­из­вод­ст­ва средств про­из­вод­ст­ва», ко­то­рая ста­ла оп­рав­да­ни­ем дис­про­пор­цио­наль­но­сти хо­зяй­ст­ва СССР вслед­ст­вие фор­си­ро­ван­ной ин­ду­ст­риа­ли­за­ции.

В ос­но­ве зна­чи­тель­но рас­ши­рив­ше­гося пре­по­да­ва­ния политической экономии сна­ча­ла бы­ли по­ло­же­ны учеб­ни­ки (К.В. Ост­ро­ви­тяно­ва и других), уп­ро­щён­но из­ла­гав­шие ос­но­вы мар­кси­ст­ской политической экономии «в свя­зи с тео­ри­ей советского хо­зяй­ст­ва». Не­за­дол­го до смер­ти И.В. Ста­лин, ос­та­вив за со­бой ре­шаю­щее сло­во («Эко­но­ми­че­ские про­бле­мы со­циа­лиз­ма в СССР», 1952 год), ини­ции­ро­вал дис­кус­сию по ма­ке­ту но­во­го учеб­ни­ка политической экономии в ши­ро­ком смыс­ле (из­дан в 1954 году), со­став­лен­но­го груп­пой эко­но­ми­стов под кон­тро­лем Д.Т. Ше­пи­ло­ва. Учеб­ник оп­ре­де­лял пред­мет политической экономии как ис­то­ри­че­ски ме­няю­щие­ся «сис­те­мы про­из­вод­ст­вен­ных от­но­ше­ний». Вво­ди­лись по­ня­тия «ос­нов­но­го эко­но­ми­че­ско­го за­ко­на» и «ос­нов­но­го эко­но­ми­че­ско­го про­ти­во­ре­чия» для ка­ж­дой из 5 фор­ма­ций. Бы­ло по­сту­ли­ро­ва­но дей­ст­вие при со­циа­лиз­ме «за­ко­на пла­но­мер­но­го, про­пор­цио­наль­но­го раз­ви­тия» при со­хра­не­нии «то­вар­но­го про­из­вод­ст­ва осо­бо­го ро­да», обу­слов­лен­но­го раз­ли­чи­ем двух форм соб­ст­вен­но­сти - «об­ще­на­род­ной» (го­су­дар­ст­вен­ной) и «кол­хоз­но-коо­пе­ра­тив­ной». По­сле 20-го съез­да КПСС ак­ти­ви­зи­ро­ва­лись эко­но­мические дис­кус­сии о «дей­ст­вии за­ко­на стои­мо­сти» и при­ро­де «то­вар­но-де­неж­ных от­но­ше­ний» при со­циа­лиз­ме, прин­ци­пах пла­но­во­го це­но­об­ра­зо­ва­ния и хо­зяйственного рас­чё­та со­циа­ли­стического пред­при­ятия; во­зоб­но­ви­лось (хо­тя и в скром­ных мас­шта­бах) из­да­ние пе­ре­вод­ной эко­но­мической литературы (отдельные кни­ги Э. Жам­са, А. Хан­се­на, Р. Хар­ро­да и другие). По­ло­же­ние о мир­ном со­су­ще­ст­во­ва­нии бы­ло до­пол­не­но фор­му­лой «эко­но­ми­че­ско­го со­рев­но­ва­ния двух ми­ро­вых сис­тем». Ус­та­но­ви­лось раз­де­ле­ние на «Политической экономии ка­пи­та­лиз­ма» и «Политической экономии со­циа­лиз­ма»; цен­тром ис­сле­до­ва­ний в об­лас­ти политической экономии ка­пи­та­лиз­ма стал Институт ми­ро­вой эко­но­ми­ки и ме­ж­ду­на­род­ных от­но­ше­ний (ИМЭМО) АН СССР, в об­лас­ти политической экономии со­циа­лиз­ма - Институт эко­но­ми­ки и Институт ми­ро­вой со­циа­ли­стической сис­те­мы АН СССР (об­ра­зо­ван в 1960 году); зна­чительную роль иг­ра­ли шко­лы эко­но­мических фа­куль­те­тов Московского и Ле­нинградского университетов. Од­на­ко про­дол­жа­ли дов­леть дог­ма­тизм и на­чётни­че­ст­во; тре­тья Про­грам­ма КПСС (1961) ос­та­ви­ла в си­ле фор­му­лу «об­ще­го кри­зи­са ка­пи­та­лиз­ма» и на­вя­за­ла фор­му­лы «соз­да­ния ма­те­ри­аль­но-тех­ни­че­ской ба­зы ком­му­низ­ма» и «пе­ре­рас­та­ния со­циа­ли­сти­че­ско­го тру­да в ком­му­ни­сти­че­ский». Учё­ные из ИМЭМО, ско­ван­ные пре­де­ла­ми «ле­нин­ской тео­рии им­пе­риа­лиз­ма», вы­ра­бо­та­ли фор­му­лу «но­во­го эта­па» го­су­дар­ст­вен­но-мо­но­по­ли­стического ре­гу­ли­ро­ва­ния в ус­ло­ви­ях НТР, по­зво­ляв­шую бо­лее сво­бод­но ана­ли­зи­ро­вать струк­тур­ные и ин­сти­ту­цио­наль­ные из­ме­не­ния в раз­ви­тых ка­пи­та­ли­стических стра­нах.

Тео­ре­ти­ки политической экономии со­циа­лиз­ма по­ве­ли дис­кус­сии о ме­то­до­ло­гических прин­ци­пах её по­строе­ния, ка­те­го­ри­аль­ном свое­об­ра­зии. Сфор­ми­ро­вал­ся под­ход, обос­но­вывав­ший ка­те­го­рию «пла­но­мер­ность» как ис­ход­ную в сис­те­ме про­из­водственных от­но­ше­ний со­циа­лиз­ма и об­щую для «низ­шей» и «выс­шей» фаз «ком­му­ни­сти­че­ско­го» спо­со­ба про­из­вод­ст­ва. Реа­ли­за­ци­ей это­го под­хо­да стал «Курс по­ли­ти­че­ской эко­но­мии» под редакцией Н.А. Ца­го­ло­ва (том 1-2, 1963), свя­зы­ваю­щий политическую экономию ка­пи­та­лиз­ма и политическую экономию со­циа­лиз­ма на ос­но­ве ме­то­да «Ка­пи­та­ла» К. Мар­кса. То­вар­но-де­неж­ные от­но­ше­ния (день­ги, тор­гов­ля, це­ны, за­кон стои­мо­сти, рас­пре­де­ле­ние по тру­ду) бы­ли оп­ре­де­ле­ны как «эко­номи­че­ские от­но­ше­ния, со­хра­нив­шие­ся от до­со­циа­ли­сти­че­ских форм про­из­вод­ст­ва». Различные кри­ти­ки та­кой по­зи­ции счи­та­ли ис­ход­ной ка­те­го­ри­ей «со­циа­ли­сти­че­скую соб­ст­вен­ность», а по­вы­ше­ние ро­ли то­вар­но-де­неж­ных от­но­ше­ний и за­ко­на стои­мо­сти - не­об­хо­ди­мым для «со­вер­шен­ст­во­ва­ния сис­те­мы про­из­вод­ст­вен­ных от­но­ше­ний со­циа­лиз­ма».

По­сле пуб­ли­ка­ции при под­держ­ке А.М. Ру­мян­це­ва ста­тьи профессор Харь­ков­ско­го инженерно-эко­но­мического института Е.Г. Ли­бер­ма­на «План, при­быль, пре­мия» (газета «Прав­да», 9.9.1962 год) раз­вер­ну­лась ши­ро­кая дис­кус­сия по со­вер­шен­ст­во­ва­нию по­ка­за­те­лей, ха­рак­те­ри­зую­щих ра­бо­ту со­циа­ли­стических пред­при­ятий, ма­те­ри­аль­но­му сти­му­ли­ро­ва­нию тех­нического про­грес­са и по­вы­ше­ния эф­фек­тив­но­сти ис­поль­зо­ва­ния про­из­водственных фон­дов; она ста­ла ос­но­вой хо­зяй­ст­вен­ной Ко­сы­ги­на ре­фор­мы 1965 года.

Бла­го­да­ря фор­ми­ро­ва­нию эко­но­ми­ко-ма­те­ма­ти­че­ской шко­лы СССР во гла­ве с Л.В. Кан­то­ро­ви­чем и В.В. Но­во­жи­ло­вым по ини­циа­ти­ве В.С. Нем­чи­но­ва был уч­ре­ж­дён Цен­траль­ный эко­но­ми­ко-ма­те­ма­ти­че­ский ин­сти­тут АН СССР (ЦЭМИ), вы­дви­нув­ший но­вую кон­цеп­цию оп­ти­маль­но­го на­род­но-хо­зяйственного пла­ни­ро­ва­ния - сис­те­му оп­ти­маль­но­го функ­цио­ни­ро­ва­ния эко­но­ми­ки (СОФЭ). Идео­ло­ги СОФЭ вы­сту­па­ли за пре­одо­ле­ние «пред­став­ле­ний, что то­вар­но-де­неж­ные от­но­ше­ния и свя­зан­ные с ни­ми при­быль, за­ра­бот­ная пла­та, рен­та и дру­гие ка­те­го­рии яко­бы не­со­вмес­ти­мы с со­циа­лиз­мом» («Ди­скус­сия об оп­ти­маль­ном пла­ни­ро­ва­нии и це­но­об­ра­зо­ва­нии», 1968 год). Од­на­ко по­сле Праж­ской вес­ны ру­ко­во­дство КПСС санк­цио­ни­ро­ва­ло жё­ст­кую кри­ти­ку ры­ноч­но­го со­циа­лиз­ма тео­рий.

Пе­ри­од по­след­них советских пя­ти­лет­них пла­нов и по­след­ней Кон­сти­ту­ции СССР по­ро­дил дек­ла­ра­тив­ную «Политическую экономию раз­ви­то­го со­циа­лиз­ма» и про­дол­жаю­щие­ся по­пыт­ки обос­но­вать рас­ши­ре­ние ро­ли «то­вар­но-де­неж­ных от­но­ше­ний» как «эко­но­ми­че­ских ры­ча­гов и сти­му­лов» в пла­но­вом «хо­зяй­ст­вен­ном ме­ха­низ­ме». Од­но­вре­мен­но ис­под­воль в кру­гах советских эко­но­ми­стов и ещё бо­лее - эко­но­ми­стов Восточной Ев­ро­пы - на­рас­та­ло убе­ж­де­ние в не­эф­фек­тив­но­сти и «не­ре­фор­ми­руе­мо­сти» пла­но­вой эко­но­ми­ки; ши­ро­кую, хо­тя и не­глас­ную, по­пу­ляр­ность сни­ска­ла книга Я. Кор­наи «Эко­но­ми­ка де­фи­ци­та».

С на­ча­лом пе­ре­строй­ки ЦК КПСС ини­ции­ро­вал соз­да­ние ра­бо­чих групп, в ко­то­рые при­вле­ка­лись ве­ду­щие пред­ста­ви­те­ли со­вет­ской политической экономии, в том числе из сло­жив­шей­ся в ЦЭМИ шко­лы на­род­но-хо­зяйственного про­гно­зи­ро­ва­ния (А.И. Ан­чиш­кин, Ю.В. Яре­мен­ко). Пе­ред ни­ми бы­ли по­став­ле­ны за­да­чи все­сто­рон­не­го ана­ли­за эко­но­мической сис­те­мы СССР, в хо­де раз­ви­тия глас­но­сти рас­кри­ти­ко­ван­ной в мас­со­вой пе­ча­ти как «ко­манд­но-ад­ми­ни­ст­ра­тив­ная», и пред­ло­же­ний по её ре­фор­ми­ро­ва­нию, а так­же по об­нов­ле­нию учеб­ни­ков политической экономии. Од­на­ко но­вый учеб­ник политической экономии (под редакцией В.А. Мед­ве­де­ва, 1988 год) не имел ни ус­пе­ха, ни ре­зо­нан­са, как не при­нес­ла по­ло­жительных ре­зуль­та­тов дея­тель­ность в пра­ви­тель­ст­ве СССР в 1990-1991 годы ве­ду­ще­го тео­ре­ти­ка политической экономии со­циа­лиз­ма Л.И. Абал­ки­на. Влия­тель­ные эко­но­ми­сты ста­ли пе­ре­хо­дить от пред­ло­же­ний по «мно­го­об­ра­зию форм соб­ст­вен­но­сти» к про­грам­мам ры­ноч­ных ре­форм различной сте­пе­ни ра­ди­ка­ли­за­ции, ос­но­ван­ным на от­ка­зе от мар­кси­ст­ской политической экономии и ори­ен­ти­ро­ван­ным на западные не­оклас­сические стан­дар­ты.

Про­бле­ма со­вре­мен­но­го ста­ту­са по­ли­ти­че­ской эко­но­мии. Эко­но­мические и по­ли­ти­ко-идео­ло­гические из­ме­не­ния в РФ по­сле рас­па­да СССР при­ве­ли к су­ще­ст­вен­ным из­ме­не­ни­ям в сис­те­ме гу­ма­ни­тар­но­го об­ра­зо­ва­ния. С началом 1990-х годов кур­сы политической экономии в ву­зах бы­ли за­ме­ще­ны ори­ен­ти­ро­ван­ны­ми на американские об­раз­цы кур­са­ми мик­ро­эко­но­ми­ки и мак­ро­эко­но­ми­ки, а так­же эк­лек­тическими кур­са­ми («об­щей») эко­но­мической тео­рии, «пе­ре­ход­ной эко­но­ми­ки», «на­цио­наль­ной эко­но­ми­ки». От­каз от ис­кусственных по­строе­ний «политическая экономия со­циа­лиз­ма» стал ча­стью не­га­ти­виз­ма по от­но­ше­нию к политической экономии в це­лом; ка­фед­ры политической экономии (за не­ко­то­ры­ми ис­клю­че­ния­ми) по­ме­ня­ли на­зва­ния на ка­фед­ры эко­но­мической тео­рии. Од­на­ко ос­тал­ся и круг при­вер­жен­цев политической экономии как об­ще­тео­ре­тической дис­ци­п­ли­ны, опи­раю­щей­ся пре­имущественно на клас­сические по­лит­эко­но­мии в мар­кси­ст­ском смыс­ле, а так­же на современные «ге­те­ро­док­саль­ные» эко­но­мические на­прав­ле­ния (кри­ти­че­ский ин­сти­ту­цио­на­лизм, ле­вое кейн­си­ан­ст­во, французская шко­ла «ре­гу­ля­цио­ни­стов» и другие), про­ти­во­стоя­щие не­оклас­си­че­ско­му на­прав­ле­нию и не­оин­сти­ту­цио­наль­ной эко­но­ми­че­ской тео­рии. По­зи­ции сто­рон­ни­ков «вос­ста­нов­ле­ния» политической экономии вы­ра­зи­ли московские жур­на­лы «Аль­тер­на­ти­вы», «Рос­сий­ский эко­но­ми­че­ский жур­нал», «Эко­но­мист», сборники эко­но­мического факультета МГУ. В апреле 2012 года в Мо­ск­ве про­шёл пер­вый Ме­ж­ду­народный по­лит­эко­но­мический кон­гресс стран СНГ и Бал­тии, за­вер­шив­ший­ся об­ра­зо­ва­ни­ем Международной по­лит­эко­но­ми­че­ской ас­со­циа­ции, из­даю­щей элек­трон­ный журнал «Во­про­сы по­ли­ти­че­ской эко­но­мии».

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)